глубокое кресло. Он ответил почти сразу же.
— Чёрт, ты всё-таки вернулась. Поверить не могу, что ты сделала это.
— Спасибо за заботу, со мной всё в порядке, — проворчала в ответ. — Как она? Проснулась?
— Она сейчас спит. Ммм… Просто спит… Как тебе удалось?
— Оставим это на потом. Слушай, набери меня, как она проснётся! Я сейчас перекушу и тоже спать, устала, сил нет.
— Обязательно, — согласился он, однако трубку не повесил. — Мой отец приехал и хочет поговорить с тобой. Он не рад тому, что ты объявилась.
— Это не мои проблемы, — нажимаю отбой.
Усталость копилась с каждой затяжкой. Выдохнув, налила себе чай и осушила чашку в два приёма. Голод чуть-чуть отступил. Одна мысль о готовке вызывала отвращение, поэтому решила сначала поспать. Может потом что-нибудь закажу или по дороге в Институт перекушу в какой-нибудь кафешке. Сейчас всё казалось слишком серым. После двойного погружения на Изнанку, меня выворачивало, реальность с трудом гнулась в руках, норовя вытолкнуть обратно. Опасное состояние. Так и правда, как водоворотом затянет. Нужно отдохнуть.
Насыпав корм гулявшей кошке, побрела в сторону спальни, где мгновенно отрубилась, как только голова коснулась подушки.
Глава 10
Чёрное на чёрном. Я проваливаюсь всё глубже и глубже. Здесь холодно, так холодно! Тьма заползает под кожу, ледяными ручьями рубит вены, перекрашивая под свой цвет. Могу лишь чувствовать, что происходит, перед глазами сплошной мрак. В невесомости, под толщами темноты. Совершенное пустое одиночество, брошенная, забытая и покинутая.
Сердце колотится как бешеное, не остановить и не унять зарождающийся крик. Выбраться, вырваться, сбежать отсюда, отпусти, не дай утонуть!
С губ срывается отчаянный стон, и вместе с ним в лёгкие врывается смерть.
Рингтон телефона выбрасывает из сна, как рыбёшку на берег. Лёгкие обожжены страшным холодом. Хватаю губами тёплый воздух, переворачиваюсь на живот, лицом свисая над краем кровати. Пальцы сжимают подушки до боли, чтобы хоть немного унять дрожь, сотрясавшую всё тело. Меня рвёт желчью, чёрной дымящейся жижей, исчезающей прежде, чем она касается пола. Желудок выворачивает, но понемногу отпускает, и я переворачиваюсь на спину, опуская голову на подушку и уставившись в потолок.
Телефон не прекращает звонить. Нащупав его на тумбочке, непослушными пальцами подтаскиваю к голове, попутно нажимая на дисплей.
— Надеюсь, ты выспалась, потому что Маргарита проснулась и… с ней не всё в порядке, — голос на том конце трубки звучит тревожно и по-человечески устало.
— Я буду часа через два, — отвечаю хрипло и нажимаю отбой.
Отбросив телефон в сторону, провела руками по лицу, снимая остатки сна. Становится хуже, намного хуже. И думаю причина в частом посещении Изнанки. Словно бы тогда вернулась сюда не вся и какая-то часть застряла там и теперь тащит назад на самое дно иной реальности. И вместе с этим, я что-то утащила с собой, что-то мёртвое, чуждое. Мне нужно поостеречься, как и просил Михаэль. Но интуиция говорит прямо — у тебя ничего не получится. А значит рано или поздно, я не смогу проснуться и останусь во мраке навсегда.
***
На проходной охранник долго изучал мой паспорт. Тучный человек шевелил губами, кривясь. На меня не оформлен пропуск, а он из новеньких, вот и проявлял излишнее рвение.
— Даже и не знаю, дамочка. Пропустить вас не могу, предприятие режимное, насчёт вас никаких распоряжений не было, — резюмировал он, вызывая глухое раздражение.
— Послушайте, меня здесь все знают. И Виктор Сергеевич, глава Института, и его заместитель Анатолий Павлович, и многие другие, — говорю медленно, стараясь не сорваться. — Позвоните Андрею Викторовичу, сыну Серебрякова. Мы договорились о встрече.
— Я не могу отвлекать людей от работы, — набычился он. — Если у вас было назначено, здесь была бы соответствующая запись, — и он потряс зелёной тетрадкой. — Пусть за вами спустятся, тогда я внесу ваши данные и пропущу.
А глаза у него глупые и мутные. Сонная муха и как такого могли взять на работу?
Поджав губы, демонстративно достала телефон и уже собралась набрать номер Андрея, как меня окликнули.
— Элли? Что ты здесь делаешь?
Этот день и так начался плохо, теперь он медленно скатился до отметки «катастрофа»!
— Маша, какая встреча! — улыбаясь, поворачиваюсь к эффектной блондинке, появившейся в дверях Института.
С ней у нас была давняя история. Маша подруга Насти, чьи родители погибли от клыков мстительного Белого пса, помощника Михаэля, которого они заключили на Изнанке. Настя во всём винит меня, и я её понимаю. Поэтому стараюсь на глаза не попадаться. Другое дело Маша. Эта девушка имела виды на Андрея, так как их родители крепко дружат. Когда появилась я, она решила, что я пытаюсь его отнять. Отчасти это правда — Андрей никому не принадлежит. Только до Маши это не доходит. Поэтому при каждой встрече девушка пытается меня унизить. Это мало волнует, я умею за себя постоять, просто слишком частое мытьё рук сушит кожу. Вредно.
Не знаю почему она такая. Перед девушкой, обладающей яркой гламурной внешностью, открыты многие двери. Так почему она ломится в те, которые закрыты? Маша не дура, иначе она не была бы экзорцистом, как и Андрей. Она способна отказаться от брендовых шмоток, дорогих машин и прочих благ цивилизации, чтобы месяцами выслеживать злобных духов где-нибудь в Сибири. Умна, начитана, умеет пользоваться теми преимуществами, которые получила от рождения. Но в некоторых вопросах дура дурой, вот чего не пойму!
— Я задала вопрос, — говорит миленьким голосом, делая вид, что рада встречи. — Ты же вроде ушла от нас, что заставило вернуться?
— А ты как из космоса, Маш, — отвечаю тон в тон. — Где ты пропадала последние сутки? У вас в Институте лежит девушка в коме, её привезла я. Неужели ничего об этом не слышала?
— Я была в командировке вместе с Виктором Сергеевичем и моим отцом, — моментально нахмурилась она. Девушка не любила быть не в курсе событий. — А что произошло?
— Не здесь, — я кивком головы указала на внимательно прислушивающегося к нашему разговору охраннику. Он сделал вид, что читает книгу, лежащую перед ним.
— Прости, — она сделала извиняющееся лицо. — Но я не могу пропустить тебя. Новые правила. Тут где-то полгода назад вышла одна статься в духе «НЛО рядом!», одна журналистка проникла в Институт, ничего не поняла, но проблем устроила, с тех пор новые правила и всё такое.
— Элли, — позади раздался голос Андрея, и я облегчённо перевела дух. Не хотелось бы доводить дело до абсурда.
— Андрей, привет! — Маша ненавязчиво оттёрла меня в сторону и, не обращая внимания на скисшее лицо Андрея, поцеловала в щёку. — Не
