дальше пойдешь…
Ржет, а я злюсь. Вскипаю просто.
— Отвали от меня! Я сейчас закричу и сюда прибегут охранники!
Улыбается. Широко. Гадко.
— Знаешь, «Азимут» шикарный клуб. Дорогой. И здесь в ВИП-ах полная звукоизоляция, — склоняет голову еще сильнее, а я вжимаюсь в стену, — да и через рев битов и толпы ты фиг до кого докричишься, детка, так что давай по-быстрому и свободна.
В шоке смотрю в веснушчатое лицо парня, ощущаю, как его руки приходят в движение и начинают скользить по моему телу.
Словно холодная змея проскальзывает.
Симпатичный, в принципе, парень вызывает ужас и желание отмыться от его касаний.
— Отпусти! — рявкаю и бью парня кулаками в грудь, пытаюсь сдвинуть, чтобы хоть как-то выбить себе пространство для маневра, чтобы бежать вниз по лестницам в толпу, к охранникам, которые остановят чокнутого придурка.
— Дерзкая кошечка, — улыбается и в глазах вспыхивает огонь, — не набивай себе цену, краля. Бабок дам. Не боись!
— Ты не слышишь?! Не нужны мне твои деньги! Можешь засунуть их знаешь куда?! Отпусти немедленно! Я все администратору расскажу!
Парень не слишком хорошо держится на ногах и мое отчаянное сопротивление заставляет его пошатнуться, я ударяю его в ногу и, наконец, туша отстраняется, лечу вперед, но резкий рывок и боль в волосах заставляет вскрикнуть.
Шпала с силой тянет меня за пряди и прикладывает о стену, в глазах темнеет. Мгновенная слабость.
И этого достаточно, чтобы он вновь навалился на меня и прижал.
— Достала! Тварь!
Вскидывает руку и рвет ворот формы. Пуговицы рассыпаются по полу, а у меня от слез все в глазах плывет.
Парень дергает подол платья вверх. Хоть я и сопротивляюсь из последних сил, но мое сопротивление ломают в зачатке.
Чужие пальцы жгут кожу и вызывают резкий приток желчи к горлу.
— Темпераментная. Мне нравится.
Слышу сквозь шум в ушах омерзительный ржач. Передо мной полный неадекват. Который все сильнее наваливается на меня, вдавливая в стену, а меня начинает колотить, когда пытается поцеловать, получается у него только обслюнявить мою щеку. Но и этого достаточно, чтобы меня почти вывернуло от прикосновения холодного мокрого рта.
В ушах стучит. Я борюсь изо всех сил. Пытаюсь поцарапать, но мажор ловит мои руки и прижимает запястья к стене.
— Больной урод! Отпусти!
Кричу и дергаюсь, как сумасшедшая, пытаюсь хоть как-то задеть, зацепить, ударить, но не получается.
Меня обездвиживают, как бабочку, которая ничего не может противопоставить грубой силе, только и остается крылышки ломать.
У меня высвечивает в мозгу красным светом — не дамся!
В следующую секунду что-то в пространстве меняется. Я не понимаю, как и что происходит, но вдруг мажор резко откидывает голову. Неестественно. До выпирающего кадыка. Словно кто-то нажимает кнопку “слоу мо” и я в мельчайших деталях наблюдаю, как у парня выворачивается шея, а затем голова с ускорением летит и впечатывается в стену буквально в миллиметре от моего виска.
Противный хлюпающий звук раздается под ухом.
Через секунду действие повторяется вновь, а я в шоке наблюдаю, как лицо мажора окрашивается в алый цвет…
Глава 18
В совершенном шоке наблюдаю, как Шпала без сознания оседает на пол. Прямо у моих ног. Моргаю. Сглатываю и поднимаю взгляд на того, кто так жестоко расправился с мажором на моих глазах.
Мне кажется, что прямо сейчас я проваливаюсь в какую-то глубокую пропасть.
Стою ни жива ни мертва и смотрю в глаза своего спасителя. Свирепый взгляд. Испепеляющий. Скользит вдоль моей фигуры, и я запоздало задергиваю полы порванного платья…
Слезы застилают взор и лицо мужчины то распадается на частицы, то собирается. Плюс ко всему освещение здесь приглушенное и мужчина словно намеренно отступает на полшага, уходит в тень, которая частично скрывает его лицо.
Дрожу подобно осиновому листу и четко ощущаю на своей коже его взгляд. Как проходится по мне с головы до пят.
Говорить не могу. Двигаться тоже. Кажется, что, если отлипну от холодной стены, просто упаду, потеряю сознание.
И в то же время я не могу оторвать взгляда от широкоплечей высокой фигуры мужчины, который вроде как спас меня от рук Шпалы, но совершил это с такой ярой жестокостью, что я понимаю, кого именно здесь нужно бояться.
Слишком жестко он впечатывал голову мажора в стену. Методично. Без страха. Ведь этот парень далеко не последний человек в городе, сын влиятельных родителей, Костик об этом упоминал и максимум, что могла бы сделать охрана — это рискнуть оттащить от меня урода, но…
Этот мужчина, что замер неподалеку от меня ледяным изваянием, не пощадил.
И дикая паника проскальзывает под кожу, забивается в поры страхом, что если он так с сынками олигархов расправляется, то что он сделает с непутевой неудачницей-официанткой?
И почему-то в мозгу щелкает так, что я начинаю шептать молитву, которая осекается, стоит незнакомцу сделать шаг в мою сторону и выйти из тени.
И у меня спирает воздух, когда из мрака словно исчадие ада появляется мужчина явно восточных кровей, одетый во все черное. Высокий. Широкоплечий. Смуглый. С иссиня-черными волосами, зачесанными назад, и абсолютно беспросветным темным взглядом.
Передергиваю плечами, кутаюсь в свое искалеченное платье, пытаюсь защититься от смоляных глаз, бездонных, темных, страшных.
В его лице нет ни капельки сомнения, сожаления, жалости, когда он переступает через лежащее рядом со мной тело мажора.
Я опять кошусь на Шпалу и уже всерьез задаюсь вопросом, а жив ли он. Хотя грудная клетка вроде двигается очень медленно.
Прикрываю глаза и чувствую прикосновение к моей щеке, незнакомый мужчина убирает прядь с моего лица. Пока билась с ненормальным, все волосы сбились и сейчас мужчина просто откидывает их назад и произносит:
— Открой глаза.
Голос. Насыщенный. Тихий. Но от этого не менее властный. Подчиняюсь и заглядываю в черные глаза словно зверек, попавшийся в силки. Незнакомец не разрывает зрительного контакта, смотрит глаза в глаза.
И рука на моей щеке не исчезает, прожигает кожу прикосновением. Терпкий аромат мужского парфюма забивается в ноздри, напополам с древесным ароматом и чем-то личным, мужским.
Кавказец не вредит, просто смотрит и одним только своим взглядом вселяет первобытный ужас.
Ничего не делает, лишь касается подушечками пальцев, однако внушает больше страха, чем все то, что я испытала секундами ранее.
— Что он успел сделать?
Наклоняет голову ко мне, а я почему-то смотрю на его квадратный подбородок с легкой бородкой и на четко очерченные губы с белой резкой каймой, выхватываю широкие темные брови и взгляд смоляных глаз из-под густых ресниц.
Некрасивый. Но брутальный.
