опять переводит тему:
— Да ты не ссы. На первом этаже побегаешь. К ВИП-ам ни ногой. Там другой контингент. Да и с Байсаровым ты не пересечешься. Не бойся. Никто не съест. У нас в клубе четкие правила. Будь спокойна. Иначе бы за выкрутасы Заре ничего бы не было, если бы такое было в порядке вещей.
Опять улыбается и подмигивает.
— Сегодня отстреляемся, потом легче будет. Байсаров в клуб заходит в лучшем случае раз в месяц. Проверяет все. Редко отдыхает с приятелями. Так что у нас тут в основном все тихо, просто сегодня катастрофа на катастрофе, а так ничего, жить можно.
Парень берет моющее средство и льет на губку, с деловым видом забирает кастрюлю и чуть не роняет ее.
Подпрыгиваю и приближаюсь на рефлексах.
— А ты справишься? — интересуюсь, заглядыва из-за плеча, так как не уверена, что Костя удержит. — Ты сказал, что поломаю чего и штраф влепят. Пара штрафов — привет зарплата.
— Не боись. Если что, штрафовать будут меня, да и я в этом профи. Верь мне.
Опять улыбается во все тридцать два, и я неуверенно киваю.
— Так, ладно, Журавлева. Времени болтать нет. Возьмешь резервную форму из раздевалки. Там они по размерам висят, выбери свой и дуй в зал.
— Я не знаю вашего меню.
— Блокнот с ручкой в помощь. Просто записывай заказ, потом тащи на кухню ребятам, они опытные — разберутся.
Глава 17
— Новенькая! Как там тебя?! — рявкает парень в белоснежной идеальной форме сотрудника кухни, я пока не разбираю кто есть кто тут. — Заказ готов!
И хлопок по серебряному звонку.
Забираю со стойки поднос. Тяжелый. Пытаюсь не уронить свою ношу и иду в зал, выхожу сквозь двустворчатые двери и на меня резко обрушиваются биты, которые выводит диджей, заводящий толпу с отдельной сцены.
По глазам бьет лучами. Много тел рядом. Высокие каблуки и одно дикое желание — удержать чертов поднос в руках.
— Давай… Давай… — вопят рядом парни.
Прохожу мимо резвящейся мажорщины и молюсь про себя:
— Только бы не уронить…только бы не споткнуться… только бы не упасть…
Наконец, дохожу до нужного столика именинника и начинаю расставлять тарелки с подноса.
Пытаюсь не замечать, как вальяжно сидят молодые мужчины на диванчиках в обнимку с яркими девушками модельной внешности, но при этом я ощущаю взгляды, которые они бросают на меня.
Вероятно, просто смотрят на ту, кто принесла их заказ, но почему-то эти взгляды кусают.
Да и форма на мне не откровенная, но очень узкая. Неуютно себя чувствую. Кожа в последнее время у меня слишком чувствительная. Это, скорее всего, из-за аллергии на моющие средства, но от этого не лучше.
Наконец, последний бокал с подноса уходит на стол, улыбаюсь с облегчением. Справилась.
— Шпала, гляди, какую красоточку к нам в официанты подогнали. Спецзаказом для тебя! — неожиданно кто-то хватает меня за талию и смеется прямо в ухо, все происходит слишком быстро, кто-то выхватывает мой поднос, меня толкают в спину и я по инерции лечу вперед. Прямо в руки другого парня.
Боюсь, что навернусь на каблуках и растянусь на мраморном полу клуба, но чужие руки ловят меня, притормаживают падение.
Быстро прихожу в себя и упираю ладонь в чужое тело, пытаюсь отдалить, поднимаю голову и встречаюсь с наглыми карими глазами рыжего парня.
Лазерные лучи ползут по его лицу и он в этом свете выглядит зловеще. Дико. Как-то.
— Отпустите, пожалуйста, — пытаюсь говорить спокойно, приправляю слова улыбкой, тут мало адекватных осталось, вечеринка идет полным ходом.
— Глянь с нашего ракурса, какая аппетитная, — кричат позади меня друзья этого “Шпалы”.
— Ты давно здесь работаешь? Я тебя не видел раньше, — перекрикивает музыку.
— А вы запоминаете всех официанток, которые вас обслуживают?
Парень улыбается, оголяет ровные зубы, которые в клубном освещении отдают синевой.
— Бойкая. Чего, красотуль, расслабься, потуси с нами. Сегодня днюха у меня. Гуляем.
— Я не имею права сидеть с вами. Я на работе. Поздравляю вас с днем рождения! — пытаюсь опять улыбнуться. Но становится очень неприятно ощущать ладонь парня на своей спине и то, как его пальцы приходят в действие и скользят вниз к моей попе. Дергаюсь.
Почему-то моя реакция вызывает звонкий хохот девушек и свист парней.
— Шпала. Тебе везет на баб как утопленнику! Смотри, не даст! — вопит блондин, который почему-то в клубе сидит в солнцезащитных очках и смачно целует девушку в красном мини-платье, которая активно отвечает на поцелуй.
Гулко сглатываю.
— Простите. У нас здесь строго. Мне нужно возвращаться к работе.
Говорю, а у меня волоски дыбом становятся на теле. Что-то не нравится мне выражение глаз рыжего парня. Там вспыхивает странное чувство, которое я не могу понять. То ли злость. То ли ярость. Не знаю, чем можно довести человека до состояния белого каления, но мне это удается.
Пальцы впиваются в мою спину.
— Ты отработаешь. Еще как отработаешь, — заявляет как-то глухо, но прежде чем я успеваю что-либо понять, мажор меня отпускает и отходит, хватает какую-то девицу с кресла и тянет на себя, девушка падает в его руки и открывает рот, глубоко целуя парня.
Быстро отворачиваюсь. Чокнутые. Ищу поднос и нахожу его в руках парня в очках.
— Это ищешь?! — нагло улыбается и его белоснежные зубы отдают синевой.
Вот мода на такие ненатуральные пасти.
— Да. Отдайте. Пожалуйста, — заставляю себя улыбнуться, так как помню догмат — клиент всегда прав, и не хочу наживать себе врагов уже в первые часы работы.
— А ты иди и забери, — опять улыбается и я удивляюсь, как у него щеки не трещат от такого оскала.
Протягиваю руку, ожидая, что поднос мне вернут, все же этот клуб не какая-то забегаловка третьего сорта, где клиенты могут творить дичь.
Клуб Байсарова имеет имя, и я понимаю, что парни просто рисуются и дальше задирания у них не пойдет.
Каким-то внутренним чутьем понимаю это. И спустя секундную заминку опять раздается визг женский, уже рядом с этим очкастым мажором.
— Ой, далась она вам, Платоша! Отдай поднос официантке, если тебе нравятся форма, у меня дома есть отличная, купила в одном тематическом магазинчике, поедем покажу…
Определенно, я не клубный человек. Голова начинает болеть от звонкой музыки и басов, а от той пошлости, которую вижу, хочется зажмуриться.
Поднос оказывается в моих руках, а парень поворачивается к шикарной брюнетке в платье со стразами и почти заваливает ее на диван.
Богатые. Молодые. Ослепленные своими возможностями. Не хочу давать оценок. Мало ли. У нас в универе ребята тоже
