скрывающего какую- то тяжесть. Но в отличие от Константина Титова Дана не могла залезть к нему в мысли, и оставалось лишь гадать, в чём дело.
Сейчас же этой «скрытой» боли в Брайере не было: срезали подчистую. И оттого образ не собирался воедино. Можно ли сказать, что сейчас перед ней уже другой человек? Более простой, «стерильный» и, конечно же, более удобный для Титова.
Они неспешно ходили по мощеным улицам городка, разговаривая обо всём на свете. Дана с каждой репликой убеждалась в собственной правоте, и попутно размышляла, чем может помочь.
В какой- то момент спутники, забыв о времени, вновь подошли к площади. Здесь все так же кипело веселье. Речь десятков, если не сотен легионеров, звон бокалов, отдалённая живая музыка…
— Слушай, мне бы тут тебя оставить. Ненадолго, — махнула рукой девушка, — доложиться начальству и все такое.
— Понимаю, — Нильсон кивнул, — пока займу какой- нибудь стол. Ну и что- нибудь закажу. Пожелания есть?
— На свой выбор, — чуть улыбнулась Дана, — я быстро. Одна нога здесь…
Ощущение, будто всё тело резко схватил кто- то сильный и энергично встряхнул. Единственный миг, единственный удар сердца — и она оказалась на балконе одного из невысоких зданий.
— …другая тоже здесь, — выдохнула девушка Адаму де Мару, появившись прямо перед ним. Тот дрогнул, но в мгновение расплылся в усмешке.
— Так, так. Что же ты оставила нашего гостя? — лорд театрально сделал несколько шагов по балкону. Кроме него, на первый взгляд тут никого не было. Но два пустых бокала на столике, укрытом от любопытных взглядов с улицы, говорили об обратном. Единственная дверь скрывала темную комнату, которая, кажется, тоже пустовала.
— Гость способен сам о себе позаботиться, — прямо сказала Дана, — я за тем и пришла.
— Дело принимает интересный оборот, — глаза Адама заблестели. В его речи отчетливо слышались нотки напитка, видимо, не так давно заполнявшего один из бокалов, — присаживайся, и поговорим.
— Я постою, — Вран отмахнулась, — скажи мне: зачем возвращение Брайера строить на лжи?
Легионер тяжело вздохнул. Будто не было для него вещи сложнее, чем этот вопрос. Прикрыв глаза, лорд сделал глубокий вдох, и лишь затем ответил:
— Ну подумай же сама, — лицо Адама выражало искреннюю печаль, — хотя бы на пару ходов вперёд. Характер у человека импульсивный, вспыльчивый, я бы даже сказал. Прежде чем выливать на него правду, нужно дать адаптироваться к миру!
— Потом ему принять всё будет ещё сложнее, — заметила девушка. Что- то лорд пытался донести, но говорили они буто на разных диалектах.
— Не будет! — тон собеседника озарился ликованием, — мы ведь уже не будем чужими! Привыкнет, освоится. Притрется ко всему происходящему…
Дана хотела вставить замечание, но Адам продолжал, и речь его неслась, как бурная река:
— А от идей этих, из- за океана, напротив, отдалится. И кроме как к нам, пойти будет просто не к кому. Мне тебя учить психологии?
Вран нахмурилась:
— Со стороны себя послушай. Вы когда- то были друзьями! А ты говоришь, будто про подопытного.
По счастливому лицу пробежала мимолетная тень. Лорд запустил пальцы в длинные волосы и зачесал их назад.
— Были! Понимаешь, все не так просто. Давай по- другому…
Теперь в голубых глазах сверкнул азарт. Мигом взгляд метнулся к пустым бокалам и вернулся к девушке:
— Смотри. В силу своей прямолинейности Нильсон не всегда способен сделать правильный выбор. И…
— А кто решает, какой выбор правильный? — Дана повысила голос, — ты?
В разговор начинало прокрадываться напряжение. Адам выглядел расслабленным и даже добродушным, но взор, который казался расфокусированным, держал гостью крепко. Даже делая широкие шаги по балкону, де Мар все время оставлял Вран в поле зрения.
— Зачем же? В том, что касается наших взглядов, целей и убеждений, полностью доверяю Титову. И кому- то тоже стоило бы с самого начала доверять лидеру. А не метаться за… прочими ценностями.
Дана сжала кулаки, но сказать ничего не успела. Лорд продолжил, уже перейдя в наступление:
— Так вот. Сейчас, пока план нашего дорогого генерального директора идёт своим чередом, зачем ты оставила гостя без присмотра?
— Я должна была во всем разобраться, — отрезала девушка, — и знаешь что? Если вы планируете и дальше обращаться с Нильсоном, как с подопытным, я пойду и развею эту ложь!
Адам дрогнул на мгновение, но быстро взял себя в руки:
— И кому ты сделаешь лучше? Брайер в гневе что- нибудь натворит. Бежать некуда — мы же на острове. В итоге его схватят и (в лучшем случае) снова сотрут память, внушив слепое повиновение. Мы с тобой подпортим отношения — кому это нужно? Лучше садись и выпей, а потом возвращайся к присмотру за Нильсоном. И все будут довольны.
Дана не успела ответить: она почувствовала, как от тела резко отхлынула энергия. И тут же, не взяв ни мгновения паузы, подступила обратно.
Ощущение, изученное ею вдоль и поперёк. Девушка даже научилась мгновенно различать оттенки этой энергии, как цвета в палитре.
Можно сказать, это и была ее личная палитра.
— Иногда мне кажется, что друг друга нам не понять, — выдохнула Вран наконец.
— А потом понимаешь, что лишь кажется, — весело подхватил легионер, — надеюсь, когда- нибудь и ты будешь мыслить рациональнее, — голубые глаза вновь собрали все внимание на ее лице.
Девушка сжала губы. Дуэль взглядов затянулась. Как же хотелось помочь Нильсону, разрешить эту ловушку здесь и сейчас!
Но лорд выложил всё как есть. Ничего тут для «подопытного» не изменить. Можно только смягчить эту самую адаптацию.
Дана ударила кулаком в стену, выпустив негатив. Вокруг кулака вспыхнул синий ореол раскалённого воздуха и оставил обугленный след на деревянной панели.
— Спокойнее, — прокомментировал Адам, насмешливо наблюдающий за действиями Вран.
Та отмахнулась, уже распахнув дверь в тёмную комнату.
В сумраке, разгоняемом лишь несколькими свечами, девушка миновала смятую постель, перешагнула через лежащую на полу белоснежную одежду и на одной интуиции направилась к выходу.
Что ж, теперь нужно вновь найти Нильсона. Без телепортации это будет сложнее.
Дана выбралась на площадь. Сотни огней, сотни звуков, сотни лиц вокруг сбивали с толку. По памяти она направилась к тому самому переулку, где оставила Нильсона.
Сомнения бились в её голове. Адам разложил всю ситуацию подробно и загнал Вран в ловушку. При всем желании сказать Брайеру правду, оставалось лишь продолжать играть в игру Титова — по его правилам, что удручало сильнее всего.
Внимательным взглядом оперативника девушка сканировала площадь и прилегающие улицы. В праздной толпе она никак не могла найти огромной фигуры мужчины. Кажется, он собирался занять стол, так?
— Прекрасная дама не желает потанцевать? — легионер с двумя
