бокалами в руках неожиданно подошёл к ней со спины.
— Как ты танцевать собрался? Руки заняты, — небрежно бросила Дана.
— Тогда сперва освободим их, — один бокал мужчина протянул ей.
— Пожалуй, откажусь, — Вран, отмахиваясь от него, продолжала выискивать Брайера. И все безуспешно.
— Слишком рано отказываешься. И слишком много теряешь, — явно навеселе, легионер продолжал наступать. Он склонился к девушке почти вплотную.
Та, и без того подавленная разговором с Адамом, терпеть дальше уже не могла.
Выдернув один из бокалов, Дана разом вылила его содержимое на голову «ухажёра».
Тот стремительно переменился в лице, и лишь это заставило чуть подняться уголки губ Вран.
— Да ты… — договорить ему девушка не дала. Чуть размахнувшись рукой для удара, она вспомнила о Даре, пришедшем на смену телепортации четверть часа назад.
Раскалённый воздух вокруг кулака слабо засветился синим и заколыхался, будто над костром.
Легионер, мгновенно переменившийся в лице, отпрянул:
— Прошу прощения, я…
— Не до тебя сейчас, — бросила Дана. Настроение летело в пропасть. Где Нильсон? Куда он вообще мог деться?
Тщательно изучая всё вокруг, девушка шла дальше. Два круга по площади не дали ровным счетом ничего, и Вран шагнула на первую улицу, берущую тут начало.
Брови сошлись на переносице. С каждым мгновением появлялись мысли одна хуже другой.
Если он и сам через ряд умозаключений пришёл к правде? Если уже предпринял попытку побега? Если уже попался?
Ещё полчаса поисков не дали ровным счетом ничего. Остановившись, девушка прислонилась к стене и шумно выдохнула.
В небе разорвались праздничные огни. На мгновение стало светло, будто днём. Разноцветные вспышки озарили ликующих легионеров.
Дана же почувствовала выступившую испарину. Она испытывала ответственность за человека, которого оставила одного слишком уж надолго.
Взрыв смеха рядом: компания смеялась над удачно отпущенной кем- то шуткой.
Вран сжала кулак. Мгновенно вспомнилось, что так же любит делать Брайер. Она мотнула головой: атмосфера праздника мешала толком сосредоточиться.
Нет, пришло решение само собой. Нельзя все это так оставлять.
В руке появился извлечённый из кармана телефон. Девушка набрала номер Адама.
— Ты все это тут заварил, — произнесла она, слушая негромкую мелодию, — давай, теперь сам всех на уши и поднимай.
Лорд не отвечал. Время едва подошло к полуночи, и вряд ли легионер уже закончил своё веселье.
Ещё один куда- то исчез. Что дальше?
Девушка взглянула в сторону площади. Оказывается, поиски завели её довольно далеко. Теперь придётся вернуться хотя бы к Адаму. А это. — снова время, время…
* * *
Перед глазами плыли огни праздника. Яркие картины бесконечного веселья жгли зрение. Музыка била в уши, искажала все вокруг. Заплетались ноги, меняя рисунок походки по своему усмотрению. Встречные гости лыбились ему в лицо. Кто- то хлопал по плечу.
Лишь один оказался сочувствующим. Некий легионер, подсевший к нему, с удовольствием предложил разделить янтарную бутыль виски пополам. Небрежным движением прогнал подскочившего слугу и сам разлил по стаканам.
Бессвязная беседа Нильсону не запомнилась. Сам он говорил что- то о сложности выбора, о собственных сомнениях. Может быть, излил душу. А его собеседнику, кажется, достаточно было лишь пить. Легионер угрюмо кивал, делая понимающее лицо, и вновь и вновь наливал. Настоящим другом здесь стало само виски, с одобрением отнесясь к желанию отделаться от недавнего разговора с Константином.
Дана… Дана, по- видимому, допустила ошибку, оставив его одного. Столько всего накопилось за последние дни, что сейчас Нильсон просто дал себе волю.
Снова и снова, с каждым выпитым стаканом, в памяти всплывал тот вопрос, с которым Титов призывал не спешить и ответить честно.
«Кому ты больше веришь? Им или нам?»
— Кому верить?! — неожиданно прорвался этот вопрос сквозь мысли
Легионер выглядел ошарашенным. Нильсон посмотрел на него испытующе, и «собеседник» взгляда не выдержал. Спешно удалился.
Брайер шагал по улице, удаляясь от шумной площади. Тише, тише… неужели тут нет места потише?!
Он пришёл в себя, открыв глаза на длинной набережной. Чёрной гладью впереди блестело море. Тёплый воздух окутывал мужчину, успокаивая тело, но не разум.
«Кому ты больше веришь?»
Его друзья, его единственные за долгое время друзья сейчас были где- то рядом. Да, Константин оставил Нильсона одного, но по его же просьбе. Адам словно всегда был неподалёку: его присутствие чувствовалось в самой атмосфере праздника.
Так что? Если не верить им, то к кому вообще должно быть доверие? К Томасу Файну, человеку (даже не совсем человеку, подсказывали впечатления последнего боя), которого Брайер видел впервые?
Над головой разорвались вспышки фейерверков. Нильсон видел их смазанными, будто росчерки на чёрном небе. Координация тоже терялась, и пришлось опереться на мраморное ограждение.
Череда возгласов донеслась до него. Медленно, будто во сне, мужчина повернул голову…
И уже был окружён компанией молодых девушек. Хихикая и что- то горячо обсуждая на незнакомом Брайеру языке, они заняли места рядом.
— Не понимаю, — выдавил Нильсон, чувствуя, как кружится голова.
— Привет! Меня зовут Лиза! — с сильнейшим акцентом сказала одна, — а это…
Она называла имена, которые даже не задерживались в памяти.
— Выпьешь с нами? — она подняла бокал. Другая, повыше ростом, открыла блестящую в тусклом свете фонарей бутылку.
Выпить. Да, пожалуй…
Нильсон попытался сказать что- то про выбор, про Файна и фотографии…
Звонкий смех ударил в уши, когда рука мужчина не смогла схватить протянутый ему бокал.
— Аккуратнее! — та, которая представилась Лизой, подсела ближе. Вторая, с бутылкой, попыталась вновь наполнить. Но ей и самой не хватало координации, и девушка поднесла горлышко к губам Брайера.
Жгучий алкоголь полился по горлу.
— Текила! — услышал он знакомое слово где- то на пределе слышимости.
— Почему ты один? — тщательно подбирая слова, спросила Лиза.
— А с кем мне быть? — как- то в унисон со своими мыслями сказал Брайер, чем вызвал ещё один взрыв смеха.
— Будь с нами! — голос явно веселился. Чьи- то руки обняли его сзади. Картинка поплыла ещё сильнее…
Мужчина зажмурился, пытаясь поймать координацию. Вновь открыл глаза…
Перед ним сидела она. Линда, девушка с фотографии. Тёмные волосы, упавшие на плечи, взор — ясный и чистый, как стекло.
— Как же ты устал, — проговорила она, коснувшись щеки Нильсона ладонью, — тяжёлый был день?
Звонкий смех. Голоса на латыни. Тёплое дыхание моря, соленый запах, таявший в смеси парфюма. Все это было рядом, окружало его, но и она тоже была рядом…
— Ты не представляешь, — откуда- то Брайер точно знал, что нужно ответить, — но хороший вечер все исправит, надеюсь.
Линда чуть улыбнулась:
— Ещё бы. Знаешь, не будь всего этого, — произнесла она, — кем бы мы сейчас были? Никогда не думал?
Нет. Конечно же, не думал.
