— Лорд Волдеморт хочет с вами побеседовать, лорд Снейп-Принц. Я вас провожу.
— Разве я могу отказать прекрасной даме в столь скромной просьбе.
От выражения лица Беллы скисло бы и парное молоко. Выдавив из себя что-то отдаленно напоминающее непринужденную улыбку, она подала мне руку и мы проследовали за Волди.
Темный лорд обустроился в одной из многочисленных комнат прилегающих к парадному залу Малфой Мэнора.
— Лорд Снейп-Принц, — покровительственно улыбнулся Волди, когда мы с Беллой вошли в комнату. — Не хотите ли сыграть? — он небрежно указал рукой на кресло напротив себя.
— С удовольствием, лорд Волдеморт, — ответил я, усаживаясь за шахматный стол. Беллатриса устроилась в кресле неподалеку и, взяв со стоявшего рядом столика номер «Пророка», сделала вид, что погружена в чтение.
— Прекрасная игра шахматы, — сказал Волдеморт. — Очень символичная. Вечная борьба! Беспощадная борьба! Черное и белое… День и ночь… Жизнь и смерть… Добро и зло… Они словно отражают наш мир.
— Но мир не черно-белый, — возразил я. — Этим он и прекрасен.
— Да, это так, — согласился Темный лорд. — Какими фигурами предпочитаете играть?
— Черными.
— Позвольте спросить почему? — Волдеморт ловко перевернул доску. Теперь белые фигуры стояли перед ним, а черные соответственно достались мне. Немного подумав, он выдвинул королевскую пешку вперед на две клетки.
— До первого хода на доске царит равновесие, гармония и мир. Но белые делают ход, разрушая гармонию и начиная войну, черные вынуждены обороняться, — с этими словами я двинул свою королевскую пешку на одну клетку вперед.
— Однако ни одну войну нельзя выиграть, только обороняясь, — парировал Темный лорд, выдвигая на помощь королевской пешке ее соседку.
— Разумеется, — кивнул я, подставляя под удар пешку ферзя. — Но чтобы наступление было успешным, к нему следует хорошенько подготовиться.
Мы неспешно переставляли фигуры. Пехотинцы-пешки замерли под копейным ударом друг друга. Кони выдвинулись ближе к центру. Пока что наши ходы были практически зеркальны.
— А какая фигура вам больше всего нравиться, лорд Снейп-Принц. Кем вы видите себя на этой доске, — спросил Волдеморт, агрессивно передвигая белого слона на мою половину поля. — Пешкой, что при удачном раскладе может стать ферзем? Прямолинейной ладьей, что сносит все преграды на своем пути? Маневренным конем или изворотливым слоном? Или вы видите себя слабым, но бесценным королем? Так кем же вы хотите быть?
— Игроком, лорд Волдеморт… игроком — и никак не иначе, — усмехнулся я, убирая с доски одну из белых пешек.
— Устремление похвальное, — задумчиво кивнул Темный лорд, делая ответный ход — моя пешка пала под ударом коня. — Но хватит ли у вас для этого сил и знаний.
— Пока — нет. Поэтому мне нужен хороший учитель и наставник. Под его руководством я стану сильней. — Волди с нескрываемым интересом посмотрел на меня, а Белла возмущенно фыркнула над своей газетой.
— Тяга к новым знаниям всегда похвальна, — улыбнулся своей излюбленной змеиной улыбкой Волди. — Но рано или поздно достойный ученик превосходит учителя.
— Разве не в этом цель подлинного мастера? А иной мне не нужен.
Проигнорировав мой ответ, Темный лорд полностью погрузился в ожесточенную схватку на доске.
Ходы следовали один за другим. Мы обменялись конями, затем я разменял своего последнего коня на одного из слонов. Белый король поспешил укрыться у ладьи. А мой так и не покинул своего королевского места.
— Что вы думаете о политике Министерства? — спросил Волди.
— Я нахожу ее ошибочной, — аккуратно ответил я. — Древние чистокровные фамилии достойны большего уважения! — тут я постарался придать своему голосу капельку горячности.
— Да, это так, — благосклонно кивнул Волди, мой ответ ему понравился. — Чистокровные — основа Магического мира. А грязнокровки и маглолюбы его позор!
— К сожалению грязнокровки нам тоже необходимы.
— Вот как, — на лице Темного лорда сложно было прочесть какие-либо эмоции, но мое заявление ему не понравилось.
— Нас мало, крайне мало. Количество маглов растет стремительно, а количество волшебников практически не меняется.
— Это не причина разбавлять благородную кровь жалкими грязнокровками!
— Ребенок двух грязнокровок или внук становится чистокровным волшебником в первом поколении, — возразил я. — Да, у него нет родовой магии, но и бичом древних чистокровных — родовыми проклятиями — он тоже не скован. Это та свежая кровь, которая столь необходима древним магическим родам!
— Грязнокровки плохо знакомы с магическим миром. Они не чтят наших традиций, не знают нашей истории и законов, но находят в себе наглость всюду лезть со своими магловскими поучениями! — поморщился Волди.
— Но это наша ошибка! — Дважды возразить Темному лорду, давненько я не допускал подобной смелости, граничащей с глупостью. — Это мы не объяснили им наших традиций и их подоплеку, не рассказали нашей истории и не разъяснили законы. Школьная программа Хогвартса не менялась, наверное, со времен основателей! Более того, постепенно из нее исчез ряд дисциплин, например темные искусства.
— Значит, вы считаете, что грязнокровки нам необходимы?
— Увы, но это так. Я не вижу способа без них обойтись. Разумеется, их нужно обучать и воспитывать в правильном ключе, чтобы они стали верными помощниками благородным чистокровным родам.
— А если наследники и наследницы чистокровных семейств решат связаться с грязнокровками?
— Такие связи пресекаются правильным воспитанием наследников.
— Но если это не поможет? — Настаивал Волди.
— Если чистокровный маг, да еще и наследник древнего уважаемого рода, не способен следовать велению долга, — я презрительно скривил губы. — То зачем роду подобный наследник?
Некоторое время на доске шел рьяный размен фигур, и мы молчали.
— А что вы думаете о политике сближении с маглами? — спросил Темный лорд, когда схватка на шахматном поле слегка приостыла.
— Бесполезная и опасная блажь! — почти не наигранно возмутился я. — Мир маглов слишком велик, маги в нем словно капля в бушующем океане. Если мы не будем осторожны, то растворимся в нем без следа.
— Мы покорим этот океан с помощью нашей силы, — возразил Темный лорд.
Эх, Волди, вот вроде ты и не дурак, но при этом не понимаешь или не хочешь понимать очевидных вещей. Гриндевальд уже попытался один раз переделать магловский мир по своему усмотрению. И что из этого вышло? Гниет теперь Гриня в Нурменгарде «ради общего блага». Всяких там поляков и русских ему бы простили, а вот завоевание магической Франции — это уже оскорбление и вызов всему прогрессивному магическому сообществу! Надо отдать Дамби должное — у него отменное чувство юмора. Победив Гриндевальда на дуэли, Дамблдор заточил его в тюрьме, которую тот создал для своих же врагов. Как говорится — снимаю шляпу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
