нам было делать, Магнус? – орал Максимус. – Принцепс – и вместе с ним, похоже, все шуаранские канимы – уверены, что иначе нельзя.
– Неприемлемый риск. – Голос старшего камердинера легиона чуть ли не скрипел от тщательно сдерживаемой ярости. – Принцепс Алеры не может бродить по территории чужеземного государства в одиночку – без охраны и прикрытия.
– Его, вообще-то, не назовешь беспомощным младенцем, – прозвучал более спокойный и размеренный голос Антиллуса Красса. – Возможно, мой брат не так уж не прав, Магнус.
Маркус слабо улыбнулся. Неплохо зная Красса, он не сомневался: молодой человек не так безрассуден, чтобы заодно с Максимусом отправить принцепса в самое сердце канимских земель. Но, поддержав брата сейчас, он ловко лишал Максимуса возможности возражать, когда Красс уступит.
– Октавиан незаменим, – объявил Магнус. – За его благополучное возвращение в Алеру можно отдать всю экспедицию, и наш долг – обеспечить его скорейшее возвращение. Нами можно пожертвовать, судари. Им – нет.
– Я не сударь и не жертва, – вмешалась молодая маратка. – И не вижу, чем смерть ваших людей поможет моему алеранцу вернуться домой. Вы видели его в море? Как, по-вашему, управится он с кораблем в одиночку?
После длительного молчание кислым тоном заговорил Магнус:
– Я рассуждал умозрительно, посол.
– А… – сухо усмехнулась Китаи. – Вы не объясните мне разницу между умозрением и пустозвонством?
– Ладно, – гулко пророкотал Октавиан. Его юношеский голос уже отяжелел от привычки командовать. – По-моему, этого гарганта мы уже заездили до смерти.
– Принцепс… – начал Магнус.
– Магнус, – перебил его Октавиан, – я фактически пленник – как и наш флот. Гаванью владеют шуараны. Если я, даже прикрывшись уважением к Учителю войны Ларарлу, откажусь с ним встречаться, им ничего не стоит обстрелять нас из своих балест и всех пустить на дно – со мной вместе. Оттуда мне будет затруднительно благополучно возвратиться в Алеру.
– Мы могли бы прорваться, – жестко проговорил Магнус.
– Возможно. Нарушив перемирие, нарушив слово, обманув их доверие и ударив первыми, – несколько жестче отозвался Октавиан. – Этого не будет, Магнус. По большому счету, это было бы ничуть не менее опасно.
– Принцепс…
Октавиан в гневе не повысил голоса. Слово прозвучало тихо, разве что резче и отчетливее обычного:
– Довольно.
Маркус поднял руку, стукнул в дверь и вошел, по обыкновению не дожидаясь отклика. Он застал всех врасплох. Они обернулись к нему, захлопали глазами.
Маркус отсалютовал.
– Достойный принцепс, подходя, я нечаянно услышал ваш спор. Не будет ли слишком большой смелостью с моей стороны внести предложение?
Брови Октавиана поползли вверх.
– Прошу.
– Господа, Варг, будучи в столице, имел ведь при себе небольшую почетную стражу? Как символ его положения или что-то в этом роде?
– Безусловно.
– Мне кажется, мы можем потребовать такого же права.
Максимус мрачно покачал головой:
– Канимы требуют, чтобы он отправлялся один.
– Человеку его положения приличествует почетная стража, – сказал Маркус. – И что они сделают? Пойдут на попятную, испугавшись состоящей при нем горстки людей?
Октавиан со слабой улыбкой указал на Маркуса пальцем:
– Дельно. Если так представить, им придется согласиться, чтобы не выглядеть трусами. Не может горстка людей угрожать шуаранам.
Магнус покачал головой:
– Вот в том-то и дело. Мне бы хотелось, чтобы телохранители принцепса были в состоянии справиться даже с тысячной армией.
Октавиан подался вперед:
– С тысячной армией мне справляться не придется, Магнус. А нескольких человек хватит, чтобы выдернуть меня из беды и по воздуху вернуть на корабль, если эти несколько случайно окажутся рыцарями Воздуха. Или чтобы укрыть нас завесой невидимости, если они – из заклинателей дерева. Нам сейчас хитрость важнее силы. Согласны, Маркус?
– В основном да, – сказал тот. – Доблестный господин, возьми вы с собой хотя бы и все наши силы, мы не одержим победы над целым канимским государством, а вот сил, чтобы захватить и удержать на время этот порт, у нас хватит. Вам следует взять не много людей, чтобы не насторожить канимов, но достаточно сильных, чтобы вытащить вас, если припрет, и достаточно искусных, чтобы провести по враждебным землям, если придется возвращаться через них.
– Звучит вполне разумно, – решительно кивнул Октавиан.
– Разумно для безумца? Это смотря с чем сравнивать, – съязвил Магнус. Говорил он сухо, но уже без ожесточения.
– Предложения?
Октавиан взглянул на старого курсора со снисходительной усмешкой.
– Я, – первым вызвался Макс.
– Согласен, – поддержал его Маркус. В любой заварухе великан-антилланец превращался в машину уничтожения.
– Я, – чуть запоздав, подал голос Красс.
– Да, – согласился Магнус. – Вы сказали, что искусство заклинателя тоже понадобится.
– Я с тобой, – объявила Китаи.
– Госпожа посол, – начал Магнус, – не лучше ли вам…
– Я с ним, – точно с той же интонацией повторила Китаи, уже направляясь к выходу из каюты. – Алеранец вам объяснит.
Магнус посторонился, пропустив маратку, и дверь за ней закрылась.
Октавиан со вздохом покачал головой:
– Уже трое. Кто еще, как думаете, Родиус? Нам хороший летун не помешает.
– Дариас, сударь, – тотчас назвал Маркус.
Октавиан посмотрел вопросительно.
Красс нахмурился:
– Он ведь… это ведь он – первое копье Свободного алеранского легиона?
Маркус кивнул.
– Глупости! – взвился Магнус. – Мы о нем знать ничего не знаем. Он ничем не обязан Алере, и у него нет причин заботиться о безопасности ее принцепса. В сущности, он изменник.
– Уж очень лихо вы машете кистью, Магнус, – упрекнул его Октавиан. – Как бы краской еще кого не забрызгало.
Маркус поймал себя на легкой усмешке, и такая же мелькнула в ответ на лице Октавиана. Должно быть, парень решил, что его улыбка относится к прошлогодним делам, когда принцепс пробрался в Серую башню столицы Алеры и похитил посла Варга из-под носа у Серой стражи. Пусть себе. У него и без того голова забита, не стоит отягощать ее дополнительными неприятностями.
– Зачем нам Дариас, старший центурион? – обратился к Маркусу Октавиан.
– Он знает канимов, – ответил Маркус. – Он с ними тесно сотрудничал, с ними совершал долгие переходы, с одним из них вместе обучался. Он их изучил, как никто из нас – даже вы, принцепс. Он знает, в чем они нас превосходят, в чем уступают, знает их образ действий и образ мыслей. Он лучше любого из нашей экспедиции подскажет, что знают и чего не знают канимы об алеранцах, и, если я не ошибаюсь, он и сам не из слабых заклинателей земли и не из последних в боевой магии.
Старый курсор долго мерил Маркуса взглядом, прежде чем заговорить:
– Вопрос в том, захочет ли он поделиться с вами этими знаниями, сударь. Дариас не питает любви ни к Алере, ни к ее гражданам.
– На его месте и я бы не питал, – ответил Октавиан. – Алеранцы обратили его в рабство. Люди Варга вернули свободу и научили сражаться, отстаивая эту свободу. После
