смутно различил темный провал – наверняка один из упомянутых Варгом проходов в скалах. Тави даже отсюда видел очертания каменных укреплений: встроенных в скалу, надстроенных над скалой, выстроенных вокруг скал, под ними, сквозь них… Крепость величиной не уступала полноправному городу, была не менее сложна и величественна, чем алеранская Защитная стена. По краю плато стояли и другие башни.
И повсюду он видел канимских воинов.
Тави видел знамена, иссиня-черную сталь доспехов, ряды за рядами воинов на парапетах, на бастионах, на надвратных башнях. Ему живее, чем хотелось бы, вспомнился ужас перед атакой десяти тысяч канимов воинской касты при безнадежном сражении за Элинарх. Вспомнились ужасающая точность, скорость, напор упорядоченного строя, уверенно переходившего от одной успешной стычки к следующей.
Да, конечно, Тави сумел тогда сдержать нашествие канимов, но не обманывал себя относительно средств, которыми этого достиг. Разбитый войсками Насауга в поле, он выставил легионеров против канимского сброда – подобия алеранского ополчения. Он обратил конницу и подвластных рыцарям фурий против линий снабжения и связи. Он затеял сложный танец – наносил удар в слабое место и тотчас отступал, уводя свои силы из-под вражеского удара.
Против воинской касты он бы так долго не выстоял. Первый алеранский легион сумел лишь немного потрепать фланги десятитысячного отборного войска.
У Ларарла, Учителя войны шуаранского рубежа, если Тави не ошибся в оценке, было около четверти миллиона воинов.
Но не это испугало Тави.
Равнина под плато – вся, на сколько хватало глаз… поблескивала мягкой зеленью.
Ее покрывал кроч.
А кроч был покрыт вордом.
Их было не счесть. Никак не счесть. Слишком много. Он будто смотрел сверху на разворошенный муравейник. По всей равнине внизу шевелились, кишели черные пятнышки – то метались, то перетекали по тропкам-канавкам, неприятно напоминая пульсирующую в жилах темную кровь. От горизонта до горизонта, и все они продвигались вперед, неудержимо наползая на шуаранские укрепления.
Канимы сопротивлялись. Они уже навалили горы черных панцирей, но ворд все равно продвигался вперед.
А весь мир за ним был полон темных, неземных теней и жуткого зеленого сияния.
Такого лица, такой позы, как у взирающего на это Варга, Тави не видел ни у одного канима. Уши у него поникли, свесились в стороны. И темный мех там, где его не прикрывала броня, как будто прилип к коже. Он долго смотрел молча, наконец прошептал:
– Тарш командует Молваром. Молваром, могучей крепостью. Выстроенной шуаранами для защиты от моего народа.
Макс сочувственно втянул воздух сквозь зубы.
Тави склонил голову.
Варг обратил безжизненный тусклый взгляд на Анага:
– Когда?
– Почти два года, – сказал Анаг, повернувшись от поля битвы к людям. – Нараш стал лишь первым, Учитель войны, за ним были остальные. Никого не осталось.
– Никого? – повторил Варг.
Анаг опустил усталый взгляд на поле боя:
– Только Шуар.
Глава 17
– С чего бы вдруг, – сказал Макс, – я кажусь себе таким мелким? И кажется, я был слишком высокомерным.
– Гм… – Красс сглотнул и откашлялся. – Да.
Дариас смотрел куда-то вниз, его изломанное лицо ничего не выражало.
– Теперь мы понимаем, почему Сарл покинул Канию и вторгся в Алеру, – подумал вслух Тави. – Должно быть, увидел начало и догадался, чем кончится.
Китаи уставила на него внимательные зеленые глаза.
И остальные смотрели на него.
«Кровавые во́роны! – подумал Тави. – Почему всё я?»
Он принял спокойный и уверенный вид, окинул взглядом бушующую внизу войну, кивнул, будто что-то услышал, хотя понятия не имел, что бы это могло быть, и обратился к Анагу:
– Я бы сказал, нам есть что обсудить с вашим Учителем войны. Не будем терять времени.
Анаг чуть склонил голову на сторону и тут же развернул своего таурга обратно к колонне.
Другие поехали за ним, но Тави, заметив, что Варг не двинулся с места, натянул поводья. Махнув своим, чтобы не ждали, он подъехал к Варгу.
Тот смотрел на бой внизу тусклыми незрячими глазами.
– Варг, – позвал Тави.
Каним не отозвался.
– Варг! – громче повторил Тави.
Не слышит…
Тави посмотрел вслед остальным. Ледяной дождь усилился, и в темноте они скрылись из виду, как и битва внизу. Они с Варгом были одни. Впервые с тех пор, как взобрался на таурга, Тави выдернул подвешенное на седельном крюке стрекало. Тяжелое, как кузнечный молот, и рукоять в целый ярд. От мысли прямо через таурга дотянуться до земли, чтобы зачерпнуть сил, Тави отказался. Оружие тяжелое, но он обойдется и грубой мускульной силой.
Тави с размаху ударил Варга в грудь.
Стрекало стукнуло по бронированной груди, отшвырнув канима на круп таурга и едва не выбив из седла. Все таурги тотчас заревели, сцепились, бодаясь головами и толкаясь плечами, и унялись только спустя минуту.
Варг бросил на Тави ошарашенный взгляд, оскалился и потянулся за мечом.
Тави в ответ улыбнулся, показав зубы, и подвесил стрекало обратно на крюк:
– У меня есть дело. Долг перед людьми, которых я оставил в Молваре. – Он снова повернул таурга к колонне, бросив через плечо: – И у тебя тоже.
Тави не слишком представлял, чем ответит Варг на его поступок. Для канимов рукоприкладство… не то что для алеранцев. Правда, оно широко применяется как дисциплинарная мера, но бывает и оскорблением: так обращаются с непослушным щенком, а не с уважаемым подчиненным! В любом случае рукоприкладство не применяется между равными. А с другой стороны, их понятие гадара – уважаемого врага – бросает на взаимодействия такого рода совсем новый свет. Врагу и положено тебя бить.
И все же… Вполне возможно, что он только что бросил Варгу вызов. Каним столь высокого звания в таком случае не ограничится дракой до первой крови.
Таург Варга поспешно выскочил из-под леденящего дождя позади Тави и зашагал рядом с его собственным зверем. После того как оба таурга успокоились, Тави оглянулся на Варга и наткнулся на его пристальный взгляд.
Глаза великана-канима смотрели все так же тускло. Мех облепил голову, сделав его, на взгляд Тави, меньше, беззащитнее – и опаснее на вид.
Варг чуть отвернул голову.
Тави ответил тем же.
Они влились в колонну, будто ничего не случилось. Только Варг держался чуть в стороне от строя.
* * *
– Шуар, – показал Анаг.
Дорога вывела их к увиденной еще с обрыва крепости. Для военного лагеря – невиданно громадной. Учитывая, как много требуется вспомогательных служб, чтобы поддерживать воинов в боевой готовности, сколько же им нужно было места? Целый город, равный столице Алеры и величиной, и мрачным великолепием: угрюмый черный камень, непривычные, слишком узкие двери и окна. Канимы, похоже, не увлекались возведением башен. Все здания вокруг
