Так что в бегах мы с Zicke будем насквозь элегантные.
Прикинули итог по суммарному весу с менеджером, уверенной в себе женщиной в годах, — остаток имеется. Приписал еще и по две пары футболок из той же серии — на обоих, с длинными и короткими рукавами. В комплекте — шорты и легкие трекинговые кроссовки. Лето, жарко.
А и хватит, сказал я себе, закругляемся, тетенька. Только патронами довесьте честно, мироеды!
Забирать сокровище я пришел через день. Перетащил пакеты и коробки в машину, сложил назад, сел — руки трясутся. Я до этого прикинул — так весь этот невеликий груз стоит как квартира в Подмосковье. Вот что такое квоты.
Сразу встал вопрос об установке прицелов на карабин. Я и отправился в сопровождении мужиков в местный оружейный магазин, где уже набрал патронов для маузера: там же и мастерская разместилась. Пришли, обозначили проблему, и тут приветливый хозяин заведения Джузеппе, родом с Сицилии, сразу начал выносить мне мозг «страшными трудностями». И кольца ему надо, и с кронштейном сложности, да и не поставить его просто так, и вообще — стоит бы карабин отстрелять, прежде чем… да мало ли чего… Говорю — мол, отстреляли уже, не со склада, не волнуйся. Машина знатная, выпуска тридцать девятого года, никаких таких штампованных коробок, с ложем из цельнодеревянной заготовки, это потом уже повалили из клееной фанеры шлепать. Нет, не уймется, юлит чего-то.
Рольф с Францем отошли в сторону, о чем-то пошептались, потом меня отозвали на улицу, где Франц и говорит:
— Пойдем-ка отсюда, дружище Тео, пусть этот итальяшка дальше тут киснет без дела. Давай ствол, три прицела, отвезу все это в Берн, там наши мастера сделают, как надо, я позабочусь. Не положено вообще-то, но мы ведь друзья!
Я, конечно, офигел от такого поворота событий, ствол с прицелами отдал.
А еще через два дня Франц привозит карабин.
Мама дорогая!
Я просто не узнал своего трофейного ствола. Они, ни много ни мало, поставили на легендарного немецкого «старичка» американское карбоновое ложе зверской прочности и отменного современного дизайна, шина из алюминия. Стилистика — «Скаут» от Штейр-Манлихер. Интегрированная длинная планка «вивера-пикаттини», усиление дюралем. Такая вещь надежно решает больной вопрос по эксплуатации этих карабинов с прицелом, о сложности установки которого и ныл ленивый сицилиец. Щека на гребне приклада, затыльник удобный, шершавенький. И никаких торчащих сбоку кронштейнов.
Сила. Штука. Слов «снайпер», «снайперская» я стараюсь избегать. Старик Мотюмяку называл такие винтовки самобытно — «длинная рука»: достает, мол. Поехали мы с Францем на стрельбище, у Джузеппе мне что-то пристреливать маузер расхотелось, а здесь у каждого КПП свое есть, на задворках. Двинули к Рольфу, пристреляли, посидели, потрепались, тут и голод подкатил.
Теперь обедаем в «Балтазаре», продолжая и заканчивая ветки старых и новых бесед.
«Северяне»… Не дает мне покоя эта тема. Или все-таки «северяне» — это этническое? Например, шведы или норвеги. И тех, и других я в уме не могу впустить в понятие «селективный кластер», не объяснив сам себе, чем таким они выделились среди греков, итальянцев и прочих? Супердержавы, что ль? Да хрен там. Историческая роль? Ну тут с греками и римлянами фигу кто потягается. А ведь им селективку не дали. Мутная история. И Ленни ничего толкового не говорит, хотя про «северян» не просто слышала, Zicke с ними сталкивалась, когда сплавлялась в Берн на ворованной лодочке. Но говорить на эту тему отказывается — не хочет и вспоминать. Два раза я пытался выведать, в первый чуть по лбу не получил. Потом-таки выяснил, что определитель им присвоить и Ленни не может. Слышала, говорит, видала, контактировала. Все. Кто такие и откуда — непонятно.
Через полчаса, заполировав обед стаканом сока и выпив чашечку кофе, я поехал за покупками, а потом и на заправку — это у меня уже такая добрая традиция. Могу с закрытыми глазами, все камни по дороге сосчитаны. У самого складывается впечатление, что еще пара-тройка канистр — и нас можно будет принимать в ОПЕК.
На Банхофштрассе тихо.
Машин нет, лишь серая «Тойота-Ками» стоит неподалеку — хозяин, видать, по магазинам ходит. И народу не видно: кто на фермах, кто в частном бизнесе, но большинство — в Замке, обслуга-прислуга. Селекты сами себя содержать не хотят, нанимают базельцев. Контракт жесткий, запрещающий разглашать любые сведения о месте работы. Проболтаешься — вылетишь. Платят обслуге хорошо, поэтому базельцы своим местом у корыта дорожат: без работы тут смерть, никакой «социалки», кроме школы, я так и не заметил. Вчера зашли к зубному: Ленни — сделать профилактику перед дорогой, я — диагностировать проблемный зуб: начал болеть. Нас предупредили, что лечение дорогое, встанет в копеечку. Но зубник сам свалил на больничный — вроде завтра выходит.
Дети в школе, правда, двое прогульщиков меж домов бегают, стараясь не выскочить на главную улицу городка. Что-то сломали уже, поди.
Затариваюсь я в лавке Франелли — магазинчик понравился с первого раза, теперь Федя в лавке постоянный клиент, имею хороший дисконт. Прикупил сангигиены в ассортименте — дорого, но удобно, зачем в дикость скатываться, если гульден водится, — провианта всякого, по мелочам к снаряжению: накопилась нехватка. Замечу, даже в этом мире деньги тратятся легко и быстро, почти как на старой Земле. То нужно, другое — глядишь, а кошелек-то пустеет. Человек моментально привыкает к хорошему. Заглянув в список необходимого, не поленился, повычеркивал… опа, а еще надо батареек-аккумуляторов запасти, в том числе и к новой оптике. Немного потрепался с хозяином, передал его малым деткам пару молодых куропаток. Близняшки-годовасики, и диетическое молодое куропачье мясо им в тему.
— Карлито, скажи, я что, действительно похож на какого-то там «северянина»? — неожиданно спросил я с самым невинным видом. — Почему второй раз за эти дни слышу?
— А на кого еще? Сам не видел, но так они и выглядят, — невозмутимо проворчал хозяин, помогая мне упаковывать покупки. — Только ты лучше эту тему обходи стороной. У нас ее не любят.
Елки, а что вообще у вас тут любят?
Тихушники.
«Домик в деревне» мы закупорили.
Хотел поначалу самострелы поставить, но решил, что не стоит. Наткнется оболтус-команч, схватит картечи — тогда уж неохраняемый дом точно спалят. А так — окна побьют максимум. Тащить там особенно нечего, одна посуда. Даже генератор в багажнике — с собой возьмем, мало ли где застрянем.
Естественно, в Базеле у меня есть жилье, снимаю крошечную комнатенку в заведении фрау Амманн. Ленни живет отдельно — у нее квартирка, практически напротив «Балтазара». Решили жить так, ибо выгодно. И у Ленни что-то можно припрятать, и у меня схоронить. Часть топлива уже на причале: с этого объекта не упрут, тут вообще с этим делом спокойно, мне порой аж хочется что-нибудь подрезать из антиспортивного интереса — все в открытом или полуоткрытом доступе.
Все эти дни катер Ленни с названием «Гугль» мотался типа за добычей — когда с полным экипажем, а когда девушка ехала в одиночестве. Вдвоем этой туфтой заниматься весело — присмотрели мы пасторальное местечко на вытянутом островке за третьей по течению излучиной и устроили там секс-поляну. Там же и канистры со стратегическим запасом, провиант. Неподалеку тот самый складишок с запасами, своевременно не вывезенные остатки которых и нашла Ленни. Судя по всему, нашли и грабанули его не наши «ленивцы», а пришедшие с юга, со стороны Шанхая, искатели приключений.
Четырехтактный тридцатисильный «эвинруд» Ленни потребляет всего десять литров на сотню — такой же двухтактник жрал бы под семнадцать. Мотор тяжелый, семьдесят кил, но экономичный, а тягать на пупе его никто не собирается: стоит себе на транце и стоит. В побег по длинному варианту мы планируем брать десять двадцатилитровых канистр, ну и бак полный. Тяжело катерку будет, с учетом снаряжения и провианта, но постепенно судно будет разгружаться, легчать — после Шанхая, где мы планируем заправиться.
