— Благодарю, мэора Айнура. — Экономка с достоинством опустилась в кресло и выжидательно наклонила голову.
— У меня к вам несколько вопросов, мэора Кландира. Насколько я понимаю, вы родственница герцога?
— Достаточно дальняя, мэора. Я — дальняя кузина его светлости, можно выразиться так. — Экономка позволила себе сдержанную улыбку.
— Итак, мэора, мои вопросы будут касаться дочери капитана Паурена. Вы знаете, что девочка заболела? Её жизнь была в опасности, и только чудом девочка осталась в живых.
— Бэлли? Ах, нет!.. — вскрикнула Кландира, прижимая руку к сердцу. — Простите мою несдержанность, мэора, но мы все здесь очень любим маленькую Бэллиану и волновались о её здоровье.
— Сейчас с ней всё в порядке, Бэлли уже поправляется, — успокоила её магесса.
— Но что же случилось? Девочка не выглядела больной, скорее уставшей, но капитан решил увезти её к дедушке с бабушкой, на их ферму.
— Это я и хочу выяснить. Видите ли, мэора Кландира, болезнь девочки связана с некой куклой гномьей работы.
— Кукла в виде придворной дамы в платье персикового цвета? Но как она может быть связана с болезнью? — удивилась экономка. — Это же обычная детская игрушка. Да, она дорогая, но у многих девочек из знатных семей имеются подобные.
— Тем не менее, она несла в себе смертельную угрозу. Насколько я знаю, мэора Кландира, вы присутствовали, когда кукла перешла к девочке. Пожалуйста, расскажите мне, как это случилось.
Экономка побледнела:
— Мэора магесса, но вы же не думаете, что я… Я не могла бы причинить девочке вред! Это просто игрушка!..
— Это не просто игрушка, но я прошу вас рассказать мне, как она попала к дочери капитана, — с нажимом повторила Айриэ. — Я пока ни в чём вас не обвиняю.
— Хорошо, мэора. — Женщина постаралась взять себя в руки. — В тот день Бэлли, как всегда, сопровождала меня. Ей нравится мне «помогать», я поручаю ей несложную работу. Бэлли — прелестное дитя, я привязалась к ней, как к родной… Я вдова, и своих детей у меня нет, — пояснила она со слабой улыбкой. — Так вот, в тот раз я занималась уборкой в старой игровой комнате мэори Юминны, младшей дочери брата его светлости, мэора Эстора. Периодически там необходимо поддерживать порядок, эту комнату держат для маленьких гостий замка, ибо сама мэори Юминна давно выросла. Итак, я разбирала игрушки, кое-что следовало выбросить или отдать деревенским детям. Сейчас девочек подходящего возраста в замке нет, у кузена его светлости мэора Нэрбиса Ниараса двое маленьких сыновей. Я не знаю точно, в какой момент это произошло, но я вдруг обнаружила, что Бэлли, увлечённо копавшаяся в старых игрушках, держит ту самую куклу. Девочке игрушка очень понравилась, у неё подобных, разумеется, никогда не было. Она буквально вцепилась в куклу и, хотя я велела оставить игрушку в покое, наотрез отказалась это сделать. Я даже растерялась немного, Бэлли обычно была очень послушна, а тут в неё будто некий нечистый дух вселился. Она кричала и плакала, топала ногами — словом, устроила настоящую истерику.
Экономка усмехнулась чуть смущённо, будто каким-то образом несла ответственность за девчонкины капризы. Айриэ на её месте хорошенько рявкнула бы на капитанскую доченьку, чтобы той вопить неповадно было. Впрочем, магесса детей, мягко говоря, недолюбливала и подозревала, что её воспитательные методы не встретили бы одобрения у обладателей родительского инстинкта.
— Я не помнила, чтобы когда-либо раньше видела именно эту игрушку, хотя что-то подобное у юных мэори Файханас всегда имелось. Безусловно, это была слишком дорогая вещь, чтобы я могла ею распорядиться по собственному усмотрению. Если бы речь шла о каком-нибудь старом меховом зайце, я бы просто отдала его девочке, не ставя в известность его светлость. Но здесь и речи быть не могло, чтобы отдать столь дорогую игрушку чужому ребёнку, не принадлежащему к семье Файханас. Девочке предстояло понять, что не все капризы могут — и должны — исполняться. Однако случилось так, что мимо проходил член семьи его светлости, и уж у него, разумеется, было полное право распорядиться игрушкой. Он услышал крики и плач, зашёл к нам и, выяснив, в чём дело, сказал: «И столько шума из-за какой-то куклы? Конечно же, пусть девчонка забирает её себе!» Так что, как видите, мэора Айнура, кукла перешла к девочке на законных основаниях, если можно так выразиться.
— И кто же это был? — подалась вперёд магесса.
— Мэор Фирниор Ниарас.
Приводя себя в порядок в отведённой ей комнате, Айриэннис размышляла. Был ли Фирниор искомым магом? Верилось с трудом. Он, пожалуй, слишком солнечный для этого. Хотя ей тут же припомнилось его вчерашнее злобное шипение на мельничиху, и магесса уже не знала, что и думать. Люди — существа загадочные, попробуй пойми, что у них в душе творится…
Поскольку все гостевые покои в замке были оборудованы ванными комнатами, Айриэ с удовольствием быстренько освежилась под душем. Удобно, что одежда благодаря заклинанию оставалась чистой, хотя подумалось, что выглядит она, пожалуй, скромновато для обеда в герцогском замке. Ну, это дело поправимое. Парочка «иллюзорных» заклинаний, и магесса щеголяла в обтягивающих брючках из светло-серой, словно бы светящейся, так называемой «жемчужной» замши. Простая белая рубашка теперь выглядела золотистой туникой из очень дорогого «паутинного» шёлка, доставляемого гномами с соседнего материка, Стайфарра, населённого свирепыми серпентесами. Тонкую талию подпоясывал узорчатый тёмно-золотистый поясок, а короткие, аккуратные ноготки покрывал слой лака с янтарно-золотистыми переливами. Вздохнув, взглянула на свои унылые, прямые волосы до плеч и поняла, что этот образ ей поднадоел. Взмах — и причёска стала по-мальчишески короткой, с задорно торчащими «пёрышками». Часть прядок теперь поблёскивала тёмным золотом. Надо будет потом закрепить иллюзию причёски, а то эта рассчитана на сутки.
Иллюзии были удобны тем, что в реальности Айриэ оставалась в своей собственной, лёгкой одежде. В замшевых брючках по летней жаре и свариться недолго, а так ей удобно, окружающим — приятно.
В дверь раздался деликатный стук, потом прозвучал голос Фирниора:
— Мэора Айнура, позволите войти?
И не лень ему было узнавать, где её разместили?.. Хмыкнув, магесса позволила. Юноша вошёл — и застыл, только глаза сделались большими-большими. Ну что он удивляется, спрашивается? Никогда магов не видел, что ли? На простенькую иллюзию, которой она сейчас воспользовалась, способен любой выпускник Магической Академии, даже, наверное,
Очнувшись, Фирниор выдохнул хрипловато:
— Мэора, вы невероятно хороши!.. Позволите проводить вас в столовую? Гонг к обеду вот-вот прозвучит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
