Читаем без скачивания Нэк Меч - Пирс Энтони

— Вы находили тела погибших?

— Каждый раз. На некоторых не было никаких следов. Некоторые были изуродованы. Некоторые умирали с оружием в руках. После того как это началось, в лес всегда ходили только по несколько человек и с хорошим оружием. И все равно все погибали.

И для того чтобы одолеть эту напасть, дружинники решили устроить засаду на первых попавшихся путников и послать их в лес. Хорошо придумано, но не очень. Неужели бандитам не приходило в голову, что если кто-то сумеет одержать победу над лесной напастью, то первым делом задумается о том, а не слишком ли жестоко с ним обошлись? И следующей в этом случае в голову определенно придет мысль о мести. И снятие заклятия с леса могло оказаться для владеющей им дружины гораздо более опасным, чем злодейства самого призрака.

Тил зашагал вперед. За ним без колебаний последовали Нэк с Варой. Было еще совсем светло, но совершенно ясно, что до наступления полной темноты пройти через лес они не успеют. Десятимильный ночной переход с одним привалом для отдыха и еды — обычное дело, не считая таящегося за деревьями призрака!

Как только деревья скрыли из виду их провожатых, тройка разделилась и, пригибаясь, рассыпалась по обеим сторонам тропы и затаилась. Никто не сказал ни слова; все было заранее обговорено. Самая большая опасность исходила от людей, оставшихся позади, а не от предполагаемых призраков впереди и вокруг. При всем прочем могло случиться и так, что захватившая их в плен дружина специально умерщвляла прохожих путников в лесу, для поддержания дурной славы этого места. Чтобы там вожак дружины ни говорил, но было невозможно поверить в то, что у него нет совершенно никаких догадок о причине происшедших смертей.

Однако никто вслед за ними в лес не пошел. Повинуясь красноречивому жесту Тила, группа начала осторожно углубляться в лес — Тил двинулся вдоль тропинки со стороны чащи, Вара — по берегу реки, а Нэк, безоружный и бесполезный в случае схватки, — в центре, по ближайшему к реке краю тропы. В щипцах Нэк сжимал толстую фехтовальную палку, время от времени ударяя ею на пробу по стволам деревьев. Идти он старался пригнувшись и как можно более внимательно смотря перед собой, чтобы не угодить в ловушку, не задеть натянутую на пути веревку и не влететь головой в свешивающуюся сверху петлю. Если Нэк и ждал встречи с чем-нибудь, то определенно с чем-то вещественным, но никак не с призраком!

За час им удалось одолеть две мили. Принятые меры предосторожности казались совершенно напрасными — вокруг не было заметно ни малейшего признака какой-либо опасности. Однако впереди оставалось еще восемь миль пути и восемь часов темноты. Страх дружинников был неподдельным; возможно, землянки, в которых они жили, были следствием ужаса, испытываемого ими к бесконечным смертям на поверхности земли под сенью леса.

Идти через такой лес было легко и приятно даже ночью. Темная безмолвная масса деревьев, слегка подсвеченная лунным сиянием, укрывала тропинку с западной стороны; с восточного бока приглушенно плескалась ленивая река, на земле под ногами вились длинные стебли каких-то ползучих растений, похожих на вьюны, усыпанных раскрывшимися с наступлением темноты цветами. От белеющих в темноте тут и там цветов поднимался разносящийся легким ночным ветерком тяжелый густой аромат, но не удушающий, а наоборот освежающий голову.

Нэку вдруг вспомнилось детство. Лучшие годы его жизни: родители, сестренка. Вся последующая за этим слава зрелой жизни, расцветшая вместе с империей и давшая горькие плоды после ее крушения, не могла сравниться с легкостью и ощущением полной безопасности, присущими детству. Почему все хорошее так быстро проходит?

Во всем был виноват Хиг Палка! Наглец, посмевший бросить похотливый взгляд на малышку Нэми, сестру-близняшку Нэка. Нэку вспомнились злость и задор тех минувших дней, и рука его сжалась на рукоятке невидимого меча — рука, которой больше не было. Которую отнял у него Йод Бандит…

Время стремительно понеслось вспять, он снова оказался в лесу. Была уже глубокая ночь, но света полной луны хватало, чтобы различать все вокруг очень ясно. Нэк оглянулся на звук — к нему приближалась темная фигура — он немедленно узнал в ней Йода. Йода, который осквернил…

Нэк взмахнул над головой своим искрящимся в темноте мечом и бросился навстречу противнику. Эта голова будет красоваться на шесте, не успеют еще лучи солнца озарить землю!

Удар! Однако меч Нэка в руке отказывался служить своему хозяину как надо. Раздался нестройный вибрирующий звон, правая рука Нэка поспешно опустилась вниз.

Похолодев от страха, он вспомнил. У него больше нет меча! Теперь он несет с собой на правой руке металлофон, музыкальный инструмент.

Нэк вскинул голову и напряженно всмотрелся в лицо своего недруга, поняв вдруг, что это не Йод, а Тил.

— Тил! Ты поднял на меня меч? Ты держишь на меня зло?

Ошарашенный Тил поспешно сделал несколько шагов назад.

— Нэк! Я принял тебя за… другого человека. Но он уже мертв. Я, должно быть, устал. Я никогда не стал бы поднимать меч на тебя.

Потрясенные спутники, испытывая схожие чувства, разошлись каждый в свою сторону. Как могло такое произойти? Если бы металлофон не дал о себе знать, могло случиться непоправимое, и Тил в горячке убил бы его за считанные мгновения. По иронии судьбы, еще до того, как они приблизились к разгадке тайны леса!

За кустом мелькнула еще одна тень — кто-то подкрадывался к нему сбоку. Но Нэк был слишком опытным бойцом, чтобы позволить врагу подобраться к себе незамеченным. Это был уже не Тил — это оказалась женщина!

Нэка! Золотоволосая мисс Смит, его ненормальная подруга! Нэк протянул руки и бросился ей навстречу.

— Минос! — закричали ему в лицо.

Женщина была раздета догола; ее налитая грудь упруго качнулась, когда она вскинула свои фехтовальные палки.

Фехтовальные палки? Но тогда она не могла быть Нэкой! Это не иначе как… Вара! Она пришла, чтобы убить его. Пришла, чтобы исполнить свою месть.

Оружие выпало из рук женщины.

— Я не могу противостоять тебе, Минос. Войди в меня и уничтожь своим ужасным членом. Только отпусти Вара.

Существо раскинуло руки, приглашая его в свои объятия.

Но что творится с ней, с ним, с Тилом? Только что Нэк видел перед собой Нэку; теперь Вара воображает, что встретилась с Варом. Или с Миносом… кто это такой? А перед этим Тил напал на него…

Нэк попятился, усилием воли пытаясь изгнать из головы туман, но разрозненные смешанные образы продолжали кружиться в его сознании. Деревья вокруг него принимали угрожающие очертания, река оборачивалась огромной змеей, тьма душила пустотой. Нэк снова почувствовал, что ему необходимо драться, бежать куда-то, кого-то убивать, что-то разрушать.

К нему опять мчался Тил, размахивая своими фехтовальными палками. С другой стороны уже выкрикивала что-то охваченная новой идеей Вара. Нэк принял малодушное решение спастись бегством — происходящее все больше и больше ему пугало. У Тила мог иметься на него зуб, а Вара дождаться не могла той минуты, когда сможет убить его, однако подобное поведение так или иначе было им не свойственно.

Вара попала в поле зрения Тила.

— Убирайся из моего лагеря, мерзкое отродье! — что есть силы заорал Тил Два Оружия, замахнувшись палкой.

— Нет, Боб, не надо! — пронзительно начала вскрикивать в ответ девушка, отступая перед Тилом, глядя на него в упор и явно принимая за кого-то другого. — Не трогай меня, или я убью тебя!

Вот-вот должна была начаться схватка — о Нэке все забыли! Тил и Вара казались демонами, кружащими друг около друга в ночи, слишком осторожными для того, чтобы бить сразу, и выжидающими пока с противником можно будет покончить одним ударом. Как те бандиты, которые убили Нэку…

Нэк рванулся вперед, со свистом рассекая своим мечом воздух. Смерть им обоим!

Но с ним случилось то, чего не случалось никогда: он зацепился ногой за стебель ползучего растения и позорно растянулся на земле во весь рост. Со всего маху он упал лицом прямо в лесной мусор, в какие-то листья и веточки, металлофон снова лязгнул, испустив неуместный в творящемся ужасе всплеск звуков.

Нэк перекатился на спину и выплюнул изо рта грязь. Его тело все еще жило чужой лихорадочной жизнью, но сознание на несколько секунд освободилось от безумия. Вот они, эти призраки! Они делают из людей сумасшедших, грезящих наяву и бросающихся друг на друга! Так вот какая она — смерть, подстерегающая в лесу!

Ноздри Нэка снова заполнил аромат ночного цветения, прекрасный и подавляющий волю, — нос у него сразу же онемел. Подобный алкоголю или наркотику аромат начал менять окружающий мир, путая действительность с вымыслом, а вымысел с действительностью…

Вот в чем причина таинственных убийств! Призраки чуть было им не овладели. Нэк с трудом поднялся и, то и дело падая, заковылял к реке, скатился вниз с берега и упал в черную воду. Мгновенно пробравшийся под одежду холод речной воды очистил его сознание, и он снова приобрел способность различать окружающее.