Читаем без скачивания Мир-кольцо. Летающие колдуны. Реликт империи - Ларри Найвен

— Боюсь, что снова впаду в забытье. Чувствую себя как бы… потерянным.

— Я тоже. За последние той часа мы пролетели две тысячи миль. Было бы лучше, если бы у нас были трансферные диски или кабины.

— Наши инженеры не смогли перенести сюда трансферные диски. — Головы кукольника посмотрели друг на друга.

Луи уже несколько раз обращал внимание на этот жест. У него мелькнула мысль — может, это что-то вроде смеха у кукольников? Может, безумный кукольник приобрел чувство юмора?

— Мы повернули налево, — продолжал Луи. — Говорящий решил, что до левой стены ближе. Что до меня, то, по-моему, они на одинаковом расстоянии. Но Говорящий — теперь шеф. Он принял руководство, когда ты впал в прострацию.

— Это плохо. Его скутер находится вне поля действия моего таспа. Я должен…

— Подожди! Почему ты не хочешь, чтобы он был руководителем?

— Но… Но…

— Подумай, — не уступал Луи. — При надобности ты сможешь в любой момент применить тасп. Кроме того, он на самом деле неплохой руководитель.

— Что ж, это нам не повредит, — пропел через некоторое время кукольник. — Мое руководство не даст нам лишних шансов на спасение.

— Вот именно. Вызови его и сообщи, что теперь он является Лучше-Всех-Спрятанным.

Луи включился в интерком кзина, чтобы услышать интересный разговор, но был разочарован — кзин и кукольник обменялись несколькими словами на языке богатырей, после чего кзин отключился.

— Я должен перед вами извиниться, — сказал кукольник.

— Моя глупость привела к тому, что мы попали в опасное положение.

— Не волнуйся, — утешил его Луи. — Просто ты сейчас в депрессивной фазе цикла.

— Я разумное существо и умею смотреть правде в лицо. Я сделал страшную ошибку, приглашая Тилу Браун в нашу экспедицию.

— Действительно, но это не твоя вина.

— Моя, Луи. Я должен был понять, почему я не могу найти других кандидатов.

— Что?

— У них было больше удачи.

Луи беззвучно присвистнул. Кукольник выдал еще одну теорию.

— И эта удача не позволила им принять участие в нашей экспедиции. Лотерея Жизни привела к возникновению новой наследственной черты: удачи, счастья. Но они мне не сопутствуют. Пытаясь вступить в контакт с потомками тех, кто выиграл в Лотерее Жизни, я наткнулся на Тилу Браун.

— Послушай…

— Другие мне не встретились, потому что им сопутствовало счастье. Я же нашел Тилу, чтобы предложить ей участие в экспедиции, потому что она унаследовала гены счастья. Мне очень жаль, Луи.

— Лучше поспи, а?

— Я должен извиниться перед Тилой.

— Нет. Это уже моя вина — ведь я мог удержать ее.

— В самом деле?

— Не знаю… Может быть… Иди спать.

— Не могу.

— В таком случае веди скутеры, а я отдохну.

Так они и сделали. В последнюю минуту перед тем, как заснуть, Луи удивился ровному ходу скутера. Кукольник был отличным пилотом.

Луи проснулся уже при свете. Он не привык спать при нормальной силе тяжести и к тому же сидя. Луи зевнул и попробовал потянуться. Он громко застонал, протер глаза и осмотрелся.

Свет и тени были не такие, как обычно. Он посмотрел вверх прямо на солнце. На левой стороне была темнота, усиливающаяся с расстоянием. Место, где должен был находиться горизонт, являло собой мешанину ночи и дня, из которой выстреливался вверх невероятный лук Кольца. А на правой стороне уже наступил день.

Пустыня кончалась. За их плечами огромная гора все еще заслоняла часть неба. Впереди блестели реки и озера, разделенные бежевыми и зелеными поверхностями суши. Скутеры неслись вперед. Они напоминали серебряных жуков: Луи впереди, по сторонам кзин и кукольник, Тила сзади.

— Ты уже проснулся?

— Доброе утро, Несс. Ты все еще ведешь скутеры?

— Нет, я передал управление Говорящему. Мы пролетели уже шесть тысяч миль.

— Ага…

— Атмосферное давление увеличилось.

Луи оторвал глаза от места, где должен был находиться горизонт.

— Посмотри на указатель давления. Мы приземлились где-то на две мили выше, чем находимся сейчас.

Луи заказал на завтрак кирпичик.

— А что, это так важно?

— В чужом окружении нужно обращать внимание на все. Заранее неизвестно, что окажется важным. Например, та гора, у которой мы приземлились: она выше, чем нам казалась. Или вот тот серебристый шарик впереди.

— Какой шарик?

— Почти на линии горизонта.

Луи наконец заметил ясный, зеркальный блик.

— Отражение солнечного света. Что же это такое? Стеклянный город?

— Невозможно.

— Мягко сказано. И величина его очень большая. Громадное поле, покрытое зеркалами. Может это огромный зеркальный телескоп?

— Если это так, то он уже давно не используется.

— Почему ты так думаешь?

— Мы уже предполагали, что цивилизация Кольца деградировала до эпохи варварства. В противном случае они не позволили бы, чтобы такие огромные пространства заняли пустыни.

Еще недавно Луи не возражал бы против этого аргумента, но сейчас…

— Не знаю, может, ты слишком упрощаешь проблему. Кольцо очень велико. Я думаю, что здесь достаточно места и для высоко развивающейся цивилизации, и для варваров, и для целой массы народов промежуточного развития.

— Каждая развивающаяся цивилизация имеет экспансионистские стремления.

— Ты прав, но…

Так или иначе, они скоро смогут все выяснить. Блестящая точка находилась прямо перед ними…

Луи закончил завтрак, когда заметил на пульте два зеленых огонька. Несколько секунд он вспоминал, что вчера отключил интеркомы Тилы и кзина. Он нажал на кнопки.

— Добрый день, Луи — проговорил кзин. — Видел рассвет? Хочется быть художником!

— Видел. Привет, Тила!

Девушка не отвечала.

Лун внимательнее посмотрел на экран.

— Несс, ты не применял таспа на моей женщине?

— Нет. Зачем бы я стал это делать?

— Как давно она находится в таком состоянии?

— Каком состоянии? — заинтересовался Говорящий-со-Зверями. — Последнее время она не разговаривала, если ты это имеешь ввиду.

— Проклятие! Посмотрите на ее лицо!

Небольшая головка Тилы на экране глядела в бесконечность невидящими глазами.

— Она кажется совершенно спокойной, — сказал кзин. — Ей, вероятно, очень удобно.

— Хорошо. Посади нас, Говорящий. Тила находится в трансе.

— Не понимаю.

Они начали спуск. Желудок Луи ощутил себя весьма неуверенно в свободном падении, предложенном им кзином. Луи все время наблюдал за лицом Тилы: ни на мгновение она не изменила выражения.