нет возможности вернуть вас обратно. По крайней мере, сейчас. Мы возвращаемся обратно базу, оттуда отправимся в Корею. Все желающие могут обосноваться в империи, остальные отправятся домой в течение недели.
* * *
В живых оставили только женщину, которая сотрудничала с аббератами. Кристина решила, что это неспроста и планируется показательная казнь.
— Что будем делать с этой падалью? — спросила Серас, взявшись за рукоять меча.
Краснова положила винтовку на сгиб локтя и презрительно осмотрела коллаборантку.
— У нас с ними принято поступать так…
Она продолжила говорить, но так тихо, что Кристина не расслышала.
— Приемлемо, — сказала принцесса.
Серас подошла к коллаборантке.
— Я вижу, ты до сих пор носишь христианский крест. Значит, мы немного модифицируем наказание. Времени достаточно. — Она посмотрела на стоявших поодаль солдат. — Глаз с неё не спускать.
Пока воины и солдаты проверяли машины и распределяли по ним пленных, в центре карьера установили крест. Коллаборантку привязали к нему найденными в одном из помещений верёвками.
— Жаль, нельзя оставить её здесь подыхать, — сказала Краснова, закуривая сигарету. — Химеры точно прибудут, чтобы разобраться в произошедшем и снимут эту падаль для допроса. Потом прикончат, конечно, но мы этого уже не увидим.
— Мы оставили для них пару сюрпризов, — сказала Серас.
— Аэромины?
Принцесса кивнула.
— И не только.
Повстанцы облили хворост бензином, слитым с грузовика, и отошли. Краснова щёлкнула пальцами, отправив окурок точно в центр кучи. В небо взметнулись первые язычки пламени.
— Стоит отдать вам должное, — сказала Серас, не обращая внимания на крики и запах горящего мяса. — Вы умеете развлекаться.
— Большего эти твари не заслуживают, — ответила Краснова. — Можем отправляться, гореть она будет ещё долго.
В зрачках принцессы отражались огненные всполохи, губы тронула слабая улыбка.
— Когда-нибудь они закончатся.
— Чем вы займётесь после войны, полковник?
Серас отвернулась и посмотрела вдаль.
— Рано думать об этом.
Глава XIV
Утро на посольском этаже было суматошным — доминионцы что-то обсуждали и исчезали в одном из залов целыми группами.
— У них какой-то праздник? — спросила Минерва у Аканэ.
— С чего ты так решила?
— Клио надела чёрное кимоно и накрасилась.
— А! Это не кимоно, а куротомэсоцэ. Его надевают только по официальному поводу. Есть старая традиция — новый глава Дома устраивает приём, на котором члены клана ему вручают дары и могут обратиться с просьбой или пожеланием.
— Мы можем присутствовать на церемонии?
— Можем. Пошли. Хочу увидеть нашу принцессу в боевой раскраске вакэсёу.
Минерва и Аканэ протиснулись в забитый гвардейцами зал и стали смотреть, как сидящая на невысоком помосте Клио принимает от солдат небольшие подарки, которые, похоже, привезли специально для этого случая, и преподносила им ответные дары. Поверх своего наряда принцесса надела жилет с вышитым гербами. Центральное место занимал личный герб Клио, на котором были изображены хризантема и меч.
Трёхцветный макияж превратил лицо Клио в гладкую фарфоровую маску, начисто лишенную рельефа. Шрамы исчезли, выступал один лишь нос. Японцы считали, что чем меньше выступающих частей, тем лучше проявляется истинная красота. Выделялись красные брови и губы, глаза казались удлинёнными из-за чёрной подводки.
Клио заговорила по-японски.
— Она благодарит собравшихся и предлагает высказать свои пожелания, — перевела Аканэ.
Из толпы вышла Мика Фудзиёси. Зал затих.
— Можешь переводить её слова? Я хочу знать, о чём они говорят.
— Конечно.
— Сэнсэй. — Клио низко поклонилась.
— Я была возле вас долгие годы, — сказала Мика и села перед своей госпожой. — Я обучила вас всему, что знаю сама, наставляла в воинском искусстве и приобщала к мудрости веков. Я верно служила вам и была готова без раздумий умереть по вашему приказу. Сегодня я хочу обратиться к вам со смиреной просьбой.
— Ваши усилия оценены по достоинству, Фудзиёси-сэнсэй. Дом Серас благодарит вас за долгую службу. Изложите свои пожелания.
— Я прошу вас отказаться от сотрудничества с Конфедерацией. Нам хотят навязать невыгодные соглашения.
Макияж надёжно скрывал мысли, отражающиеся на лице, сделав его неподвижным. Чтобы ничем не выдать себя, Клио закрыла глаза. Никто не должен увидеть сомнений.
— Нам предлагают принять участие в чужой войне, — продолжала Мика, — распылить свои ресурсы и впустую потратить время, гоняясь за призраками.
По церемониальной маске Клио зазмеились тончайшие трещины. Было понятно, что ответ дастся ей нелегко.
— Я призываю вас обдумать всё ещё раз.
— Примите мои извинения, Фудзиёси-сэнсэй, но я вынуждена отказать вам. — Клио говорила очень медленно, через силу. — Я не могу удовлетворить вашу просьбу. Это окончательное решение. Вы принимаете его?
— Принимаю. Моё дело служить, а не оспаривать принятые вами решения.
— Ваши опасения понятны, но я не стану подвергать своих воинов и себя неоправданному риску. И…
Клио продолжила говорить, но так тихо, что ничего нельзя было расслышать. Даже чуткий слух Аканэ не мог помочь. — Хм… Прости, но я ничего не слышу.
— Что значит «оба»? — спросила Минерва у Аканэ.
— Бабушка.
— Они родственники?
— Нет, это её названная бабушка. Видимо, Фудзиёси прожила у Серасов так долго, что стала для них как родственница.
* * *
— Советница Дюпре!
Минерва обернулась. Их догоняла Мика Фудзиёси.
— Могу я поговорить с вами?
— Разумеется, домина Фудзиёси.
— Я хочу попросить вас и вашу помощницу об одолжении.
— Сделаю всё, что в моих силах.
— Присматривайте за принцессой, — сказала Фудзиёси. — Она ещё молода и безрассудна. Гнев полностью владеет ей, а гневается она часто.
— Сколько ей лет? — спросила Минерва, не особо рассчитывая на ответ.
Но Мика ответила:
— Двадцать восемь. В её возрасте я была такой же — всюду выискивала оскорбления, была готова убить за косой взгляд. С возрастом пришла мудрость. Я старалась научить этому принцессу, но, боюсь, что не смогла. У вас большое влияние, вы можете хотя бы частично защитить её от самой себя. Вы преуспеете там, где я потерпела неудачу.
— Зачем нам делать это? — спросила Аканэ.
Взгляд Мики стал жёстким.
— Не думай, что я слепая. Я вижу, как ты смотришь на Клио, девочка. Ты считаешь её своим противником. Но ты даже не представляешь, с чем тебе предстоит столкнуться в бою. Идём, я покажу тебе. И вы тоже, советница. Вы же хотели узнать, как был уничтожен Дом Перро? Это ваш шанс.
Они спустились в тренировочный зал, вышли на идущую под потолком галерею.
— Клио придёт сюда, я знаю. Ей нужно избавиться от своего гнева. Только мне известно, как ей было тяжело ответить отказом на мою просьбу пересмотреть соглашение с вами.
Ждать пришлось недолго.
— Смотрите.
Клио вышла на арену, держа в руках пару автоматических пистолетов. Она не смыла макияж, и маска постепенно осыпалась, покрываясь всё
