— Они нас боятся, — констатировала я.
— А ты бы не боялась? Маг, способный внушить, что угодно? Способный управлять самым могущественным Архимагом?
— Сколько на самом деле менталов по миру?
— Кто его знает… Ты вторая, кого я встретил за свою жизнь.
— Первый… это лорд Цениан?
Редкие хлопки были мне наградой за догадливость. Если учитывать, что Кайлос был юн только по меркам драконов, а для всех остальных ему уже исполнилось двести лет, то выборка у него внушительная.
— Ты сказал, что менталы «уже» не запрещены, то есть Совет поменял свое отношение?
— Поменял, да поздно. Теперь они очень надеяться на Камень и Избранных.
Твою ж…
— Как ты думаешь, они догадываются?
— Почти наверняка, иначе с чего бы тебя утвердили на должность ректора? И с чего бы тебя предложил и поддерживал Эвальдос?
Разумно, хоть и холодно.
— Н-да. Кстати, об этом. Татуировка контракта…
Я ожидала протеста со стороны моей обретшей волю интуиции, но нет, та свернулась сытым котенком и тихонько мурчала. Означает ли это, что Кайлосу можно доверять безоговорочно? Или… он же тоже ментальный маг.
— Она изменилась после Благословения? — подсказал дракон, давая понять, что ему и так все известно и прежде, чем я успела спросить, сам пояснил: — это было в одном из трактатов, сохранившихся в семейной библиотеке. Там длинная история, я дам тебе прочитать, но если вкратце, то Школа раньше была иной. Это был не просто инкубатор для будущих удачных приобретений Семей, а платформа для подготовки Хранителей. Если упустить пафос, то задача Хранителей было наблюдать за пресловутым Равновесием и вмешиваться, если дело принимало скверный оборот. Со временем эти функции перешли к Совету, а потом…
— А потом политика, борьба за власть и многое забылось, было утеряно.
— Да, добавь сюда историю свихнувшегося Ментала из-за которого и началась глобальная чистка.
— Понятно. Значит, Благословение и Школа связаны.
— Вооот, — протянул Кайлос, — мы возвращаемся к тебе, мне и дипломной. Совет и так все знает, бдит, а для других моя работа будет отличной ширмой…
— …узнать побольше о Ментале.
— Ага, — и опять маска беззаботного юноши и последовавшие за этим откровения: — Лорд Цениан примерно к этой мысли и поддалкивал меня всю дорогу. Открыто не признавался в том, кто я и кто он. Все ждал, когда я сам додумаюсь и признаюсь.
Потом один ректор сменился другим, но суть осталась прежняя. Нужно соответствовать.
— Хочешь подброшу данных? — настала моя очередь хитро глядеть на чешуйчатого.
— Давай.
— Помнишь, ты говорил про основной аргумент против Ментала?
— Их там несколько, ты о каком именно?
— Про нити, и то, что ментальных нитей не бывает?
— А, да, есть такое.
— Волны.
— Что?
— Никто не может видеть нити ментальной магии, потому что никаких нитей и нет. Есть волны.
И я кратко рассказала дракону о том, что увидела тогда в кабинете, вообще обо всем опыте применения Ментала. В ответ Кайлос поведал о том, как обнаружил в себе дар еще в раннем детстве, как наведался в Храм Радужной Госпожи, традиционный выбор его Семьи, но получил от ворот поворот, так что в отчаянии заглянул в противоположный по смыслу и, сюрприз-сюрприз, получил подарочек. Разбирался он с ним долго, но в конце концов наткнулся на те самые древние трактаты в семейной библиотеке и многое прояснил для себя. А теперь и для меня.
Два часа пролетели незаметно, и когда появился Тай мы были в самом разгаре дискуссии о том, почему Темная Госпожа и Скрытый Лик — это одно и то же. Тем длы беседы было еще море, но многозначительный взгляд Кайлоса на прощание, и я осталась наедине с Таем.
— Смотрю, вы плодотворно пообщались, — кивок головы на исписанные листки бумаги, что дракон оставил в качестве «домашнего задания».
— Да, спасибо, что помог с этой встречей.
Балавр немного помолчал, а потом все же не выдержал:
— Ничего не хочешь мне рассказать?
Хотела, очень хотела, особенно теперь, когда поняла во что вляпалась и чем все это может быть чревато, но с чего начать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Стоп, я что последний вопрос вслух задала?
— Можешь начать со Скрытого Лика, у меня отличный слух, уловил от дверей, — и, прежде чем я успела испугаться, — я накинул на вас АнтиУхо, когда уходил.
Кажется, мы с Кайлосом слишком увлеклись. Надеюсь, только Тай смог нас подслушать, говорили мы о весьма сложных вещах. Компрометирующих.
— АнтиУхо? — уточнила я на всякий случай.
— Еще плотнее, чем раньше.
— Тогда начну я, пожалуй, не с Ликов, а с Армеля и Эвальдоса.
Глава 27. Все сходится. Тайлар
Я помню, как смотрел на нее в первые разы. Как старался дышать через нос, чтобы уменьшить влияние запаха, как давил в себе зверя, не позволяя вырваться наружу инстинктам. Помню, как избегал, отстранялся то ли оттягивая неизбежное, то ли растягивая удовольствие. Даже знаю, когда именно внутри щелкнуло и переключило из режима «держать под контролем» в «хочу».
Осталось дождаться, когда и у самой Крис это самое щелкнет. Торопить события, давить и заставлять нет смысла, ей никуда от меня не деться, а значит можно сделать все правильно. Неотвратимо.
Пока Крис собиралась с мыслями, я разглядывал ее словно в первый раз. Выбившиеся из строгой прически пряди, и образ холодной леди тает под лучами ее же жизненной энергии. Искристые зеленые глаза. Поблескивающие губы, она постоянно их облизывает, как только не обветрились напрочь? Она вся состоит из сияния, из света, хоть это и кажется абсурдным учитывая кто ее Благословил.
Неужели она, наконец, готова довериться? Открыть «самый страшный секрет», о котором я давно догадался? Давлю ухмылку, чтобы не выдавать себя. Ревность к Кайлосу? На этот раз это только ширма. Зверь чувствует ее острее кого-либо, по малейшим ноткам запаха может различить если не мысли, то эмоции точно. Нет между ними того, что есть между нами. Сладкого напряжения, болезненной тяги, потребности. И нет, я не обманываю себя — точно знаю, что Крис под властью тех же чувств, даже если пока не призналась себе до конца.
Ловлю ее взгляд на своих губах и ухмылка все же прорывается:
— Драгоценная, ты хотела рассказать про Эвальдоса и Армеля.
— А? Да, точно, — было видно, что Крис смущена, но старательно делает вид, что ничего такого. — Ты знал, что они появились в Школе одновременно?
— Они старые друзья, — кивнул я.
— Хм, а я вот не знала. Слышал что-то о Хранителях Равновесия?
— В той или иной степени. Концепция магов-наблюдателей, регуляторов потоков магии есть почти во всех мирах Веера. Хочешь сказать, что Эвальдос и Армель Маги Равновесия?
— Это было бы так странно?
— Вовсе нет, это было бы логично, просто в Истоках — это функция Совета.
— А что, если это было когда-то функцией Совета, а сейчас Семьи, скажем так, «позабыли» о своих обязанностях?
А ведь у меня был похожий разговор с лордом Ценианом, теперь я вспомнил. Тогда я не до конца понял, чего он от меня хотел, зачем задавал все свои странные вопросы. Почему приблизил. Потом эти воспоминания стерлись, на них наслоились другие, пряча суть беседы.
— Эвальдос — Ментальный Маг! — получилось громче, чем хотелось, хорошо хоть АнтиУхо я поставил знатное.
— Думаю, да, но только не очень сильный или серьезно ослабевший, — поделилась Крис своей главной догадкой.
И все встало на свои места. Совет не мог доверить управление Школой посредственному магу, а ведь лорд Цениан был именно таким — уверенным середнячком, но не более. При этом держал Школу в железных рукавицах веками, в Совете его безмерно уважали и даже боялись. Объяснение простое — он мифический Ментальный Маг, один из тех, кого якобы давно истребили. Более того, скорее всего — он очень мощный ментал, умело скрывающийся от других магов, ведь о нем не было даже слухов. Не удивлюсь, если в его тайну посвящена только верхушка, а остальные… Или под влиянием, или так привыкли к порядку вещей, что и не замечали странностей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
