– Теперь понятно, почему ты победил крензера, – произнес мужчина. – Схватка получилась отменной.
– Повезло, – сказал землянин. – Мутант промедлил, за что и поплатился.
– Не скромничай, – усмехнулся Брин. – Ты заслуженно выиграл. Давно в рабстве?
– Полтора года, – проговорил Андрей. – Пираты захватили наш корабль и продали всех пассажиров перекупщикам.
– Типичная история, – заметил командир отделения, надевая головной убор. – А родился где?
– Точно не знаю, – солгал юноша. – Мать умерла рано, а отец постоянно менял место жительства.
– А я с Тесты, – с горечью произнес Флектон. – Великолепная планета. Маленькая, уютная, красивая. Мягкий, теплый климат, много пресной воды и полезных ископаемых, опасных хищников в лесах почти нет. И черт меня дернул завербоваться на транспортное судно! Алчность до добра не доводит.
– Я встречал тестианцев, – сказал Волков. – Некоторые невольники оказались на судне работорговцев благодаря соотечественникам. Беднягам подмешивали в вино наркотик. Потерявших сознание людей тайно переправляли на орбиту. Несчастные приходят в себя уже в трюме корабля.
– Этим грешит Брастон, – возразил Брин. – Мерзавцев в столице более чем достаточно. В провинциальных городах жизнь совершенно иная. Ладно, не будем о грустном. Пора заняться делом.
Флектон тренировал землянина четыре часа. Каждое препятствие Андрей преодолевал раз по десять. Периодически мужчина указывал подчиненному на ошибки. Что-то юноше удавалось исправить, что-то нет. Отдыхать Волкову тестианец практически не давал. На полигоне сотни голографических камер. За невольниками наверняка внимательно наблюдает дежурный офицер.
Андрей сел на землю и блаженно вытянул ноги, лишь когда на горизонте появилась колонна солдат. Куртка юноши насквозь промокла от пота. Командир отделения стоял в пяти метрах от Волкова.
– Как успехи? – взглянув на измученного бойца, спросил сержант.
– Прогресс значительный, – проговорил Брин, – но одного дня мало. Для выработки устойчивых навыков нужна хотя бы декада. Мы ведь бегали здесь почти месяц.
– У него нет на это времени, – возразил наемник. – Вставайте в строй.
После ужина подразделение направилось в казарму. Внутренняя планировка здания была стандартной. Слева – душевые кабины и туалет, справа – длинный коридор, ведущий к жилым помещениям. Как и следовало ожидать, третий взвод располагался в дальней секции. Кровать землянина находилась точно по центру и опять на втором ярусе. Спорить Андрей не стал. Обострять отношения с сослуживцами из-за такого пустяка не имело смысла.
Невольники молча обступили юношу. Тестианец представил Волкова и вкратце рассказал о злоключениях землянина. Солдаты внимательно, не перебивая, слушали Флектона. Вопросы никто не задавал. Когда мужчина закончил, бойцы начали знакомиться с Андреем. Имя, фамилия, короткое крепкое рукопожатие. Разумеется, юноша мало кого запомнил. Сейчас его интересовали только два человека.
Ален Блекпул. Высокий стройный парень лет двадцати восьми. Русые волосы, прямой нос, вытянутый овал лица, массивный подбородок, тонкие губы, крупные серые глаза. Без сомнения, аластанец разбил не одно женское сердце. Настоящий красавец. Держался Ален свободно и раскованно. Хлопнув Волкова по плечу, Блекпул улыбнулся, подмигнул и весело произнес:
– Добро пожаловать в наше убогое жилище. Сильно не расстраивайся. Скоро все изменится. До экзамена остался месяц. Очистим местность от бандитов и станем наемниками первого уровня.
Если честно аластанец понравился Андрею. В нем чувствовалась какая-то лихая, молодецкая удаль. Подобные люди никогда не унывают.
Джей Парсон произвел на землянина тягостное впечатление. На вид мужчине было лет тридцать пять – тридцать семь. Мощная фигура, низкий лоб, густые нахмуренные брови, темные волосы, давно небритая щетина. Успехом у прекрасной половины цекрианец вряд ли пользовался. Мясистый большой нос, верхняя губа нависает над нижней, зубы неровные, глаза словно крошечные щелки амбразур. Джей пробурчал что-то невнятное и поспешно отошел в сторону. Налаживать контакт с новичком Парсон не собирался.
Толпа невольников постепенно расходилась. Солдаты готовились ко сну. Волков снял одежду, бросил ее на постель и зашагал к душевым кабинам. Юноша занял очередь за парнем из второго взвода. Боец пристально взглянул на Андрея, но ничего не сказал.
Подразделения девятой роты хоть и ночевали в одной казарме, держались обособленно. Их пути пересекались крайне редко. Пятнадцать дней назад барак покинул первый взвод. Здание опустело на треть. Теперь, чтобы попасть в места общего пользования, требовалось гораздо меньше времени.
Землянин задумался и не заметил приближающегося Блекпула.
– Странный у тебя шрам на спине, – проговорил Ален. – Будто хищник когтями процарапал.
Волков обернулся и посмотрел на аластанца. Невольник спокоен и расслаблен. Нет ни намека на иронию. Обычное любопытство. Рядом с Блекпулом стоял парень лет двадцати четырех. Круглое лицо, мягкая линия подбородка, чуть вздернутый нос, серые глаза с хитринкой. Если юноша не ошибался, солдата звали Найджел Крессен.
– В некотором роде так и было, – ответил Андрей. – Гладиаторам в Ассоне дается специальное оружие – перчатка с острыми стальными лезвиями. Противник зацепил меня.
– Но ты, тем не менее, прикончил мерзавца, – сказал Ален.
– Да, – подтвердил землянин. – Организаторы поединков не оставляют бойцам выбора.
– И каково это? – понизив голос, спросил аластанец.
– Что именно? – не понял Волков. – Оказаться на арене стадиона?
– Нет, – произнес Блекпул. – Убить человека. Вонзить клинок ему в глотку.
– Удовольствие не самое приятное, – вымолвил юноша. – Воины часто испытывают приступ тошноты.
– Чепуха! – вмешался Крессен. – После победы над крензером ты кричал как сумасшедший.
– Я радовался не тому, что перерезал мутанту горло, а тому, что выжил, – возразил Андрей.
– И тебя не возбуждали ревущие от восторга трибуны? – не унимался Ален.
– Мне было не до зрителей, – грустно усмехнулся землянин. – Раны ужасно болели...
– А, по-моему, это ни с чем не сравнимое ощущение, – проговорил аластанец. – Поверженный враг валяется у ног, по лезвию клинка стекает кровь, а молоденькие красивые девушки истерично вопят и падают в обморок. Ты – кумир многотысячной толпы. Мечта, сказка!
– Не тешь себя иллюзиями, – сказал Волков. – Публике абсолютно наплевать, кто кого заколол. Когда погибает знаменитый боец, трибуны торжествуют ничуть не меньше. Туристы платят деньги за жесткое зрелище и получают его. Поверь, любовь толпы не стоит ни сирия. Сегодня плайдцы прославляют героя, а завтра они же заставляют более удачливого воина добить беднягу.
– Значит, нужно всегда побеждать, – упрямо произнес Блекпул.
– Удача не всегда сопутствует человеку, – вымолвил юноша. – Одна оплошность, неточность и тебе в бок вонзится кинжал. У меня на глазах расстались с жизнью несколько отличных гладиаторов.
Солдат второго взвода освободил кабину, и спор прекратился сам собой. Андрей включил душ и встал под струю теплой воды. После беседы с Аленом многое прояснилось. У аластанца слишком непомерные амбиции. Он не способен адекватно оценивать ситуацию. В будущем данное обстоятельство может сыграть с наемником злую шутку. Пренебрежительное отношение к противнику еще никому не шло на пользу. Впрочем, торопиться с выводами не следует. Волков не так уж хорошо разбирался в людях. Не исключено, что Блекпул просто проверял землянина.
Три декады пролетели довольно быстро. Андрей занимался по индивидуальной программе. Юноша учился преодолевать различные препятствия: забирался на отвесные скалы, прыгал, как заяц, по разрушенным мостам, ползал под низко натянутой проволокой. Флектон поблажек подчиненному не делал. В казарму Волков возвращался, едва волоча ноги.
Кроме того, землянин ежедневно стрелял из различных видов оружия. На полигоне было все необходимое: бластеры, лазерные карабины, автоматы, гранатометы. Средств на подготовку солдат Энгерон не жалел. К концу месяца Андрей разбивал мишени на куски, почти не целясь. Эта наука давалась ему необычайно легко.
