заволновалась Василиса. Девочка совсем чуть-чуть старше брата, Лёшки. Сработал рефлекс «старшей сестры».
– Я ни одного моря не пропущу! – заявила Одри. – Даже если там льдины будут плавать! Море – это самое главное! Если бы было можно, я бы на море поселилась.
– Можно, – улыбнулся Данька, – я вот поселился.
– Это правильно, – сказала девочка и нырнула.
– Хоть что-то хорошее мы для неё сделали, – вздохнула Васька. – Мне её так жалко. Бедный ребенок.
Одри стремительно вынырнула, и тут же вылезла на гранит набережной, обняла себя худыми руками и задрожала.
– Замёрзла? – Василиса кинулась вытирать голую девочку полотенцем. – Я же говорила!
– Я не замерзла. Я испугалась. Там на дне корабль лежит, а на нём скелетов целая куча. Бр-р-р. Тут тоже все умерли, да?
– Скорее всего, – подтвердил Данька.
– А почему? Ты тоже кого-то не уговорил?
– Нет, я тут никогда раньше не был. Я не могу успеть везде.
– Ты что, один… Как это называется?
– Это называется «корректор». Нет, я не один, но нас мало. Слишком мало для Мультиверсума. Куча миров погибает из-за того, что мы туда не успели. Вот, может быть, ты поможешь.
– Я? А что я?
– Ты можешь стать корректором и спасти не один мир, а много. Ты же хотела быть Спасительницей? Это единственный способ для таких, как мы.
– И что для этого надо?
– У нас есть специальная школа. Она так и называется «Школа корректоров». Там учатся дети с синими глазами.
– Наверное, это здорово, – сказала задумчиво Одри. – Хотя в моей школе мне не очень нравилось. То есть, сначала нравилось, а потом туда набрали черноглазых, они всё время хулиганили и меня обижали.
– У нас никто никого не обижает, уж это точно, – успокоил её Данька. – У нас отличная школа.
– А ты там будешь?
– Буду появляться, когда не спасаю очередной мир.
– Ух, это прозвучало круто! Получается, что ты настоящий герой?
– Я просто корректор. Накупалась? Поехали дальше?
– Знаешь, – серьёзно сказала Одри, – я поняла, что ты мне хочешь показать. Миры, где ты не справился, где тебя не послушались, и всё кончилось плохо. Чтобы я тебя послушалась, и всё не кончилось плохо у нас. Ведь ты обещал меня вернуть, если я потребую, так?
– Да, примерно так.
– Я не дурочка. И на скелеты я уже насмотрелась. Я не буду проситься назад. Лучше покажи мне мир, где у тебя получилось. Любой. А то мне начинает казаться, что ваш Мультиверсум – просто огромное кладбище.
– Договорились, – улыбнулся Данька. – Одевайся.
***
– Как-то здесь… Обыкновенно, – сказала разочарованно Одри.
Городская улица, едут машины, идут люди, работают магазины. Никто не обращает внимания на двух подростков и ребёнка, сидящего на раме велосипеда.
– А ты чего ожидала?
– Ну… не знаю. Чего-то.
– Ты просто не знаешь, насколько редкой стала в Мультиверсуме вот такая «обыкновенность». Хочешь мороженого?
– Хочу! А что это?
– Сладкая холодная еда. У вас разве нет?
– Может, у богатых есть. Мне-то почём знать? Моя мама делала кукол, мой папа водил грузовик – пока в водители не набрали черноглазых. Тогда он остался без работы. В продуктовых наборах для бедных никакого «мороженого» не было.
– Тогда тебе точно стоит попробовать.
Они зашли в небольшое кафе и сели за столик у окна. Велосипеды поставили в специальную стойку у входа.
– Их не украдут? – с опаской спросила Одри.
– Здесь? – рассмеялся Данька. – Ну что ты! Его Величество Степан Четвёртый не одобряет воровства. А чего не одобряет Его Величество – того и быть не может.
– Тут есть король? – удивилась Васька.
– Бери выше – император!
– И его зовут Степан?
– Его зовут «Ваше Императорское Величество». Но по имени он Степан Степаныч, почему нет?
– Мне казалось, что императоров должны звать как-нибудь более пафосно. Ну, там, Октавиан Август или Карл Великий.
– О, Степан Степаныч вполне велик, не сомневайся. Метр девяносто восемь, насколько я помню. И в плечах как четыре меня. Мастер гиревого спорта.
– Да ты, я вижу, поклонник монархии? – засмеялась Василиса.
– Одной конкретной династии, – отмахнулся Данька. – Так получилось.
Девушка-официантка, она же, видимо, владелица кафе, принесла меню и, отойдя за стойку, принялась сверлить их взглядом. Васька подумала, что они действительно выглядят подозрительно – встрёпанные, чумазые, в запылённой мятой одежде. А вдруг сопрут сахарницу и сбегут? Ах да. Император же не одобряет.
– Тебе какого мороженого? – спросил Данька у Одри.
– А какое бывает?
– Всякое. Тут есть клубничное, ванильное, шоколадное, банановое… Знаешь, что?
