Читаем без скачивания Команда мести - Кирилл Казанцев

Илья Владимирович, как правильно определил Артем, был офицером военной разведки, представителем ГРУ Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации. Здесь, у южан, он числился советником, что не мешало ему, помимо помощи новым союзникам добрым советом, вести игру в интересах своей организации. Горцы – благодаря систематическим провокационным заявлениям их не совсем психически нормального президента – сейчас почти всерьез воспринимались в качестве «вероятного противника». Разумеется, за ними нужен был глаз да глаз. Ну, а закрутить карусель серьезной оперативной игры с заокеанскими покровителями и хозяевами потомков Даты Туташхиа – вообще здорово. Это – серьезный успех, о котором Илья Владимирович изначально и мечтать не мог. Он, собственно, такое развитие событий не планировал. Потому-то и «прокололся», промахнулся слегка – не увидел перспективы и позволил завершить операцию «Канал», которую сам же и разработал. И только потом сообразил, что поспешил, что необходимо было оставить жизнь резиденту еще хотя бы на пару недель. До тех пор, пока он не сведет Рождественского с хозяином… Но было уже поздно – Монах ушел на ту сторону без связи…

Профессиональный разведчик, Илья Владимирович прекрасно понимал всю опасность возложенной на Рождественского миссии. Однако что значит жизнь одного отщепенца-уголовника по сравнению с интересами державы? Да ровным счетом ничего!

И все же разведчику, оставшемуся в одиночестве, не давала покоя одна мысль. Вот прицепилась, как репей к собачьему хвосту, и не отделаться от нее, хоть тресни. До сих пор Илья Владимирович плотно с подразделениями спецназа не работал. Но в то же время то, что он знал об их деятельности, невольно заставляло относиться к этим ребятам с уважением. А этот… Слишком легко, слишком быстро сломался. Может, это арест и тюрьма его так подкосили? Оказался в непривычных условиях, среди уголовников… И – переродился человек, утратил свое прежнее «я», стал более податливым и даже угодливым.

Наверное, об этом имеет смысл подумать потом, на досуге. А пока надо дожимать уже сдавшегося бывшего офицера, превращая его в послушное своей воле орудие…

Размышления разведчика прервал резкий и звучный удар в дверь, после которого та широко распахнулась. В небольшой кабинет ввалились два крупных бородача в камуфляже, с автоматами, изготовленными к стрельбе. В коридоре, за спинами этой парочки, маячили такие же, похожие на первых так, как могут быть похожи близнецы. Илья Владимирович заметил в этой живописной группе и лицо куратора…

– Что здесь происходит? – Он попытался было встать с места, но один из вошедших повел в его сторону стволом автомата и рявкнул с ярко выраженным кавказским акцентом:

– Тыха! Сыдэт! – И добавил почти небрежно: – Заткныс!..

Глаза и следующий за ними ствол автомата старательно обшаривали кабинет. Илью Владимировича поразило выражение этих глаз. Холодные и совершенно равнодушные. Ни малейшего отражения обычных человеческих эмоций – страха, злости, раздражения, любопытства. Человек с таким взглядом убьет не задумываясь. И совесть его мучить не будет, и спать он будет спокойно, и аппетит не потеряет. Поэтому разведчик оставил попытки продолжить полемику – бессмысленно. Сел, аккуратно сложил руки на коленях и, как ему было сказано, заткнулся. Только попытался найти глазами куратора. Но тот упорно отворачивался, старательно высматривая нечто чрезвычайно интересное, только ему одному видимое, где-то в глубине штабного коридора.

«Сволочь…» – констатировал про себя разведчик. В принципе, он никогда не строил иллюзий в отношении этого… Этого… Но было обидно.

В это время первая пара бородачей расступилась, освобождая проход. Из-за широких спин на середину кабинета вышел пожилой мужчина. Высокий, худощавый, прямой, как палка. Когда-то жгуче-черные волосы густо разбавлены сединой, медный чеканный профиль индейского вождя… Вообще даже при взгляде на незнакомца можно было определить недюжинную внутреннюю силу. И вел он себя уверенно, властно. По-хозяйски. Хотя Илья Владимирович был уверен, что никогда раньше не видел этого человека. Ни в разведуправлении, ни в Генеральном штабе, ни в правительстве южан.

Пожилой внимательно осмотрел кабинет, после чего перевел взгляд на Илью Владимировича. Глядя прямо в глаза разведчику, негромко и почти без акцента спросил:

– Где он?

– Кто? – на всякий случай уточнил Илья Владимирович. Хотя если учесть, что он сам и местный разведчик-куратор на месте, вопрос более чем ясен.

– Монах, – тем же бесцветным голосом проговорил пожилой чеченец.

Он не топал ногами, не брызгал слюной, не угрожал… Просто не отводил взгляд. Ждал ответа, нисколько не сомневаясь в том, что он будет получен.

– Вышел, – выдавил из себя Илья Владимирович.

– Куда?

– Туда, – осторожно указал пальцем на дверь разведчик.

Пожилой, не поворачивая головы, бросил короткую гортанную фразу. И сразу же за его спиной, в коридоре, засуетились, затопали, бросились куда-то. Бородачи из кабинета тоже метнулись за своими товарищами. Пожилой не спеша, почти величественно, вышел вслед за ними.

В кабинет неловко, бочком, протиснулся куратор бригады. Не глядя на советника, прошел к столу, налил стакан вина, выпил. Разглядывая носки своих туфель, пожаловался неведомо кому:

– Ну, Монах… Подставил меня! Как подставил!

Наверное, он рассчитывал на то, что разведчик задаст какой-нибудь уточняющий вопрос. Но Илья Владимирович только тихо злился на местного коллегу и облегчать ему жизнь не собирался. Тем более что отлично знал – если человек начал говорить, то обязательно продолжит.

Так и получилось. Немного помявшись, куратор возбужденно заговорил:

– Это… – махнул он оттопыренным большим пальцем за плечо, в сторону коридора, – оч-чень серьезные люди! Из Грозного. Они нам в ту, первую войну очень помогли. Оказывается, Монах – их «кровник», родственников их убил. Они его третий год по всей стране ловят. И поймать не могут…

– И не поймают, – «успокоил» местного коллегу Илья Владимирович.

Он с трудом сохранял равнодушное выражение лица, хотя внутри просто кипел от злости. Самоуверенный дурень – самое, наверное, мягкое определение из тех, что подобрал для себя разведчик. «Сломал» он! «Легко»! «Подчинил»! Ага! Как же. Бывший майор увидел или почувствовал грозящую ему опасность, в какие-то секунды просчитал варианты, выбрал оптимальный и, воспользовавшись самодовольной расслабленностью горе-вербовщика, реализовал этот вариант в полной мере.

В кабинет вернулся пожилой чеченец. На этот раз один, без сопровождающих бородатых лиц.

– В здании его нет, – недовольным тоном произнес он.

– Сейчас! – засуетился куратор. – Я позвоню!

– Не надо, – властным жестом остановил его чеченец. – Твои люди ничего не смогут сделать. Он – воин.

Илья Владимирович отметил, что в словах чеченца прозвучало искреннее уважение к сильному и опасному противнику.

«А ведь они уже встречались где-то раньше, – подумал разведчик. – И в ту, первую встречу тоже «облажались».

Почему-то на душе стало немного легче. И даже как-то веселее. В конце концов, не он один остался в дураках. А операция, что провалилась, еще не начавшись… Да черт с ней!

Оказывается, и в поражении могут быть приятные стороны…

«УАЗ» заложил лихой вираж и резко затормозил, подняв облако пыли. Машина еще не успела остановиться, а Артем уже выскочил из нее.

– Смирно! – рявкнул здоровенный сержант, и с десяток бойцов вытянулись в струнку. Он развернулся к Рождественскому, вскинул правую ладонь к козырьку пятнистого кепи: – Товарищ инструктор! Первое отделение первого взвода проводит занятия на командирском ящике! Командир отделения…

– Вольно! – скомандовал Артем. – Продолжайте занятия.

– Вольно! – продублировал команду сержант.

– Где Большой? – спросил Артем, пожимая руку сержанта.

Командир отделения махнул рукой в ту сторону, откуда доносились сухие щелчки выстрелов.

– Хорошо, – кивнул Рождественский и быстро пошел в указанном направлении.

Уже через несколько секунд он увидел Багрова, который что-то энергично втолковывал ротному – молодому капитану, который, единственный в роте, не только был профессиональным военным, но и получил основы специальной подготовки в одном из военных российских институтов.

– Федор Аверьянович! – издали окликнул старшего товарища Артем, а когда тот оглянулся на голос, взмахнул рукой, подзывая его к себе.

Время, время! Острый дефицит времени. Рождественский не сомневался, что они сумеют уйти. Но ведь и уходить тоже можно по-разному… И ему не хотелось убивать кого-нибудь из этих ребят, в чью подготовку он вложил свои знания, опыт и душу.

Багров словно почувствовал настроение друга. Еще даже не зная, о чем пойдет речь, он не стал тянуть время. Ткнув рукой в сторону стоящих в две шеренги бойцов, отдал какое-то распоряжение ротному и быстро подошел к Артему.