Дэйв протянул к ней руку, без слов приглашай ее. Она молча вложила свою руку в его ладонь, не в силах сопротивляться притяжению, возникшему между ними. Он осторожно сжал ее пальцы, боясь разрушить этот внезапный гипнотический контакт, медленно сел на постели и притянул Алекс ближе, усадив ее между своими раздвинутыми бедрами. На ней были лишь легкое платье свободного покроя и трусики. Руки мужа обвились вокруг ее округлившейся талии и медленно заскользили вниз вдоль бедер, пока не добрались до низа платья.
Алекс сделала судорожный вдох и замерла, Дэйв помедлил, определяя, что означает этот вдох. С легкой дрожью она сделала выдох, опустила веки и, приоткрыв мягкие губы, наклонилась и прильнула к его губам.
Откинувшись назад, он увлек ее за собой и стянул с нее платье. Мгновение спустя их ноги и руки сплелись в жадном и страстном объятии. Забыв обо всем, они устремились в водоворот чувственных ласк и долгих пьянящих поцелуев.
Ощущения Алекс сплелись в горячий узел желания и, в нетерпеливом стремлении к близости с мужем, она притянула его к себе, обхватив ногами. Позволив себе на мгновение приоткрыть глаза, она увидела позолоченные солнечным светом темные волосы Дэйва и яростную страсть в его глазах, внезапно призрак ее ночей вновь появился перед ней, Алекс поспешно закрыла глаза и жалобно застонала от неудовлетворенности.
— Нет! — прохрипел Дэйв, осознав, что произошло с ней. — Нет, Алекс, нет, черт возьми!
Она попыталась отогнать видение.
— Посмотри на меня! — потребовал Дэйв. — Ради всего святого, открой глаза и посмотри на меня!
Алекс медленно приподняла веки, с трудом сфокусировав взгляд на лице мужа. В его глазах было жаркое желание, она не могла отрицать этого. Возможно, Дэйв не любил ее, но он страстно хотел ее, все еще хотел спустя почти восемь лет, несмотря на округлившийся из-за беременности живот, несмотря на все то, что произошло за эти последние шесть месяцев. Дэйв все еще хотел ее, и может быть…
— Нет! — запротестовал он, когда Алекс снова закрыла глаза. — Нет, ты не скроешься от меня на этот раз!
Сжав ладонями ее лицо, Дэйв вновь вынудил ее открыть глаза. Она испуганно заморгала.
— Ты хочешь меня, Алекс, — в ярости прорычал он. — Но ты не получишь меня, пока не откроешь глаза и не примешь меня таким, какой я есть, со всеми моими ошибками. Алекс, я — тот мужчина, которого ты хочешь.
— А если я не смогу? — жалобно прошептала она. — Если я никогда не смогу принять то, что ты сделал?
— Тогда ты никогда не получишь меня, — мрачно ответил Дэйв. — Я не могу заниматься любовью с женщиной, которая все время прячется от меня за закрытыми глазами.
Направившись в ванную, он оставил ее разбираться в том, что сказал. Это ультиматум, подумала она. Может, он считал, что уже заплатил за свою измену? Она должна снова поверить ему — или забыть о физической стороне их брака! Невероятно, как он сумел переложить всю ответственность на нее, заставляя именно ее идти на уступки!
Негодование, закипев, побулькало и утихло, когда она поняла, что, быть может, он прав, и ей придется принять Дэйва со всеми его хорошими и плохими чертами, если она хочет сохранить их брачный союз. Эта мысль повергла Алекс в еще большее замешательство: она не знала, что ей для этого нужно сделать. Всю следующую неделю ее мучил этот вопрос, но случилось нечто, что отбросило прочь все остальные проблемы.
Близнецы исчезли.
11
Алекс во всем винила себя. Эта неделя была, наверное, самой кошмарной по своей напряженности. Дэйв не пытался скрывать раздражение по отношению к Алекс, и она вздохнула с облегчением, когда он уехал на пару дней в Манчестер.
Шли пасхальные каникулы, и близнецы все дни проводили дома. Возбужденные предстоящим переездом, они все время мешали ей и путались под ногами. И Алекс ловила себя на том, что кричала на них гораздо чаще, чем этого требовала необходимость.
Занимаясь упаковкой вещей, она услышала телефонный звонок и, проклиная все на свете, с трудом пробралась сквозь нагромождение упаковочных ящиков, чтобы ответить, но звонки прекратились.
В еще большем раздражении она вернулась обратно и снова принялась за дело, недовольно ворча себе под нос, когда в комнату заглянули Сэмми и Кейт.
— Звонил папа, — угрюмо сообщил ей Сэм, еще не простивший ей то, что она накричала на него за разлитый по кухонному полу апельсиновый сок. Он считал ее нагоняй несправедливым, потому что собирался дать сок Джеми, и тем самым избавить Алекс от еще одной работы, но мать, увидев липкую оранжевую лужу, которую ей пришлось вытирать, вышла из себя.
— Он просил передать тебе, что возвращается из Манчестера. — Мальчик передал ей сообщение с такой же надменной холодностью, с какой обычно говорил его отец, когда находился в подобном настроении. — И что он сначала должен заехать в офис и будет дома поздно.
Отлично, сердито подумала она. Он прячется в офисе, а она должна делать всю тяжелую работу! «Играешь роль мученицы, Алекс?» — язвительное эхо голоса Дэйва так отчетливо прозвучало у нее в голове, что она подскочила и оглянулась, не стоит ли он позади нее. Разумеется, его там не было, но неприятный осадок остался.
— Я попросила его вместо этого приехать домой и поиграть с нами, — вступила в разговор Кейт.
— А он, конечно, тут же в испуге бросил трубку! — съязвила Алекс.
Ее замечание было адресовано Дэйву, а вовсе не близнецам, но они восприняли это иначе. Лицо Кейт покраснело от гнева.
— Нет, он не бросил трубку! — закричала она, с горячностью вступаясь за отца. — Он сказал, что поиграл бы с нами, если бы ему не надо было делать эту скучную работу! Ты плохая, мама! — неожиданно яростно добавила она.
Алекс показалось, что она увидела слезы в глазах дочери, но Кейт уже бросилась бегом вниз по лестнице, а следом за ней рванулся не менее рассерженный Сэм.
Вздохнув, Алекс положила одну руку на округлившийся живот, другую — на разболевшуюся голову и призналась себе, что, пожалуй, она заслужила те слова, которые бросила ей дочь. Пробравшись к двери, она спустилась вниз, но близнецы проигнорировали ее, притворившись, что увлечены телевизором.
Александра подняла с пола Джеми, который до этого играл на ковре в кубики, и бросила взгляд на Сэмми и Кейт в надежде, что они хотя бы посмотрят на нее, чтобы она могла извиниться. Но, поскольку дети этого не сделали, она опять почувствовала раздражение и вышла из комнаты с младшим на руках, оставив старших смотреть свою передачу.
Часом позже она снова спустилась вниз, но близнецов там не оказалось. Она посмотрела везде, где только могла, но они, казалось, исчезли с лица земли! Она съездила в парк, надеясь найти их на качелях, к дому матери Дэйва. Алекс знала, что Дженни на целый день уехала в гости, но близнецы об этом не знали и могли отправиться к бабушке в поисках сочувствия и утешения. Она проверила и перепроверила все уголки дома и сада и даже позвонила на новое место жительства в смутной надежде, что они каким-то образом нашли туда дорогу. Но их нигде не было. Алекс уже дошла до такой степени, что была готова обратиться в полицию, когда зазвонил телефон.
