сощурилась.
– Танцы! Нет ничего лучше, чем сбросить лишнее напряжение во время веселья. Не смотри на меня осуждающе – завтра последний день, Щит почти залатали, поэтому мы имеем полное право отпраздновать день Росы.
– День Росы? – изумилась я. – Не припомню такого праздника.
– Не особо значимый, хочу я тебе сказать, – закатила глаза Мари и, подхватив меня под руку, увлекла в сторону местной кухни. – Но нам любые праздники в радость. Здесь ценишь жизнь, ведь каждый день может стать последним. А праздник Росы – это день, в который издавна шаманы призывали дождь, устав от продолжительной засухи в этом регионе. Сегодня в близлежащих землях будет удивительное событие – дождь будет идти крохотными участками, ведь он магический, а не природный. Шаманы буквально выжимают тучи, но магия работает концентрированно, поэтому… не удивляйся, когда тебя накроет дождём, – рассмеялась Мари. – Идём же! Слышишь музыку?
Слышу барабаны. Если это называют музыкой – пусть будет так.
А тем временем шум всё нарастал. Вечер вступал в свои права, луна проявлялась всё четче, а солнце спешило покинуть горизонт. Лавки и столы в обеденной зоне были сдвинуты, а посередине возвели костёр – один из магов как раз выпустил искру, чтобы поджечь его, и остальные, стоя полукругом, с улыбками наблюдали за языками пламени.
Слева, со стороны Щита, стояли барабанщики – они-то и стучали по тамтамам, складывая звуки в причудливую музыку. Я улыбнулась, внезапно подхваченная атмосферой веселья, и оглянулась – сзади тоненько запела флейта, и люди расступались, пропуская музыканта. Он подстраивался под тамтамы, добавляя им мягкости и мелодичности, и я поймала себя на мысли, что мне очень хочется танцевать.
– Надеюсь, ты знаешь не только придворные танцы, – протянула Мари и подмигнула мне.
Я рассмеялась её предположению. Знала бы она, что на самом деле я не знаю ни одного местного танца, будь то придворный или ещё какой-нибудь! Я не из этого мира, потому вся атмосфера для меня такая чудаковатая и в то же время захватывающая.
– Он смотрит, – шепнула девушка, и я не сразу поняла, о чём она.
На губах всё ещё блуждала улыбка. Я посмотрела сквозь толпу, туда, куда устремился взгляд Мари, и застыла.
Рион, сложив руки на груди, смотрел на меня. На нём сегодня от формы остались лишь зауженные брюки, а вот сверху – свободная белая рубашка с завязками на груди. Он закатал рукава, оголяя мощные предплечья, а волосы оставил распущенными – неслыханная роскошь для него. За все эти дни я почти не видела его таким – даже спал он с собранными в низкий хвост волосами, заплетёнными в косы, а сейчас…
Король был явно после душа, пряди успели высохнуть, но лежали мягкими волнами, создавая такой спокойный и умиротворённый образ, что моё сердце забилось чаще. Он был несколько диким и одновременно домашним.
– Я тебе завидую, – прошептала Мари и облизнула губы. – Каждая бы хотела оказаться в постели его величества, но увы – не всякая девушка в его вкусе. Тебе повезло.
Ах, знала бы она, как мне на самом деле «повезло». Мы спали со связанными нитью запястьями, одетыми, стараясь не касаться друг друга. наши ночи не имели никакого значения, зато имели значение дни. Дни, когда мы разговаривали, обменивались колкостями, узнавали друг друга лучше.
В эти дни я и успела чуточку влюбиться в его величество.
Совсем чуточку.
Рион смотрел на меня, не отводя взгляда. Сердце колотилось и одновременно обливалось кровью, потому что я осознавала – нашим путям никогда не пересечься. Сколько бы мы ни смотрели друг на друга, мы слишком разные. Мы буквально из разных миров.
– Так и будешь стоять? – хихикнула Мари. – Иди к нему! Он ведь тебя пожирает взглядом. Не знаю, какая молния между вами проскочила, но именно она сейчас может зажечь ваши отношения заново. Ну что же ты, Дейра? Хочешь, я подойду?
Невольно посмотрела на Мари осуждающе. Девушка рассмеялась от моей ревности, а я почувствовала себя полной дурой. Она меня провоцирует. У-у, интриганка!
– Это ничего не значит, – насупившись, сказала я.
– Не значит – так не значит. Тогда идём, – подмигнула девушка.
– Куда?
– Танцевать!
Она потащила меня ближе к костру. Оказывается, люди тут собирались в хороводы, но не брались за руки, а плясали кто как хочет. Поднимая руки вверх, притопывая, прищёлкивая, подпрыгивая и приседая. Маги совершенно не заботились о каких-нибудь приличиях, и парочка справа откровенно танцевала друг перед другом, периодически обнимаясь и вновь расходясь.
Ощущение беззаботности и лёгкости поглотило меня, и я вслед за Мари начала танцевать, радуясь, что именно сегодня я надела платье – единственное, что положила мне с собой Олли. Юбку было удобно приподнимать, вставая с пятки на носок. Мы с целительницей брали друг друга под руки, кружась, а после расходясь, чтобы хлопнуть в ладоши и вновь сойтись, только уже пойти в другую сторону. Музыка всё нарастала – вскоре я слышала не только тамтамы и флейту, но что-то ещё – но уже было не разобрать. На лагерь окончательно опустилась ночь, и теперь его освещали только тусклые магические светильники и пламя костра, в который периодически подкидывали дровишки.
Внезапно я почувствовала чьи-то руки на талии. Сердце заколотилось сильнее. Я едва сдержала улыбку и в то же время прогнала страх – я боялась оборачиваться, чтобы увидеть его величество.
Но я всё-таки развернулась в кольце рук и теперь смогла лишь подавить разочарованный вздох. Это был не Рион. Меня приобнял Вайлех.
Кинула взгляд за плечо мужчины, но Владыки там уже не было. Видимо, он ушёл. Подобные танцы не для него.
– Дейри, кого ты ищешь в толпе? – тихо спросил Вайлех, и я лишь покачала головой, сбрасывая странное наваждение.
По-другому его величество Риона Даэра не назовёшь. Он моё личное, сводящее с ума наваждение.
– Отчего такая разительная перемена? – тихо спросила я, взяв мужчину за руки. – Ты ведь избегал меня. Из-за Риона? Что он тебе сказал?
– Не хочу об этом сейчас, – шепнул Вайлех и провёл носом по моей щеке. – Всё это такая ерунда, Дейри. Сейчас мне важна только ты. Я просто испугался, но осмыслив всё, понял, что это ничего не меняет. Вместе мы всё решим, мы обо всём подумаем после.
О чём мы подумаем? Что мы решим? Я была совершенно сбита с толку и не понимала, к чему ведёт Вайлех. А мужчина тем временем утянул меня ближе к костру, и там, на фоне языков пламени кружил меня, сам вытанцовывал вокруг, заставлял меня прогибаться в спине, а после проводил ладонями по моей талии, спускаясь ниже, оглаживая бёдра. Я только успевала его остановить, прихлопнуть по ладони и отстраниться – но всякий раз он притягивал меня назад.
Его прикосновения не были приятны. Я постаралась отстраниться от них, чтобы позже увести Вайлеха и поговорить о магии, о том, что нас связывает, об изменившемся источнике, о котором упоминал целитель Олув. Если оттолкну его – он может закрыться, хотя и позволять ему лишнее я не планировала, поэтому всякий раз уворачивалась от настойчивых поцелуев. Его губы попадали на щёку и несколько раз на нос. Музыка тамтамов, которая до этого казалась мне чем-то будоражащим, внезапно стала пугающей – настолько я хотела убежать отсюда, чтобы больше не позволять Вайлеху прикасаться к себе.
Увернувшись от очередных объятий, я схватила мужчину за руку и вывела из круга танцующих. Дорогу разбирала плохо – слишком много мельтешения было вокруг. Я завела его за одну из палаток – совсем недалеко от костра, но здесь хотя бы звуки барабанов стихли и можно было поговорить. Но едва мы вышли сюда, как над моей головой зажёгся огонек, и теперь я смогла различить тень в стороне.
Его величество, скрестив руки на груди и опершись спиной о каркасный столб соседней палатки, с прищуром взирал на нас. Особое внимание уделив тому, как я держала герцога за руку. Странно, но если до этого у меня было ощущение, что он словно муж, поймавший жену за изменой, то теперь всё наоборот. Я гневалась на Владыку. Мы ведь уже всё прояснили! Откуда эта ревность во взгляде, откуда эта напряжённая поза, слежка за мной? Зачем зажёг светильник, почему
