его еще со времен Академии. И не меньше его беспокоился о товарищах рискнувших всем и бросившихся в самоубийственную атаку.
— Эти — дотянут! Обязательно дотянут… Не зря же мы «Каталину» и «Кочевники» так всепогодным оборудованием снабжали. Бури и до войны были, и летали же они без проблем? Пролетят! — Рузвельт говорил громко, что бы каждый слышал. Уверенность в сделанном выборе не должна пошатнуться ни на йоту. Только не в этот момент. — И остальных за собой проведут раз так надо.
Повисшую тишину после слов коммандера никто не нарушал еще какое-то время. Лишь доносился мерный гул могучих дизелей приводящих монитор в движение.
— Сэр! Скорость ветра снизилась до 25 метров в секунду и продолжает падать, шторм ослабевает. — Вахтенный офицер смятенно докладывал свежие данные.
— В 13ом году, если верить архиву Кливленда, было так же — шторм в ноябре прошел через озеро, а затем развернулся и нагрянул с новой силой. — Коннорс решительно развеял не озвученные опасения. — Это затишье нам на руку, качка не так сильно повлияет на точность нашего огня.
— Сэр, авиация нарушила радиомолчание. — Офицер связи вихрем ворвался в рубку. — Они наносят удар по Лимингтону!..
— Штурман? — Рузвельт одним лишь, словом и коротким взглядом вопрошал.
— Налевом траверзе Кингсвилл, две с половиной мили. — Машина взаимосвязей офицеров заработала с совсем иным характером. — Сохраняя 16 узловой ход и прежний курс, Лимингтон будет в двух с половиной милях у нас на левом траверзе через 15 минут.
— Все по местам. К бою. — Без промедления, громко и четко грянул приказ коммандера.
В динамиках оповещения в отсеках и на боевых постах услышали сначала протяжный свисток боцмана, затем заветное:
— General quarters, general quarters. All hands, man your battle stations. All hands, man yourbattle stations…
Удар с неба по Лимингтону вышел абсолютно нежданным — радиолокатор на Поинт-Пили заблаговременно обнаружил группу самолетов, идущую через шторм со стороны американской границы. Командир станции изучил данные… и не принял их во внимание. «У янки всепогодной авиации нет, у нас — есть. Это наши лётчики возвращаются домой» — решительно отмахнулся он и даже не позвонил в штаб авиации для уточнения. Потому гул самолетов, перебивающий шум ослабшего шторма, и сияние осветительных бомб над Лимингтоном спустя некоторое время стали немалым шоком для портовых служб и скопившихся в погрузочной зоне бойцов из полка «Горцев Стормонта, Дандас и Гленгэрри» и тяжелого танкового батальона из состава полка «Трёх Рек». Застрявшие из-за шторма в Кингсвилле возвращающиеся транспорта должны были подойти в самое ближайшее время, и всю пехоту и танкистов поскорее выгнали из портовых складов на пристань — ждать погрузки. Но явились совсем не корабли…
Американских самолётов было мало — всего десяток и в основном это были истребители. Пока три гидроплана закладывали разворот после сброса осветительных бомб, пятерка «Баффало» и пара «Киттихоуков» пикировали на пехоту в порту, обрушивая на нёё шквальный огонь пушек и пулемётов. Завыли сирены воздушной тревоги, оживали многочисленные батареи ПВО, раскиданные по всему Лимингтону, порту и пригороду — столь важный транспортный узел отдать на растерзание стервятникам канадцы не желали. Засвеченные сиянием своих же бомб мечущиеся у берега самолёты были как на ладони, даже прожекторов не требовалось. Берег засверкал десятками вспышек, еще миг и разрывы снарядов и трассеры заполнили небо. Прямо со здания портового управления бил невообразимо скорострельный пулемёт, трассеры, сорвавшиеся со среза ствола, чертили бесконечную извивающуюся полосу в ночном небе. Один из «Киттихоуков» пролетавший ближе всего попытался вывернуться из-под этой смертоносной полосы, но безуспешно. Машина вспыхнула и сразу развалилась у самой воды. Атака, казалось, захлёбывалась на глазах. Считанные минуты и бравые силы ПВО отбили налёт!.. Густая череда разрывов бомб разного калибра пересекла пристань, раскидывая залёгших солдат, и здание управления, мгновенно затыкая скорострелку. Иссиня чёрная, сливающаяся со штормовым ночным небом «Каталина» развернувшись над озером, забралась повыше, насколько позволяла тяга и расстояния, подальше от засветки, и щедрой рукой поделилась всем, что навесили на неё оружейники на авиабазе Гэллион. Без малого полторы тонны бомб! Эффект получился достойнейший — плотная стена заградительного огня над портом рассыпалась, все стали стрелять куда глаза глядят, ибо никто не понял где бомбардировщик. Уловив момент, самолёты вновь обрушились на порт. Истребители заходили на цели, держась как можно ниже, избегая обстрела с берега. Но погода и условия вносили свою лепту — один из «Баффало», очень низко опустившийся к земле, на выходе из атаки чиркнул крылом портовый кран и упал на большой склад… А «Кочевники» же, повторяя манёвр старшей сестрицы, с большой высоты отправили свои гостинцы, метя по порту, туда, где удалось разглядеть какие-то суда — это были не транспорты, их было мало, и стояли они как-то обособленно. Наконец зажглись прожектора, лучи света устремились вверх и в стороны, искать невидимые бомбардировщики. Сразу два луча ухватились за один из «Кочевников» — он уже прилично удалился от берега, но огонь всё же сосредоточили на нём и очень быстро машина пошла в пике…
И… все закончилось. Не мгновенно, но за считанные минуты после угасания последней осветительной бомбы. Каких-то десять, может пятнадцать минут яростного, нежданного боя и тишина. Вновь стал слышен ветер, и стук капель дождя. К ним добавились крики и вой сирен пожарной тревоги… Только прожектора шастающие лучами по небу вновь поймали что-то интересное. Это два парашюта медленно опускающихся к воде где-то в паре километров от берега. Экипаж последнего сбитого самолёта выпрыгнул.
Долго ждать охотников за пленными не пришлось. От берега отчалил быстроходный катер береговой охраны и ярким лучом прожектора стал выискивать белые полотнища. Луч, белым пятном ходил по волнам из стороны в сторону. Изредка сам катер, врезаясь в волну, подбрасывал луч вверх, и опускал вновь к воде. В один из скачков на фоне горизонта что-то мелькнуло, но, явно не парашют или останки рухнувшего самолёта. Силуэт объекта больше походил на катер…
— Первой и второй башне — приготовить осветительные снаряды, первый залп по моей команде. — Коммандер Рузвельт оторвал взгляд от созерцаемого через амбразуру рубки канадского берега. До цели рукой подать, сквозь пелену дождя уже видно прожектора, подобно столбам света, подпирающим тяжелое небо. Порт и цели в нём неизменно были скрыты ночью и качеством светомаскировки. Из тех данных, что выдали в эфир лётчики, стало ясно — транспортов в порту нет, но есть какие-то иные суда в стороне от зоны погрузки, в
