Батиста протянула мужу руки.
— Как все красиво, когда ты рядом, — сказала она тихо. — Но мне все кажется, будто это только сон. Если это так, я не хочу просыпаться.
— Я докажу тебе, что это явь и что я навсегда с тобой, моя дорогая, — успокоил ее граф. — Я тоже думаю, что мы все еще в каком-то волшебном сне. Но ты действительно моя жена. Я больше не боюсь, что потеряю тебя.
— Я этого никогда не допущу, — отозвалась Батиста. — Теперь я твоя и до конца дней своих хочу быть рядом с тобой и любить тебя. Только научи меня, как сделать тебя счастливым.
— Ты уже осчастливила меня, — поправил ее граф. — Знаешь, дорогая, когда нас венчали, я подумал, как нам повезло встретить друг друга. На наше счастье на дороге из Кале произошло то столкновение.
Батиста сжала его руку и с трепетом сказала:
— Не столкнись мы тогда с той почтовой каретой, я бы уже давно была в доме покаяния… и сейчас бы меня били, как бил папа… а может, даже хуже.
Граф расслышал ужас в ее голосе.
— Ты обещала мне не вспоминать обо всем плохом, что произошло с тобой раньше, — напомнил он. — К тому же несколько часов назад ты пообещала слушаться меня во всем. Так вот я настаиваю, чтобы ты никогда больше не думала о прошлом.
— Я не буду думать ни о чем и ни о ком, кроме тебя, — с жаром заверила Батиста.
Граф, пораженный глубиной ее чувств, удивленно взглянул на нее. Когда Батиста говорила о нем, в ее голосе звучала неподдельная страсть и нежность. Граф всегда считал, что молоденькие девушки не способны на глубокие чувства, но Батиста доказала ошибочность этого суждения. Сама она еще не могла хорошенько представить себе, что ждет ее в супружеской жизни. Однако она чутко улавливала его страсть и инстинктивно отвечала на его любовь.
Последние лучи солнца упали на светлые волосы Батисты. Над ее головой, казалось, светился нимб. Цветы дополняли эту дивную картину.
Граф, испытывая умиление при взгляде на свою юную жену, поклялся, что в будущем оградит ее от всего низкого, дурного и безобразного. Ничто грязное не тронет ее, ничто не напугает. Он до конца дней своих будет охранять ее и беречь как зеницу ока.
Граф удивился тем чувствам, которые нахлынули на него. Он понял, что не одна Батиста пробуждалась к любви. Он сам неожиданно открывал в себе все новые, неведомые ему ощущения.
Они вошли в отель, держась за руки, как настоящие влюбленные, и поднялись по старой дубовой лестнице на второй этаж. Батиста была так сосредоточена на предстоящем, что даже не замечала дивной резьбы, украшающей деревянные панели, хотя совсем недавно они привели бы ее в восторг.
Барнард уже позаботился о номере для них. Из комнат открывался вид на реку и сад.
Они прошли в гостиную, Батиста остановилась у окна, некоторое время постояла, глядя вдаль, повернулась к графу и сказала:
— Как все сказочно красиво! Но это только часть нашей любви, совсем маленькая часть. Ты занимаешь все остальное.
Граф подошел и обнял ее. Батиста подставила губы для поцелуя, но он вместо этого нежно потерся щекой о ее щеку.
— Что делает тебя такой необыкновенной? Почему ты не похожа ни на одну из женщин, которых я знал прежде? — спросил он.
На секунду перед его глазами встал образ леди Марлин. Граф удивился, что мог считать прекрасной эту лживую, коварную женщину.
— Я и вправду… нравлюсь тебе? — спросила Батиста.
— Нет, гораздо больше! Я люблю тебя, — поправил граф. — Вернее сказать, я тебя обожаю, моя драгоценная девочка. Я и не знал, что мне будет подарено такое счастье.
— Я рада, что ты чувствуешь это, — улыбнулась девушка. — И пожалуйста… думай так всегда… мой дражайший супруг. Позволь только попросить тебя об одной услуге.
— О чем же? — с интересом спросил граф.
— Научи меня… как мне любить тебя, что мне… надо делать. Я хочу, чтобы и ты чувствовал тот же восторг, который испытываю я… и тот экстаз, что чувствую я от твоего поцелуя. Только мне все это еще неведомо. Ты должен научить меня… всему этому.
Эти слова тронули графа до глубины души. Он понял, что и его переполняла такая же любовь. Но он знал, что должен уметь сдерживать себя. Ведь Батиста еще так молода и неопытна. И как она просила, он должен обучить ее любви, но очень мягко и нежно.
Граф взглянул на нее. На фоне заходящего солнца она казалась цветком, который он принес из чудесного сада. И, ранить хрупкую Батисту так же легко, как сломать нежный цветок.
— Я научу тебя любви, моя обожаемая супруга, — произнес граф с чувством. — Но и мне есть чему поучиться, потому что ты открыла мне новую любовь. Я слишком дорожу нашими чувствами, чтобы сделать тебе что-нибудь плохое.
— Эта любовь послана нам Богом, — сказала Батиста. — Я поняла это, когда нас венчали в той маленькой церкви и когда священник благословлял нас.
— Я почувствовал то же самое, — подхватил граф.
Он говорил совершенно искренне. Так оно и было.
Он редко вспоминал о Боге с тех пор, как вы рос, и давно уже не посещал церковные службы, как того требовал его христианский долг. В глубине души он сознавал, что хочет жениться на хорошей праведной женщине и воспитать своих детей в любви к Богу, научить их тому, что каждый христианин должен быть добродетельным и помогать ближнему. Граф искренне желал этого, хотя сам он сбился с пути истинного, вращаясь в высшем обществе.
Теперь же с Батистой жизнь его обязательно изменится. Его ждет работа в палате лордов. Они с Батистой поселятся в Хоке, где в свое удовольствие будут кататься на лошадях. А люди, что работают в их огромном имении, будут заботиться о них. И, дай Бог, вскоре они обзаведутся детьми, которые продолжат его старинный род и принесут счастье и радость в их дом.
Такой идиллией и представлялась графу его семейная жизнь с Батистой. Он знал, что это она вернула ему подлинные идеалы. Как граф сам объяснил ей, именно она сможет вдохновить, мужчину на великие свершения и побудить в нем высокие стремления.
Граф привлек Батисту к себе.
— У нас обоих был очень насыщенный день, дорогая, да и прошлой ночью мы заснули слишком поздно. Пора ложиться. Я отослал горничную, сегодня вечером я сам помогу тебе раздеться, сам буду ухаживать за тобой.
Улыбка, блуждавшая по ее лицу, тут же сменилась смущением. Раньше она не стеснялась его. Но граф знал, что теперь все было по-другому. Она полюбила его и увидела в нем мужчину.
Он увлек Батисту из гостиной в смежную с ней спальню. Кровать с муслиновым балдахином освещали две свечи. Свежий ночной ветерок принес в открытое окно аромат роз. Занавеси были раздвинуты, и они увидели, что солнце уже село и на прозрачном небе загорелась первая звезда.
