Читаем без скачивания Из Тьмы. Арка 3 (СИ) - "Добродел"

Ладненько, будем посмотреть, что произойдёт дальше и надеяться, что новых сюрпризов не появится. По крайней мере, неприятных.

Тщетные надежды.

Началось всё незаметно и невинно. Следуя на одну из крытых боевых площадок, где гостеприимные хозяева уже устроили комфортные зрительские места для высоких гостей и их спутников, опальный генерал Ривер, пока министр Сайкю ушёл вперёд, начал аккуратно хвалить главу нашего Отряда. Маркусу лесть пришлась по душе, и он начал хвастать своими успехами на ниве подготовки «настоящего щита Империи», а не вольнодумцев, коих Гозуки вырастил из отданной ему семёрки лучших детей. Такие слова не понравились ни нашей группе: неприятно, когда тебя называют второсортным материалом, — ни присутствующим лидерам храма Коукен: Гозуки являлся их воспитанником и некогда входил в команду Демонов Ракшаса.

Как-то незаметно к беседе присоединился Будо и потёкший далее разговор коснулся прошлых заслуг семёрки в целом и Акаме в частности. Генералиссимус на удивление тепло отзывался об Акаме и выразил лёгкое сожаление о том, что сестра попала в разведку, а не в имперскую гвардию, где человек с таким ярким чувством справедливости смог бы устроиться гораздо лучше и для себя, и для Империи. Обо мне генералиссимус тоже упомянул в том контексте, что меньшего от сестры Алоглазой и не ожидал. Маркус же, явно непривычный к вниманию столь высокопоставленных особ, окончательно растаял и перестал следить за направляемой хитрым Ривером нитью беседы.

М-да. Похоже, совсем не зря командир Базы старался придерживаться лаконичной манеры речи, ибо следить за словами он не то, чтобы не умел, но умел явно недостаточно для такой компании. Это наглядно подтвердилось после того, как новоявленного генерала разведки окольными путями и доброжелательными намёками подтолкнули к хвастливому заявлению о том, что-де его подопечные ничем не уступают Элитной Семёрке, загубленной кривыми ручками Гозуки.

Благодаря эмпатии отнюдь не добрые намерения Ривера не являлись для меня секретом (причём Будо, поддерживая эту игру, излучал всего лишь лёгкий интерес, что странно), но вот как-то повлиять на ситуацию возможности не имелось. Воодушевлённо токующий бесполезный идиот приказал нашей группе держаться рядом с ним и открывать рот, только когда спросят. Закончилось всё закономерно: Будо заметил, что Акаме в свои пятнадцать убила Мэру Оарбург, которая являлась незарегистрированным, но однозначно сильным Мастером, а потом, во время побега, одолела в бою своего приёмного отца и наставника. Он, между прочим, не только был одним из элитных бойцов храма Коукен, но и обладал тейгу — проклятым мечом Мурасаме. К тому времени, как рядом появился фонящий недовольством министр разведки, Маркуса уже поставили в такое положение, что он не мог без потери лица отказать предложению верховного старейшины боевого храма. А этот старый пень, поглаживая тоненькую седую бородёнку и гаденько улыбаясь, предложил не выпускать такую сильную противницу против слабого Мастера, который ей на один зуб, а «уравнять шансы», выставив против меня такого же Демона Ракшаса, как и убитый сестрой Гозуки.

«Ну и кретин… — мелькнуло в голове с нотками усталого смирения. — На хвастуна не нужен нож, ему немного подпоешь — и делай с ним, что хошь!» — издевательски пропел внутренний голос. Хорошо, что, чуя возможные неприятности, я в числе прочего предполагала и «экзамен повышенной сложности» с поединком против более сильного противника, чем это должно быть по регламенту.

Судя по раздражённому взгляду Сайкю, насчёт попавшего впросак подчинённого он мыслил в схожем со мной ключе. Тем не менее, в силу нежелания терять лицо, сдавать назад он не поспешил, лишь бросил на меня вопросительный взгляд, явно уже начав что-то прикидывать у себя в голове. Пришлось изображать уверенность в своих силах.

А что делать? Если уж толкнули в спину, то, если не хочешь лететь кувырком по острым камням склона, придётся самостоятельно бежать вперёд. Но эту подставу я запомню. В принципе, мне тоже было бы интересно сразиться с сильным противником, но не здесь и не сейчас. Тем более, идиот Маркус договорился до того, что стандартное «достойно продержаться против другого Мастера достаточно времени» тут не пройдёт — нужна однозначная победа. В ином случае, боюсь, нашего самого главного разведчика не преминут ткнуть носом в грязь, а уж он утопит в этом самом и Маркуса, и меня.

Хотя… сосредоточившись на слабом эмоциональном фоне Сайкю — главразведчик неплохо контролирует свои чувства — понимаю, что он не слишком обеспокоен моим возможным провалом. Более того: если я правильно интерпретирую полученные ощущения, он рассчитывает извлечь выгоду из любого исхода. Как и Будо. Как и Ривер. Только старейшины храма Коукен говорили то, что думают… по большей части. Вот ведь змеиное гнездо! Впрочем, лично для меня это ничего не меняло — если проиграю, получу и за себя, и за Маркуса. Ну, а если выиграю, он тоже получит плюшек за нас двоих.

С — справедливость!

* * *

Посреди мощёного каменными плитами круга арены находились двое. С одной стороны стоял немолодой, но, судя по бугрящимся на оголённом торсе мускулам, совсем не растерявший телесной мощи босой бородатый мужчина в свободных белых штанах. С другого конца площадки застыла тоненькая девчонка в черной блузке, юбке и колготках, словно случайно забредшая сюда из средней школы. Только красные щитки на бёдрах и предплечьях, а также катана в руке нарушали это впечатление. Казалось бы, едва достающая своему противнику до середины груди девчушка на фоне массивной мускулистой громадины должна выглядеть незначительно, даже смешно. Но нет: ни сам бородач, ни ожидающие начала поединка зрители не спешили улыбаться.

Воин храма принял свободную стойку, чуть напружинив расставленные по ширине плеч ноги. Направив защищённые наручами из черного материала полусогнутые руки в сторону оппонентки, он произнёс:

— Не волнуйся, маленькая Куроме, я не стану лишать тебя души, — в голосе Стэна слышался лёгкий оттенок превосходства. — Но я покажу, что мы, Демоны Ракшаса, не нуждаемся в тейгу, чтобы побеждать их владельцев.

— Чтобы овладеть тейгу, тоже нужна сила, — доброжелательно и несколько отстранённо посмотрела юная девушка. — Не стоит равнять меня с криворукими революционерами.

Молодая убийца тоже приняла позицию готовности к бою: левая нога выступает немного вперед, а клинок катаны был отведён вниз и вправо.

— Самоуверенно! — хмыкнул Стэн.

— Уверена в себе, — улыбнувшись, поправила Куроме, тем самым закончив обмен любезностями.

— Бой! — прозвучала команда старейшины.

* * *

Несмотря на формально начавшийся поединок ни я, ни Стэн не спешили бросаться в атаку — сделавший первый ход неизбежно сузит своё поле возможностей и даст противнику шанс на успешную контратаку. Разогнанное восприятие фиксировало едва ли не каждую микросекунду, а бушующие внутри тела волны эфемерного жара и холода толкали на действия, но я (так же, как и Стэн) продолжала практически топтаться на месте. Полшага вперёд, небольшое смещение клинка, и вот мускулистый бородач делает шаг назад. Или наоборот, Стэн смещается в сторону и шагнув вперёд «неопасно» чуть приподнимает руку, готовясь выстрелить внезапно удлинившейся конечностью — меняю позицию, чтобы рука неизбежно встретилась с лезвием Яцу, и мужчина отступает. Всё начинается сначала. Впрочем, медленным топтанием наши движения выглядели лишь для ускорившихся воинов духа, для слабосилков и неодарённых всё происходило куда динамичнее.

Конечно, используя способность «предельного ускорения», наложенную на уже действующий «форсаж», у меня был отличный шанс внезапно сблизиться и обозначить смертельный удар. Но тратить море лишних сил на кучу ненужных движений, когда противник рано или поздно сам придёт к тебе? Дурость.

Как и ожидалось, вскоре Стэну надоело столь пассивное противостояние: всё же это он, а не я своим громким заявлением обязался продемонстрировать всем мощь храма Коукен и его элиты. Резко напружинив могучие мышцы, противник изобразил начинающийся бросок, однако, видя полное игнорирование своего обманного манёвра, вновь начал смещаться вбок, подгадывая удобный момент для атаки… чтобы на середине движения, как-то странно изменив ноги, уже по-настоящему рвануться вперёд!