Читаем без скачивания Боярщина - Алексей Писемский

В письме к Шевыреву Писемский высказал желание напечатать свой роман в одном из петербургских журналов: "Отечественных записках", "Современнике" или "Библиотеке для чтения" - и просил Шевырева помочь ему осуществить это желание. Послать роман прямо в редакцию одного из этих журналов он не решился, боясь, что его "даже не прочтут". Лишь через год роман был послан московскому представителю редакции "Отечественных записок" А.Д.Галахову, который переслал его издателю журнала А.А.Краевскому. Но даже в переработанном, "облагороженном" виде он не был пропущен цензурой.

Получив в ноябре 1850 года от Галахова запрещенный цензурой роман, Писемский предпринял попытку напечатать его в Москве. 26 декабря 1850 года он писал А.Н.Островскому: "Вот еще к вам одна моя просьба: вы, может быть, помните мою повесть: "Виновата ли она?" - Ее не пропустила петербургская цензура; но я отчасти переделаю ее, т.е. переменю заглавие, уничтожу резкие сцены; не пропустят ли ее в Москве. Я готов ее напечатать, где вам угодно, в вашем альманахе, в Москвитянине, но только бы она не валялась; мне ее жаль, хотя я немного из нее и вырос"*. Однако роман и на этот раз не увидел света. Вероятнее всего, Писемский отказался от нового уничтожения "резких сцен", в результате которого роман утратил бы всякий смысл.

______________

* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 31.

Писемский, отказавшись от мысли опубликовать роман, широко использовал его материалы в последующих своих произведениях. Причем использование зачастую носило характер простого перенесения целых эпизодов. Это и побудило Писемского при опубликовании "Боярщины" в "Библиотеке для чтения" дать следующее примечание: "Роман этот был мною написан десять лет тому назад. Не печатая его тогда, я смотрел на него как на материал и заимствовал из него для другого моего романа - "Богатый жених" одну или две сцены, которые в настоящем случае изменять и вообще маскировать это дело я не считаю себя вправе"*. Однако журнальный текст "Богатого жениха" свидетельствует о том, что дело не ограничилось несколькими эпизодами. Один из центральных персонажей "Богатого жениха", Шамилов, был взят из романа "Боярщина", и даже в сильно переработанном для издания Стелловского тексте "Богатого жениха" Шамилов имеет много общего с Эльчаниновым. Другие персонажи "Богатого жениха" в журнальном тексте также непосредственно связаны с сюжетной схемой "Боярщины". Князь Сецкий в журнальном тексте не ревизующий сенатор, каким он показан в тексте издания Стелловского, а, подобно графу Сапеге, приехавший на отдых богатый помещик. В журнальном тексте "Богатого жениха" был племянник князя - Иван Александрыч, характеристика которого целиком совпадает с характеристикой Ивана Александрыча Гуликова из "Боярщины". Эти совпадения в тексте двух произведений вызвали позднее, при подготовке издания Стелловского, необходимость переработки "Богатого жениха".

______________

* "Библиотека для чтения", 1858, т. CXVII, кн. 1, стр. 1.

Что касается романа "Боярщина" ("Виновата ли она?"), то он, как это можно судить на основании признаний Писемского, перед печатанием в "Библиотеке для чтения" был еще раз переработан. "Денежная необходимость, писал он Островскому, - заставила меня вспомнить мой первый роман "Виновата ли она?" Я прочитал его совершенно, как чужое произведение - и он мне понравился: мне уже теперь с таким запалом не написать - много, конечно, в нем совершенно драло мои уши, как, например, вся похабщина, которую я где совсем вырвал, где смягчил, не веря, впрочем себе, стал читать редакторству и критикам - все хвалят и "Библиотека для чтения", если только Фрейганг пропустит... дает мне за него 3000 рублей сереб. - сумма, которая меня обеспечит более, чем на год, и даст мне хоть некоторое время не думать о проклятых деньгах"*.

______________

* А.Ф.Писемский. Письма, М.-Л., 1936, стр. 109.

То, что в этой оценке своего первого крупного произведения Писемский отметил прежде всего молодой "запал", позволяет предполагать, что он теперь, в 1857 году, обратился не к той редакции "Боярщины", которая сложилась в 1846 году в результате переработки по советам и замечаниям Шевырева, а к более ранней - 1844-1845 годов. Этим, на наш взгляд, и объясняется дата окончания повести; 30 сентября 1844 года, - которая поставлена под текстом первой публикации "Боярщины" в "Библиотеке для чтения". На самом деле, если сравнить печатную редакцию повести с той редакцией, которая охарактеризована и отчасти изложена в цитированном выше письме к Шевыреву, то нетрудно заметить разницу между ними. В письме говорится о том, что "очеловеченному" Ваньковскому (в печатном тексте - Задор-Мановский) не удается уже произвести над женою следствие; ему противодействует князь". В печатном тексте "Боярщины" (глава V, часть вторая) описывается как раз следствие, производимое исправником по прошению Задор-Мановского. От личной встречи со следователем Анну Павловну спасает не князь, а Савелий. Задор-Мановскому не удается вследствие противодействия графа Сапеги добиться лишь врачебного освидетельствования якобы забеременевшей Анны Павловны. Далее. В письме к Шевыреву сообщается, что Ваньковский "бесится, страдает, пьет, вследствие последнего обстоятельства делается болен, и он уже жалок, хоть и ужасен". В печатной редакции Задор-Мановский вовсе не впадает в запой. В десятой главе второй части, как бы специально в опровержение редакции 1846 года, рассказывается, что после неудачного визита к губернатору Задор-Мановский "ничего почти не ел, а все пил воду". Заболевает он не от запоя, как это было в редакции 1846 года: в результате сильного раздражения его разбил паралич. Все это не имеет ничего общего с тем "очеловечением" мужа Анны Павловны, о котором читаем в письме к Шевыреву. В печатной редакции перед нами не обиженный муж, впавший в запой от тоски по жене, а деспот, обдуманно преследующий "распутную" жену, решивший (если уже нельзя сделать с ней ничего более жестокого) развестись с ней. "Человечность" же разбитого параличом Задор-Мановского только еще более подчеркивает его бесчеловечность в "нормальном" состоянии. Это как раз такой образ, который не мог не вызвать осуждения Шевырева, то есть образ, еще не подвергнутый переделке по советам закоренелого противника гоголевской реалистической школы.

В письме к Шевыреву Писемский указывает еще на одну деталь, введенную в текст для того, чтобы "смягчить и облагородить" роман: противодействие князя Ваньковскому. Трудно судить, как развивалось это противодействие в редакции 1846 года, но в печатной редакции романа это "противодействие" не только не "смягчает" общего мрачного колорита, а, наоборот, еще больше сгущает краски.

Сопоставление печатной редакции "Боярщины" с редакцией, которая охарактеризована в письме к Шевыреву, позволяет также сделать вывод, что образ князя Сецкого в "Богатом женихе" непосредственно связан с образом князя из романа "Боярщина" в редакции 1846 года. Кроме того, это сопоставление указывает на более тесную связь "Боярщины" в редакции 1846 года с напечатанной в 1855 году в "Современнике" повестью "Виновата ли она?". В композиции последней Иван Кузьмич Марасеев занимает место, сходное с местом Ваньковского (Задор-Мановский в печатной редакции), и переживает ту же эволюцию, какая пересказана в письме к Шевыреву. Он действительно пьет и "вследствие последнего обстоятельства делается болен", а потом даже примиряется с женой.

Таким образом, история создания первого крупного произведения Писемского представляется в таком виде: в 1844-1845 годах была написана первая его редакция, выдержанная в духе "натуральной" школы. Под влиянием критики Шевырева в 1846 году роман был переработан, в результате чего критическая заостренность некоторых образов была в известной мере притуплена. Из редакции 1846 года Писемский и брал материалы для "Богатого жениха" и отчасти для повести "Виновата ли она?". Перерабатывая "Боярщину" для "Библиотеки для чтения", Писемский вернулся к редакции 1844-1845 годов. Поэтому "Боярщина" в печатной редакции достаточно полно характеризует начало творческого пути Писемского.

При подготовке "Боярщины" для издания Стелловского Писемский ограничился лишь стилистической правкой, не внеся в текст повести сколько-нибудь существенных изменений.

"Боярщина" в отличие от большинства крупных произведений Писемского, опубликованных в 50-х годах, не обратила на себя внимания критиков. Это произошло прежде всего потому, что общественные вопросы, затронутые в ней, были с достаточной полнотой и убедительностью поставлены и освещены в произведениях Писемского, опубликованных еще в первой половине 50-х годов. Даже Д.И.Писарев, иногда склонный преувеличивать общественное значение творчества Писемского, в своей статье "Писемский, Тургенев и Гончаров" как бы мимоходом упоминает всего лишь об одном персонаже "Боярщины" - об Эльчанинове. Свою характеристику отношения Писемского к типу "лишнего" человека Писарев основывает на анализе образа Шамилова ("Богатый жених"). Но Писарев не видел никакой существенной разницы в характере этих персонажей, поэтому его оценка Шамилова вполне приложима и к Эльчанинову. Сопоставляя Рудиных, с одной стороны, и Эльчаниновых и Шамиловых - с другой, он писал: "Рудин - человек очень недюжинный по своим способностям, но он постоянно собирается сделать какой то фокус, перескочить a pieds joints* через все препятствия и дрязги жизни... деятельность обыкновенного работника мысли ему сподручна, да вот, видите ли, он - белоручка, он ее знать не хочет; ему подавайте такое дело, которое во всякую данную минуту поддерживало бы его в восторженном состоянии; он черновой работы не терпит, потому что считает себя выше ее. Эльчанинов и Шамилов, напротив того, представляют собою полнейшую посредственность; они даже в мечтах своих слишком высоко не забирают; им с трудом достаются даже такие рядовые результаты, как кандидатский экзамен; они - просто лентяи, не решающиеся сознаться самим себе в причине своих неудач"**.