Читаем без скачивания Огонь в его ладонях. Без пощады - Глен Кук

Эль Мюрид молчал не меньше минуты. Вначале он попытался оценить искренность Нассефа. Она не вызывала сомнений. Не мог он опровергнуть и аргументы шурина. Эль Мюрид вновь ощутил отчаяние узника, навеки запертого в Себил-эль-Селибе.

Нет, терпеть это у него уже не было сил. Как только будет собрано войско, он не задержится здесь ни на минуту.

— Голос сердца подсказывает мне, что мы должны выступить.

— Что же, твоя воля. Это решение окончательное?

— Да.

— В таком случае я сделаю все, что в моих силах, — со вздохом произнес Нассеф. — Может быть, нам и повезет. Но у меня есть предложение. Когда наступит время похода, возьми командование на себя.

Эль Мюрид бросил на шурина изучающий взгляд.

— Не потому, что я хочу снять с себя ответственность за возможное поражение, а потому, что воины будут сражаться за Ученика гораздо упорнее, чем за Бич Божий. И здесь может быть грань между поражением и победой.

И Эль Мюрид снова почувствовал, что Нассеф говорит вполне искренне.

— Пусть будет так. А теперь пора взглянуть, что Мириам приготовила на ужин.

Это был тихий семейный ужин, за которым почти все время царило молчание. Эль Мюрид в основном размышлял о своем двойственном чувстве по отношению к шурину. Как всегда оказалось невозможно в чем-нибудь его уличить.

Нассеф возражал так, как должен возражать человек, озабоченный успехом дела. Неужели Эль Мюрид ошибся, оценивая намерения шурина? Может быть, сведения, которые он получил, успели исказиться, пройдя через сознание Непобедимых?

Гнетущее чувство нетерпения возрастало — проходит день за днем, дни складываются в недели. Численность войска увеличилась, но до чего же медленно все происходит! Советники постоянно напоминали Эль Мюриду, что его последователям, чтобы добраться до Себил-эль-Селиба приходится проделывать долгий путь. И на этом пути им часто приходится вступать в схватки с патрулями Юсифа.

Но наконец наступил решительный момент. Пришло утро, когда он смог на прощание поцеловать Мириам и объявить ей, что в следующий раз они встретятся в Святилище Мразкима.

На призыв Нассефа откликнулись более двадцати тысяч человек. Их шатры стояли повсюду. Себил-эль-Селиб напоминал Эль Мюриду Аль-Ремиш во время Дишархуна.

О людях Юсифа ничего не было слышно девять дней. Они даже перестали нападать на проходящие черёз перевал отряды. Нассеф твердил всем, кто хотел его слушать, что тишина ему очень не нравится, так как она означает, что валиг замыслил какую-то гадость.

Затем начали поступать новости. Оказалось, что Юсиф собрал под знамена всех, кого мог, — примерно пять тысяч человек — и привел свое войско к оазису, неподалеку от Вади Эль Куф. Соседи подкинули ему заимообразно еще пару тысяч человек.

— Нам придется дать ему бой в оазисе, — сказал Нассеф Эль Мюриду. — У нас нет иного выхода. Мы не можем идти на Аль-Ремиш, не пополнив в Вади Эль Куф запасы воды. Именно этого Юсиф ждал все годы. Он мечтал навязать нам обычную битву. Создается впечатление, что он так этого хочет, что не беспокоится о численности.

— Что же, дадим ему то, что он так жаждет получить. Избавимся от него раз и навсегда.

Нассеф, как правило, точно рассчитывал все свои действия. Но поставив под знамена всех сторонников Эль Мюрида, он все же совершил ошибку. Он оголил пустыню, лишив себя тем самым всех источников информации.

Нассеф отобрал двадцать тысяч воинов. Эль Мюрид взял в поход полторы тысячи Непобедимых. Для защиты перевала на время их отсутствия они оставили довольно значительные силы.

И вот рано утром, когда солнце едва поднялось на востоке, и через много дней после начала похода, войска Эль Мюрида подошли к Вади Эль Куф — довольно широкой лощине, расположенной в полутора милях к востоку от оазиса. Лощина славилась природными скальными образованиями причудливой, а зачастую и устрашающей формы. Это было одно из самых диких мест пустыни Хаммад-аль-Накир.

Нассеф и Эль Мюрид подняли знамя Господа на вершине невысокого холма, расположенного на равном расстоянии как от Вади, так и от оазиса.

— Похоже, что на них не произвела впечатление наша численность, — заметил Нассеф.

— Какой план действий ты предлагаешь?

— План очевиден. Оставь Непобедимых в резерве, а остальных посылай волнами в атаку до тех пор, пока мы их всех не изрубим.

— Какая странная земля, Нассеф. Здесь так тихо.

Тишина действительно казалась сверхъестественной. Тридцать тысяч человек и столько же животных стояли друг против друга, однако не было слышно даже жужжания мух.

Эль Мюрид бросил взгляд в сторону Вади. Он увидел тенистый лес известняковых образований: шпилей, пилонов, гигантских, стоящих торчком, гантелей. Это похоже на игровую площадку самого Дьявола, с содроганием подумал он.

— Мы готовы, — сказал Нассеф.

— Тогда, вперед!

Нассеф, повернувшись к Кариму, Эль Кадеру и остальным командирам, сказал:

— Атакуете по моему сигналу.

Военачальники на рысях отправились к своим отрядам.

Нассеф поднял руку. Первая волна всадников ринулась в атаку.

Люди Юсифа неподвижно ждали, приготовившись к бою.

— Здесь что-то не так, — пробормотал Бич Божий. — Я это всем телом ощущаю.

— Нассеф? — Голос Эль Мюрида вдруг ослаб и зазвучал очень жалобно. — Ты слышишь барабаны?

— Это стук копыт…

Однако Эль Мюрид продолжал слышать барабанную дробь.

Нассеф! — Пророк как копье выбросил правую руку.

Дьявольский сад, именуемый Вади Эль Куф, Изрыгнул на них орду врагов.

— О Боже! — простонал Нассеф. — Не может быть!

Король Абуд наконец ответил на домогательства Юсифа.

Он послал в Вади Эль Куф принца Фарида во главе пяти тысяч всадников. Это были самые лучшие воины пустыни, и многие из них были закованы в латы наподобие западных рыцарей.

Тактическое командование войском Фарида осуществлял сэр Хоквинд из Гильдии Наемников. Сэр Хоквинд привел с собой тысячу своих братьев. Отряд наемников щетинился длинными западными копьями тяжелой кавалерии. Каждого всадника в доспехах сопровождали оруженосец и два пехотинца.

У Нассефа оставалось немного времени, чтобы продумать ситуацию и должным образом на нее отреагировать. Тяжелая кавалерия не способна с большой скоростью проскакать милю по пустыне и взлететь на холм. А Хоквинд, вне всякого сомнения, хотел в полной мере использовать свою ударную силу.

— Что будем делать? — спросил Эль Мюрид.

— Думаю, что самое время для твоего амулета, — ответил Нассеф. — Это единственное оружие, которое способно нам помочь.