Дверь открыл слуга, одеждой, манерами и выражением лица не отличающийся от слуги Месхифа. На мгновение у Даркла возникло впечатление, что это тот самый слуга. Будто он сразу после его ухода прожогом выскочил через задний ход, пробежал до чёрного хода дома Куарады и как ни в чем не бывало открыл посетителю дверь. Конечно, на самом деле это совсем другой человек, но что‑то в них есть общее. Неудивительно, вышколенные слуги схожи между собой манерами, выражением лица и речью.
— Я друг госпожи и надеюсь, что она меня ждёт, — сказал эдил после приветствия и предъявил приглашение.
— Вы господин Даркл, полагаю? Входите, только боюсь, госпожи нет дома. Она не возвращалась уже давно.
— Как — давно? — удивился Даркл.
— С тех пор как уехала караваном. Позавчера она вернулась…
— Я знаю, когда она вернулась, только кто тогда сказал тебе, кто я такой?
— Госпожа передала записку сегодня утром, в которой помимо указаний относительно моих обязанностей написала и о вас. Поэтому прошу располагаться, я всё‑таки надеюсь, что она вернётся… скоро.
Настроение Даркла упало. Он вздохнул:
— Увы, у меня мало времени. Я надеялся застать её здесь…
В этот момент на ступеньках, ведущих на второй этаж, появилась Куарада собственной персоной, и от наблюдательного глаза не укрылось неподдельное удивление слуги: он открыл было рот, но ничего не спросил. Впрочем, этого и не требовалось.
— Я вошла через задний ход, — пояснила она слуге и обратилась к Дарклу: — а тебя я ждала раньше. Много раньше. Но таки дождалась! Ты проголодался, эдил? — она игриво улыбнулась.
— Ты думаешь, я сюда поужинать пришёл? — шутливо обиделся тот.
— Тогда поднимайся ко мне. Что тебя так задержало?
— Служебный долг, — ответил Даркл и добавил: — и боюсь, он оставляет мне чрезвычайно мало времени. Даже выспаться некогда. Впрочем, лучше пусть сон подождёт, чем ты.
Поднимаясь за Куарадой по лестнице, он незаметно оглянулся, повинуясь внутреннему порыву, и увидел, что с лица слуги не сходит удивление.
В спальне девушка сказала:
— Я оставлю тебя на минутку, мне надо переодеться. Вот в вазе фрукты, а вот вино. Наслаждайся, пока я не вернусь, — с этими словами она скрылась в небольшой комнате, вероятно, гардеробной.
Даркл уселся в кресло и покачал головой: подумать только, она предложила ему наслаждаться вином, когда его сжигает жажда совсем иного рода. Да, только богам по силам понять женщин. Что ж, можно и подождать.
Из другой комнаты до него вдруг долетел странный звук, как будто закрывают или открывают окно. Это было тем более странно, поскольку в самой спальне находилось окно, и оно было открыто. В комнате ни жарко ни холодно, так зачем же она возится там с окном, если он ждёт её здесь и дождаться не может!
Но вот пытка закончилась и Куарада появилась в дверях, облачённая в тонкое полупрозрачное платье, плотно облегающее стройную фигурку. Даркл одобрительно улыбнулся:
— Какой ты меня находишь? — спросила девушка, подходя поближе.
— Просто обворожительной. Только это платье будет идти тебе больше, находясь в шкафу.
Его грубоватый комплимент явно пришёлся Куараде по вкусу:
— Наверное, ты прав. Я, пожалуй, и правда повешу его в шкаф…
— Повесь, — согласился Даркл, — но… потом!
* * *
Часом позже он осторожно снял голову девушки со своей груди и осторожно перенёс на подушку. Затем поднялся с постели и тихо, чтоб не разбудить её, оделся и спустился вниз. Там отыскал слугу в его комнате.
— Извиняюсь, что разбудил, — сказал он, — но надеюсь, это компенсирует твой прерванный сон.
Слуга поклонился, получив несколько монет, и выжидающе посмотрел на Даркла.
— Я ухожу. Только сделай одолжение: выпусти меня через чёрный ход, — сказав это, эдил снова увидел на лице слуги растерянное выражение. Однако тот только кивнул:
— Как вам будет угодно.
Даркл проследовал за ним по низкому коридору к двери. Было очевидно, что чёрный ход в этом доме предназначался исключительно для хозяйственных целей и на случай пожара. Слуга подошёл к двери и наляг на засов. Тот поддался, хотя не без лёгкого сопротивления. Дверь открылась.
— Слушай, приятель, — сказал Даркл, — эта дверь открывается снаружи?
— Нет, она обычно закрыта на этот засов.
— Тогда как госпожа попала в дом?
— Не могу знать, — покачал в ответ головой слуга, — я не впускал её. Эта дверь не открывалась уже несколько недель.
— Но должно же быть объяснение?
В этот момент недоумение и удивление взяли верх над отличным вышколом слуги:
— Господин, я удивлён не меньше вашего. Эту дверь нельзя открыть снаружи, вы сами видели, что засов пошёл с трудом. А через переднюю дверь не входил сегодня никто, кроме вас, я мог бы поклясться! Окна же на первом этаже с решётками…
— Ну что ж, спрошу как‑нибудь сам, — кивнул Даркл и пошёл обратно, к дому Моллариса.
По дороге он обдумал ситуацию. Стало очевидным, что в той комнате Куарада закрывала окно, через которое попала в дом. Но зачем влезать через окно второго этажа в свой собственный дом?!
Но было ещё одно обстоятельство, вызвавшее недоумение северянина. За четыре ночи, проведённых с Куарадой в постоялом дворе в ожидании окончания бури, а затем и в доме Месхифа в прошлую ночь, он немного изучил свою подругу и теперь не мог не заметить, что её поведение немного изменилось. Причём не только в постели, изменилась манера держаться, жесты и мимика стали слегка другими. С другой стороны, Даркл не спутал бы её изящное тренированное тело воительницы с телом другой женщины и был абсолютно уверен, что это она сама, а не двойник. Однако разумного объяснения её поведения не находил. Махнув рукой, Даркл ускорил шаг. Он уже пожалел, что никого не предупредил о своей отлучке, такая безответственность обычно не была для него характерна.
Минут через десять ходьбы Даркл почувствовал то же самое, что чувствовал, снимая пергамент с дерева: чьё‑то присутствие. Точнее, недоброжелательный взгляд, сверлящий его спину. И, как в прошлый раз, стремительный разворот ничего не дал. Улица была пуста… или казалась таковой.
Даркл снова спрятал меч под плащом, держа руку на рукояти, и осторожно ступая по мостовой, двинулся дальше, чутко прислушиваясь и вглядываясь в тени. Пройдя так несколько сотен шагов, он уже готов был списать свою тревогу на взвинченные нервы, хоть и не помнил, чтоб те когда‑нибудь подводили своего хозяина: Даркл имел основания считать себя человеком с нервами если не железными, то крепкими.
И в этот момент, как бы подтверждая это, в ночном воздухе что‑то тихо прошелестело или прошуршало. И прошуршало близко.
Даркл вынул меч из самодельных ножен и замер, прислушиваясь. Несколько минут ничего не происходило. Тогда он рассудил, что не может всю ночь простоять, прячась в тени, и стал тихо красться вперёд. Прямо перед ним находился перекрёсток, освещённый парой фонарей. Если поблизости затаился лучник или метатель ножей, то человек под фонарём будет для него лёгкой мишенью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
