распугивая бабочек. Цветы доставали ей до колен, юбка шуршала по ним, пока она приближалась.
«Нет! Это все неправда! Это их рук дело!»
Не желая доставлять палачу удовольствие, Гарни изо всех сил пытался убежать от того, что видел, хотя тянулся к Мимии всей душой, израненной и одурманенной наркотиками. Собрав волю в кулак, он стер луг и образ девушки из своего сознания.
Но картинка исчезла лишь на миг – через секунду она вернулась, еще более яркая и насыщенная. Мимия позвала его по имени, а затем ее рот искривился и она заговорила знакомым, зловещим голосом де Врие:
– Я убиваю тебя медленно, Гарни Холлик, разрушая твои мозговые клетки с каждым мгновением. Ты умираешь.
Гарни не мог отключить внутренний взор, но мог отгородиться от этого голоса, и постепенно он начал исчезать, а вслед за ним растворялся и образ красивой молодой женщины. Ее рот продолжал выплевывать мерзкие слова – как у одержимой, – пока голос не стал слабым и бессвязным. Луг померк в сознании; остался лишь образ Мимии, парящей в пустоте, затем она тоже пропала.
Гарни не чувствовал облегчения – лишь сильную физическую боль в расплющенной руке. Кости ладони были раздроблены в кашу.
Новый издевательский образ возник у него в голове, вместе с его собственным голосом. Гарни увидел себя, держащего бализет и пытающегося перебирать струны раздавленными окровавленными пальцами. Но единственной музыкой, которая выходила, был крик боли, как бы Гарни ни силился его подавить. Однако он продолжал упорно дергать струны, хотя каждое прикосновение к ним пронзало все тело острой судорогой.
Но музыка в его памяти, реальная музыка, была его спасательным кругом. Отчаянно напевая себе под нос, он смог ослабить тревожащий образ. Он больше не видел свою израненную руку – лишь призрачную мглу, пустую и безнадежную. Он продолжал шевелить пальцами, пытаясь играть на бализете, но в голове по-прежнему звучал лишь собственный крик.
Постепенно, однако, он смог сконцентрироваться и блокировать внедренные образы. Он отогнал призрак Мимии, и ему удалось заглушить ужасающую кровавую музыку. Он заставил воображаемое видение рассеяться и остался один в тусклой немой мгле. Он ничего не видел, не чувствовал и не слышал. Значило ли это, что он умер? Гарни не мог сказать наверняка.
Но он все еще хранил секрет о своем отчаянном сообщении, которое передал через «шпионские глаза», разбросанные на Ланкивейле. Никто не знал о крошечных пассивных устройствах, установленных Гарни и Дунканом во время рейда. Если они функционируют, то отправят данные на датчики, установленные на судах, покидающих Ланкивейл, а дальше на лайнеры Гильдии, затем на прочие корабли в их огромных трюмах… а те корабли передадут сообщение другим кораблям, и достаточно скоро послание достигнет Каладана.
Если только Гарни удастся продержаться так долго.
Ответ на вопрос – придет ли спасение – ускользал от него, будто очередная приманка Питера де Врие, дразняще сверкающая где-то на краю сознания. Но Гарни цеплялся за тончайшую нить надежды, что сможет все это пережить… и в один прекрасный день жестоко отомстить Харконненам.
Кто охотник, а кто преследуемый? Даже когда ответ кажется вполне очевидным, иногда это не так.
Неизвестный автор со Старой Земли
После беспокойной ночи, проведенной среди какофонии птиц и насекомых, под утро Полу удалось немного вздремнуть в укрытии поврежденного летательного аппарата. С первыми лучами рассвета он вскочил, потянулся и обнаружил, что Дункан уже осматривает двигатели, корпус и систему связи. Мастер меча высунулся из кабины, качая головой:
– Скачок напряжения из-за этих птиц-мант сжег наш передатчик, и похоже, у нас нет запасных плат, чтобы его починить.
– Мы не можем связаться с замком Каладан? – нахмурился Пол. – Маячок хотя бы цел?
– Думаю, да. Подразумевается, что он работает автономно. Хават сможет нас найти, когда решит послать спасательную команду, но мы планировали пробыть здесь неделю. Сами по себе. – Дункан обошел машину сзади, заглянул под крыло. – У нас есть кое-какие запчасти для двигателей. Возможно, получится подлатать их достаточно, чтобы подняться в воздух.
Пол кивнул, но не смог скрыть разочарования на лице:
– Выходит, мы весь сегодняшний день потратим на ремонт?
Сильные порывы ветра проносились по склону, взлохмачивая длинные темные волосы юноши и сбивая их в колтуны.
Дункан усмехнулся:
– Днем у нас найдутся дела поинтересней. Двигателями я предлагаю заняться ближе к вечеру, вдруг что и получится. А пока… – Он указал подбородком на склон горы, поросший густыми джунглями, на открытые участки, на ущелья с журчащими потоками. – Мы можем с пользой провести время, отправившись на охоту в джунгли. Я буду охотиться на вас.
– А я на вас! За этим мы сюда и прилетели.
Дункан просунул руку за спинку пилотского кресла и, вытащив оттуда рюкзак для выживания, бросил его Полу. Юноша порылся внутри и обнаружил там множество зажимов, захватов, тросов и прочего оборудования.
– А где мое оружие?
– Только инструменты. Оружие сможете сделать в джунглях из подручных материалов. Никаких персональных щитов, никаких современных удобств. – Наткнувшись на недоверчивый взгляд Пола, Мастер меча добавил: – Покопайтесь глубже. Там найдется отличный нож.
На дне рюкзака Пол нащупал прочный хозяйственный нож с четырехдюймовым лезвием. Не жалуясь, юноша прицепил его к поясу. Дункан тем временем надел собственный рюкзак, затем полез внутрь флаера и вытащил легкое копье с полимерной рукоятью, сложносоставной лук, колчан со стрелами и нож намного большего размера, который закрепил на бедре. Затем пристально взглянул на молодого человека, будто разом превратившись в хладнокровного убийцу.
– Это игра в одни ворота, – заявил Пол. – Другого слова не подберу.
– Если вы будете относиться к этому как к игре – то проиграете. Это охота в ее первобытном смысле, а охотник как правило имеет преимущество перед дичью. – Наставник пожал плечами, пристегивая колчан. – Если бы вселенная всегда играла честно, у нас не возникла бы необходимость в данной тренировке. Но в жизни вас ждет множество несправедливых ситуаций. Научитесь выживать со мной, и это поможет вам выстоять против настоящего врага.
Пол не удивился, не найдя в рюкзаке ни еды, ни воды. Но все необходимое он добудет на земле. Он оглядел крутые обрывы вокруг импровизированной посадочной площадки, болота и овраги, заросшие лианами, деревьями и густым кустарником.
– Ну так что, мне бежать в любую сторону? – спросил юноша. Хотя ни один путь не казался оптимальным, он уже выбрал направление, которое ему больше нравилось.
– Ага. Я дам вам фору в десять минут… а может, и меньше. – Дункан приподнял брови. – Встретимся здесь, как стемнеет. Если
