джинсы.
– Хорош! – полковник осадил подчинённых, складывая пальцы в замок и опуская руки на стол. – Закончим, и отпущу. Переоденешься, Толя.
– Если они оставили свои пожитки там, под мостом, то от них ни черта не осталось за столько дней. Детвора растянула всё, что можно. И удочки, и всё остальное, – жарко зажестикулировал Прохоров, осыпая грязью светлые брюки своей коллеги.
Светлана невозмутимо отодвинулась, стараясь не быть откровенно невежливой.
– Я по ходу всё пропустил? – Сиверин наклонился вперёд, опираясь руками в колени.
– Я дам тебе ознакомиться с отчётом, Максим, – пояснил полковник. – Удалось установить личность человека, найденного под тем мостом. Артемьев Сергей Дмитриевич. Двадцать восемь лет. Работал охранником в ночном клубе «Сапфир», в котором ранее часто можно было наблюдать…
– Фролова. – Максим прокашлялся в кулак, горло внезапно пересохло.
Светлана взяла стакан рядом со стоящим небольшим графином и заботливо передала другу воды.
– Фролова Сергея Витальевича, – согласно кивнул начальник.
– В день убийства, а произошло это несколькими часами раньше вашей «встречи» на перекрёстке, Максим, – продолжила Светлана, – Фролов заявился в клуб и вступил в довольно серьёзный спор с хозяином заведения. Артемьев, как и полагается в таких случаях, пытался его утихомирить. Как подтвердили свидетели, даже выпроводить из клуба.
– Вот уж это разозлило сукина сына! – Прохоров притих под укоряющим взглядом полковника.
– Верно, Анатолий. – Светлана мягко кивнула. – Это привело Фролова в крайнее негодование. Он, конечно, не угрожал охраннику расправой прилюдно, но никогда не оставлял без ответа таких действий.
С этим Максим согласился. Все эти «действия» добрых полгода не давали ему спать по ночам.
– Удалось привязать убийство к Фролову? – Он поднялся, принимаясь прохаживаться по кабинету.
Терпения сидеть на месте просто не было.
– А ты думал запашок за зря? – возмутился Прохоров. – Повыдёргиваю ноги пацанам!
– Анатолий свалился в кучу горелых покрышек, пока группа осматривалась на месте, – пояснила Светлана, деликатно расправляя воротник рубашки.
– Покрышки?
Максим остановился, снова удивляясь тому, что отвратительная смесь горелой резины и пластмассы, раздражала обоняние так знакомо.
– В машине Фролова были сняты образцы крови, – проинформировал Виктор Иванович. – Поскольку в тот момент двое его сообщников скрылись с места происшествия, мы посчитали, что кровь могла принадлежать одному из них. Теперь стало возможным исключить этот факт.
– Это была кровь охранника? В машине Фролова? – Максим упёр руки в бока, поворачиваясь к полковнику.
– Именно так, Максим. – Виктор Иванович пристально поглядел на него, словно ожидая, что капитан продолжит за него.
Становилось душно, и он попросил Анатолия приоткрыть окно. Максим нахмурился, продолжая нарезать круги по просторному кабинету. Но стоило Прохорову пройтись мимо него, как остановился, поворачиваясь к другу:
– Прохор, тело нашли на берегу?
– Угу, подростки выловили. – Анатолий распахнул окно, скрипнувшее под его руками старой, но добротно выкрашенной рамой.
– Его могло прибить туда течением? – спросил Максим. – Что выяснили по этому поводу?
– Да на месте оно было. Там бы и оставалось. Но верёвка, которой закрепить хотели, ослабла, тело и поднялось. – Прохоров вдохнул свежий воздух, отряхивая одежду.
– Значит, той ночью машина въехала на мост, и тело скинули с него. – Максим закусил губу, засовывая руки в карманы джинсов.
– Верно. – Анатолий так и остался стоять у окна, повернувшись к коллегам.
– Этот запах… Эта дрянь, что на тебе, я вспомнил. – Максим кивнул, указывая на одежду товарища. – Я тогда испачкал одежду, когда пытался открыть машину погибшего.
– В машине и на сапогах погибшего грязи хватало. Как определили, она с берега, так же как и пепел тех самых горелых покрышек.
– Значит, они были там, в тот вечер. На берегу, под мостом, – глухо проговорил капитан.
– В машине нет ничего указывающего на то, что они на рыбалке были. Кроме грязи – ничего, – пожал плечами Прохоров.
– Они могли бросить всё, если предположительно увидели то, чего не должны были, – теперь поднялась и Светлана.
– Думаешь, они видели, кто сбросил тело Артемьева? – Максим повернулся к ней.
– Это бы всё объяснило, верно? – Полковник откинулся на спинку стула, не замечая, что сминал свой китель. – Два товарища поехали рыбачить, не предполагая ничего криминального. Но. Стали случайными свидетелями того, как люди Фролова пытались избавиться от тела Артемьева, убитого им или его подельниками. Мужички понимают, что им не дадут так просто уйти, кидают всё на месте и сбегают в машине. Их стали преследовать, в спешке плохо закрепляя верёвку. Дальше, лучше…
Виктор Иванович поглядел на притихшего Сиверина и продолжил:
– Он пролетел мимо тебя, превышая дозволительную скорость, и ты не удержался Максим.
– Не складывается… – капитан нахмурился, выдерживая взгляд начальника.
– Не складывается, – подтвердил Виктор Иванович. – Если убийство Фролова ещё можно как-то списать за самозащиту, то второе перечёркивает всё напрочь.
– Первое не было самозащитой, Виктор Иванович, – проворчал Максим. – Стрелявший стоял у меня за спиной. И ему в тот момент точно ничего не угрожало.
– Зато угрожало тебе, Максим. Твою пулю мужичок отвёл. – Полковник тяжело поднялся, прошёлся к окну и по привычке принялся глядеть на дорогу. Затем оглянулся к Максиму. – Ты же понимаешь это, сынок?
Глава 22
– Меня немного начинает подколачивать от этих намёков… – Максим снова осёкся.
Он медленно провёл рукой по лицу, будто стирая усталость, которая навалилась на него, стоило разговору зайти не в то русло.
– Никто тебя ни в чём не подозревает, Максим. – Виктор Иванович отечески похлопал его по плечу.
– Я не знаю, кто этот человек. Я не скрываю его, чёрт возьми! – Максим сдержался, чтоб не скинуть тяжёлую руку начальника со своего плеча.
Полковник словно почуял его метавшиеся мысли и сжал пальцы сильнее.
– Успокойся, Максим. То, что ты не знаешь его, не отменяет вероятности, что данный человечек знает тебя. И посчитал… – Виктор Иванович замолк и задумался.
Капитан вопросительно поглядел на начальника, ожидая продолжения его слов.
– Судя по реакции, – полковник убрал руку с плеча Максима, пройдясь к своему столу, – тут дело может статься и
