безнадёжны. Они нашли зацепку в их сознании. Утверждают, будто при обнаружении вакцины не всех, но многих заражённых можно будет спасти…
Меня словно молнией поразило. Нарцисс у озера в Паддоке, Говард-Гора в Конкуре, они, безусловно, были поражены Сталью и были Блуждающими, но вели себя… Они вели себя как будто осознанно. Получается ли, что их можно было спасти?..
Глава 30.
Парадизарцы выдвинули теорию на почве своих антигуманных экспериментов, но не вывели вакцину. Рудник, в отличие от Дилениума и Парадизара многие годы сосредоточенный только на одной-единственной цели – обнаружить вакцину – с новой информацией из Парадизара и Замка, а вернее с данными, полученными из антигуманных экспериментов, мог бы продвинуться в этом деле… Неужели, есть шанс спасти тех, кого до сих пор считали обречёнными? И если так, сможет ли в будущем Рудник, защищенный силовым полем от Дилениума, при помощи ковчега парадизарцев, организовать коридор в Австралию для беженцев из Евразии, вылеченных вакциной, которую ещё только предстоит изобрести? Эти вопросы поглотили всех собравшихся этой ночью за этим столом. Мужчины стали углубляться в техническую подоплёку, а я всё больше ощущала растерянность. Окружающие меня люди, даже Тристан, внезапно предстали передо мной такими “взрослыми”, что меня начала накрывать волна беспокойства – очередной звоночек от эмоциональной неустойчивости новообращённых, который я пропустила мимо ушей. Политические противостояния, шпионское искусство, глубочайшие стратегии и запутанные тактики… Никогда в жизни я ещё не чувствовала себя такой соплячкой. Поэтому когда Купава с Ладой предложили мне оставить мужчин разговаривать о скучном, я с неожиданным для себя облегчением согласилась на это, хотя “в прошлой жизни”, то есть в человеческой, я на подобное предложение отреагировала бы хладнокровным поднятием бровей в лучшем случае, в худшем – неприкрытым игнорированием.
Мы отправились в противоположную сторону комнаты, у которой стоял крупногабаритный кухонный гарнитур, выполненный из массива тёплого карамельного цвета. Купава вызвалась мыть посуду в двух заранее приготовленных тазах – один для мойки, второй для полоскания – Лада вызвалась вытирать посуду, а мне досталось расставление сухого материала по полкам. Но перед тем, как приступить к этому занятию, женщины решили в открытую понаслаждаться общением с новым человеком. Они в буквальном смысле липли ко мне – каждая желала коснуться меня или установить со мной зрительный контакт.
– У тебя сухая листва в волосах, – улыбнувшись, Лада вытащила из моих волос очередной березовый лист. Я попыталась не выдать своего смущения от связанных с этим листом воспоминаний: мы с Титаном на дне рва.
– Красивый кулон, золотой? – я сразу же решила отвлечь собеседниц от листвы в моих волосах, а так как мой взгляд зацепился за кулон, висящий на шее Лады, он и стал первой идеей для новой темы.
– Не-е-ет, это цезий, – заулыбалась Лада. – Его может быть иногда нелегко отличить от золота, но цезий более светлый.
– Какая ты красивенькая, – Купава с материнской заботой начала вытаскивать остатки листвы из моих волос. – Ты ведь новообращённая? Это заметно.
Последнее замечание меня зацепило. Мне сразу же захотелось спросить, по чём именно это заметно, но я побоялась услышать в ответ нечто из того, что было бы “за гранью”, поэтому решила обойтись без уточнения.
– Ты Металл из Рудника? – спросила Лада.
– Не помню, чтобы Титан упоминал Металла по имени Тринидад. Он говорил о Беорегарде, Теоне и Кармелите.
– Значит, тебя обратил Титан?
– Но, погоди, он сказал, что Тантал, Палладий и Золото сейчас направляются в Рудник, – они не давали мне и слова вставить. – У Титана всего было три вакцины. А ты, получается, четвёртый Металл… – они запутались. – Но ты ведь не из Камчатских. И точно новообращённая.
Да что же им говорит о том, что я “точно новообращённая”?!
– Объясни нам, – в итоге прикусила губу Лада.
– В Руднике нашли способ обращать людей в Металлы без использования прямых инъекций. По сути, речь идёт о вшивании инъекции… Это опаснее, чем прямая инъекция, процент летальных исходов выше… Работает это так: капсула помещается в сердце, затем вскрывается металлическим предметом, после чего человек либо умирает, либо обращается в тот Металл, которым было произведено вскрытие капсулы… Эксперименты пока что очень сильно провальные. Я, получается, первый Металл, который прошел обращение таким образом.
– Ничего себе информация! – Лада привычно хлопнула в ладоши. – А какой ты Металл? Вы с Титаном нам так и не сказали.
– Я Титан, – мой голос прозвучал с неприсущей мне робкостью, возможность совместимости которой с моей персоной я прежде и предположить не могла.
Вот оно! Вот откуда они знают, что я новообращённая! Мои эмоциональные горки меня выдают! У меня ведь всё на лице сейчас написано!
– Тебя обратил Титан? – приподняла брови Купава.
– Теперь всё понятно, – растянулась в откровенной улыбке Лада.
– Что понятно?
– Мы ещё не совсем поняли, пара ли вы…
– А вы, кстати, уже пара? – заглянула мне в глаза Купава.
– Да, наверное, можно так выразиться… – Неужели я начинаю краснеть?! Как только я почувствовала прилив краски к своему лицу, в этот же момент меня, хотя и запоздало, но резко одёрнуло. – Погодите, что значит “уже”?
– Ну как же, это всем известный факт: Металлы одной принадлежности притягиваются друг к другу.
– Да, – Лада утвердительно закивала головой, – на Камчатке ставились эксперименты над Металлами, ну ты же знаешь, правда?
– Да, Тристан мне рассказывал… – но, очевидно, не всё.
– Самый интересный результат этих зверских экспериментов был выявлен у Металлов одинаковой металлической принадлежности. Одинаковые разнополые Металлы в стах процентах притягивались друг к другу, словно магниты. То есть стремились образовать пару. Мужчина и женщина, являющиеся одним Металлом, со стопроцентной вероятностью попытаются соединиться в пару. В таком союзе маловероятны серьёзные разногласия и стычки, они очень близки к идеальному образу…
Купава перебила подругу:
– Точнее будет выразиться: такие пары становятся зацикленными друг на друге. Словно родственные души.
– Так значит, вы неразлучники. Как здорово! – продолжала сиять, словно рождественская ёлка, Лада.
– Кто мы? – моё сердце начало колотиться.
– Неразлучники, – пояснила Купава. – Металлы, которые обречены быть вместе.
– И ничто не разлучит вас, даже ваша собственная воля… Как же это романтично!
Я бросила поспешный взгляд в сторону Тристана. Он сидел в противоположной части комнаты, ко мне спиной, и был увлечен беседой с Добромиром и Данко. У нас было время, чтобы найти любой другой металл… Он знал, что делал, когда вспарывал капсулу в моём сердце титановым лезвием!
Глава 31.
Ночь 9.
Находясь в теле Металла я впервые почувствовала не усталость, но её подобие. Захотелось не отдохнуть, но выдохнуть. Разобравшись с расстановкой чистой посуды, я вернулась к Тристану и села подле него. Он сразу же повернул голову, посмотрел на меня сверху вниз и спросил, хочу ли я отдохнуть. Я сказала, что хотела бы, но не сказала, что предпочла бы не отдохнуть, а именно выдохнуть.
