сказала, что полезно для съемок в фильме.
— Ну, тогда ладно.
Пока школьники ехали в автобусе, развлекались следующим образом: ЮнМи называла корейскую пословицу, а школьники должны были найти ее русский аналог. Водитель, сидевший за рулем и немного знавший русский язык, внимательно слушал — для его работы в спецслужбе такой семинар по русскому языку начальством будет только приветствоваться.
— Начинаем: «Дочь красивее своя, а урожай больше у соседа».
Катя — Чучундра радостно закричала:
— В чужих руках кусок хлеба всегда толще и слаще.
— Ну, наверное, подойдет. А теперь: «через три года тренировок и собака начнет читать стихи».
После минуты напряженных раздумий один из мальчишек неуверенно сказал:
— Вода камень точит?
— Правильно. А это: «Весна красна моллюсками, а осень — каракатицами».
— Юна, это легко. «Весна красна цветами, а осень — пирогами».
— А это: «Рисовый пирожок на картине».
— «Три богатыря».
— Нет.
После еще десятка неверных версий, школьники сдались.
— Русский аналог: «Видит око, да зуб неймёт».
— О-о-о. А еще?
— «Рак на стороне краба».
Засмеявшийся Пакостник выкрикнул: «два сапога пара».
— Молодец, правильно. А теперь: «И грушу съел, и зубы почистил». Ой, нет-нет, эту поговорку не берем, это не про рыбу. А вот и музей!
Хихикающие школьники пошли на выход. ЧжуВон задумался: почему девочки покраснели, а мальчишки захихикали?
На выставке их ждал сюрприз. Особой гордостью экспозиции были каменные деньги острова Яп. Правительство Микронезии обычно не позволяет вывозить их за границу, но в этот раз проявило неожиданную покладистость. Возле каменного диска с отверстием в центре под пуленепробиваемым стеклом стояла… ЮЧжин и чрезвычайно внимательно слушала экскурсовода. Молоденький студент, воодушевленный вниманием красотки, заливался соловьем. Внимательно слушая и кое-что даже записывая в блокнот, ЮЧжин задавала вопросы. Почему-то особенно ее интересовал арагонит.
ЧжуВон был в шоке. Он прекрасно знал ее отношение к учебе, как она с трудом сдавала во Франции самые простые экзамены. А тут… Неужели за ум взялась?
— Привет, ЮЧжин, — подошел он к ней, — почему из всей выставки тебя больше всего заинтересовал это камень?
— Привет, ЧжуВон. Помогаешь русских школьников на экскурсию водить? А про камень — сюрприз! Ты даже не догадываешься, как нам с тобой эти знания пригодятся! — и загадочно рассмеялась.
«Сегодня сплошные загадка на загадке», подумал ЧжуВон, «я-то какое могу к этим деньгам отношение иметь, да еще и вместе с ЮЧжин. А вообще, когда она на мне не вешается, и еще такая загадочная, она очень даже симпатичная девушка».
14 июня
Квартира Ким ЮЧжин
После сна, приснившегося ей, ЮЧжин утром встала в отличном настроении. Обруганной вчера служанке она подарила свой старый браслет в качестве компенсации морального вреда (та была в шоке: хозяйка делала подарок прислуге впервые на ее памяти) и велела поблагодарить поваров за вкусный завтрак.
День она посвятила острову Яп, в том числе прокатилась на выставку, организованную под эгидой Всемирного банка, посмотреть на их деньги. Там ее пытался клеить молоденький экскурсовод, но ЮЧжин он как-то не вдохновил. Глядя на его недорогие ботинки, было видно, что он не ее полета птица. Поэтому на просьбу обменяться номерами телефонов она вежливо отказала.
Затем уже дома в Интернете были внимательно просмотрены карты Тихого океана и расположение Каролинских островов. ЮЧжин несколько раз рисовала их по памяти, пока последняя версия не стала напоминать оригинал почти на 100 %.
Вот теперь можно и ложиться спать. С этими мыслями довольная ЮЧжин выпила немного сока из бокала и легла на кровать. Поскольку за день она наработалась, уснула быстро.
Капитан корабля, который ЮЧжин приказала переименовать в «Неустрашимый» (если бы это был английский язык, то звучало бы «Дредноут»), выпуча глаза, смотрел на карту, которую новая хозяйка легко рисовала на пергаменте чернилами. Она идеально нарисовала побережье Желтого моря, острова Ниппон, Тайвань, Филиппины (разумеется, в те времена в Азии их назвали иначе), а затем целую россыпь мелких островов за ними.
— Что там может быть за клад? Кривой Чань не плавал так далеко.
— Там нас ждет большой клад редкого жемчуга. Местные его совсем не ценят, у них там в цене другие вещи. Их мы им и привезем на обмен.
— А что?
— А то. Не хочешь за излишнее любопытство вселиться в заколку? Есть незанятая очень удобная заколка.
— Нет, нет, госпожа. Меньше знаю, крепче сплю.
Через неделю
Пока «Неустрашимый» неторопливо, но неуклонно двигался к загадочному острову, все моряки, свободные от вахты, были заняты нетипичной работой — они обтесывали каменные плиты, лежащие на палубе. На Тайване были приобретены с десяток арагонитовых плит размерами 3*3 чи (древнекитайская мера длины, примерно 0,33 м — прим. авт.). Хозяйка — колдунья собрала экипаж и объяснила цель. У жителей того загадочного острова деньги крупные и сделаны из обтесанного камня. Ценятся они высоко, на них и будут менять клад из жемчуга, который там находится.
Команда поделена на десять групп, и каждая обтесывает за время плавания свой камень. Чем более круглый и гладкий он будет, чем аккуратнее в нем отверстие посередине, тем дороже он будет оцениваться на острове. 3/5 стоимости камня пойдет в казну короля, отправившего их в поход, 1/5 — капитану и его воинам, остальную 1/5 часть группа делит между собой. Сначала ворча и тайком ругаясь (колдунью и ее угрозу поселить провинившегося в заколку все боялись до дрожи), а постепенно втянувшись, моряки, свободные от вахты, обтесывали и шлифовали свой камень. Если учесть, что у них были железные орудия труда, то производительность труда была в сотни раз выше, чем у туземцев острова Яп.
Моряки крайне изумились бы, узнав, как делали эти «монетки» сами аборигены. До прихода европейцев каменные диски имели диаметр 0,5–0,9 м, максимальный — 1,2 м. Арагонит и кальцит (это белые и коричневые разновидности известняка), из которых их изготавливали, отсутствовали на Япе и поэтому оказались ценными материалами. Считается, что первые плавания жителей Япа на Палау за арагонитом могли состояться около 500 года, однако масштабные добыча и транспортировка появились позднее, в период между 1000 и 1400 годами. Монеты (жители Япа именовали их «раи») приходилось вырезать орудиями из ракушек (!) и везти за 450 километров на громадных, но хлипких океанских каноэ. Отверстие монеты пробивали коралловым камнем, а каменный диск полировали пемзой. Каноэ нередко тонули вместе с грузом и экипажем, поэтому стоимость доставленных монет была очень высокой.
Типичное для Океании кастовое общество Япа запрещало низшей касте владеть монетами крупного диаметра/достоинства.
Дырка посередине была
