княжества — следуйте инструкциям ваших территориальных управ! Вам либо уже указали, либо скоро укажут путь в ближайшие укрытия. Если вас не попросят поступить иначе, отправляйтесь туда, взяв с собой документы, теплую одежду и суточный запас провизии — разместят вас сразу, а вот обеспечить водой и едой немедленно не смогут. В первую очередь постараются помочь семьям с детьми, но мы никого — никого! — не оставим в беде. Однако чтобы дождаться помощи или сделать так, чтобы она вам не понадобилась, вы сами должны позаботиться о себе. Лучший способ это сделать — не паниковать и выполнять распоряжение представителей власти. Теперь я обращаюсь к тем, кто живет вдалеке от опасных зон. Многие из вас тоже напуганы. Многие из вас могут поддаться искушению… — Даари осеклась, поправилась: — Могут подумать, что государство мало делает для вашей безопасности. Могут броситься в магазины скупать продукты и одеяла. Начать колдовать, чтобы защитить свой дом защитным куполом, если вы хоть немного умеете плести чары. Взять семью в охапку и бежать, куда глаза глядят. Это понятно и объяснимо. У страха глаза велики. Наверное, некоторые из вас и правда смогут укрыться в безопасной местности, зачаровать убежище и запастись продуктами — и будут в большей безопасности, чем если бы связали свою судьбу со всеми остальными. Но прошу вас трижды подумать: вы точно уверены в своих силах и удаче? И главное — если вы бросите свое рабочее место, не станет ли это катастрофой для других людей? Нашу Цивилизацию сделали не только Кланы и не только мудрое руководство Владыки. Главная наша сила — единство всего нашего народа. Если вы работаете в общественных или государственных службах, особенно в домах целительства и на линиях снабжения теплом или энергией; если вы живете в крупном городе, недалеко от магазинов, и рядом с вами нет крупной военной части или завода — не спешите эвакуироваться и делать запасы. Дефицита продовольствия у нас нет и в ближайшие годы не предвидится. Трезво оценивайте ситуацию, не следуйте примеру паникеров. Я не сомневаюсь, что те из вас, что блюдут традиции Кланов и даже более древние традиции служения магов, с честью выполнят свой долг. Но долг любого человека, не важно, владеет он магией или нет, который чем-то может помочь другим, не менее высок. Если обстоятельства позволяют, не покидайте рабочее место. Если не можете этого сделать — помогите соседям, коллегам и родным, — тут Даари сделала паузу: ей нужно было перевести дух. По репортерам по-прежнему сложно было сказать, какое впечатление производит ее речь. Самой Даари казалось, что она говорит слишком долго и слишком много повторяется.
Пора заканчивать. Сейчас каждая минута драгоценна. Нужно не болтать и не слушать чужую болтовню, а делать дело.
Она продолжила, постаравшись сменить тон: теперь нужно было звучать мягче, проникновенней.
— Особенно много мужества и здравомыслия потребуется тем из вас, кто несет ответственность за детей. Я сама мать. Я знаю, до чего страшно решать не только за себя, но и за своих дочерей. Сегодня мы стоим перед испытанием, равного которому наша Цивилизация не встречало последние двести лет. В итоге мы одержим победу, иначе не может быть. Потому что… сейчас я повторюсь: те из вас, кто видели мое предыдущее интервью, уже слышали это… так вот, мы победим сегодняшнюю беду, потому что мы, как народ, сильнее даже Драконов прошлого, что бы там ни думала узурпаторша Есуа. Мы просто не можем проиграть, — сделав паузу, Даари закончила. — Нам не позволят наши дети.
Вроде бы та женщина, которая держалась за рот, словно боялась заголосить, все-таки заплакала. Но Даари не могла поручиться. Голова закружилась, перед глазами все поплыло, в ушах зазвенело. Сказывалось сильнейшее перенапряжение. Оставалось только надеяться, что ничего лишнего она не наговорила, а все, что произнесла, произнесла, как надо. Ведь в любой речи подача тоже значит много, едва ли не больше, чем сами слова. Даари же не могла оценить себя со стороны, это не запись.
Когда Даари завершала конференцию — ей тоже, как и Дракону, нужно было уйти первой, чтобы репортерам не пришлось пятиться — ее потряхивало.
— Ну вы даете, — сказала ей Кешам за порогом.
Даари поглядела на нее удивленно: телохранительница никогда прежде не комментировала ее публичные выступления.
— Госпожа, это было круто, — вторила в сережке Раири.
И даже Лиисен Лиисат, которая связалась с ней почти тут же, подтвердить, что по содержанию все было уместно и технических накладок не возникло: речь благополучно приняли вещательные каналы в прямом эфире.
— Отлично, — Даари еле держалась на ногах. — Лиисен, если кто-то еще попытается меня поймать — скажи, что все, нет меня, уехала в Таалу.
— Да, госпожа. Я думаю, сейчас будет не до правительственных выступлений какое-то время.
— Согласна.
Помедлив, Даари спросила:
— У вас нет родственников в зонах нападений?
— Благодарю, госпожа, вся моя родня живет на западе, в Балартале.
Даари почти ничего не знала про Баларталь — оттуда происходил один из знаменитых древних философов, а сейчас там выпускают вкусные консервы — так что не стала ничего говорить. Только удивилась про себя, что Лиисен, оказывается, из провинции — как-то прежде не случалось полюбопытствовать, и Даари была уверена, что у бывшей главной кастелянши Академии за плечами никак не меньше трех-четырех поколений столичных предков.
Снова включилась Раири Солоро: по ее словам, отбытие Даари было уже организовано — в той же специальной защищенной повозке ее довезут до железнодорожной станции, а оттуда — прямиком в Таалу. Даари согласилась ехать, но заявила, что сначала ей надо повидать Сантира Алата.
— Господина Алата? — удивилась Раири. — Я попрошу вашего секретаря с ним связаться, чтобы он вам позвонил.
— Нет, нужно непременно лично, — возразила Даари. — Такого рода дело.
