Читаем без скачивания Сердце Агрессора - Андрей

— Тот, которому ты сломал руку, на планете День изнасиловал десятилетнюю девочку, убив, прежде, двенадцать человек пытающихся помешать ему. А их босс…

Включили свет. Мы перенесли наше собрание из–под нар на нары, а мой спаситель продолжал рассказывать.

— …Он был боссом мафии на Лароссе. Отсталая планетка… Когда его взяли, на его счету было уже трупов тридцать. О нем писали во всех Нет–газетах Федерации…

— Вы знаете, что они замышляют побег? — прервал я земледельца с Ларосса.

— Да! В их банде есть некто Коцман — пилот высочайшего класса. Попал сюда за драку с ножами в притонах Корама. Он должен вывезти их отсюда на том же судне, на котором мы прибыли сюда…

— Эй, лохи! Раздвиньте свои задницы, — крикнул, подходя к нашей разросшейся кучке, мафиози.

И люди, только что гневно ругающие бандитов, покорно разошлись. Образовался живой коридор между мной и бандитом. Бандит очень медленно, подбадривая себя руганью, приблизился ко мне.

— Ты крутой, хоть и местный. Иван зовет тебя к нам. Какое тебе дело до этих лохов! Мы не в обиде.

— Зря, — сказал я и встал.

Бандит был на голову ниже меня, и я удобно расположил свои руки у него на плечах. А потом, придавив их к ушам, оторвал его тщедушное тельце от пола вместе с ножом в кармане и страхом в голове. Нож и страх не особо добавляли тяжести, я мог бы долго держать его так, но у меня появились другие идеи.

— Зря вы не обижаетесь на меня. Вам просто придется на меня обидеться, когда я сверну тебе шею. А знаешь, почему я это сделаю?

Этот вопрос постоянно болтался в его мозгах, и я решил ему ответить:

— Потому что ты знаешь мое имя, а его никто не должен знать кроме друзей. Иначе это может стоить мне жизни. Сейчас же это будет стоить жизни тебе!

Мне очень не хотелось убивать его, но слишком много людей здесь желало его смерти. Я не должен был их разочаровывать.

— Я не знаю твоего имени! — вопили его мозги.

— Мое имя приводит в трепет всю стражу Конвикта. Горки, слыша обо мне, пускают особенно зеленые сопли, а желтолицые жители Хоккай—До восторженно орут. Обо мне слышали баггмены, как о невероятно живучем и смелом человеке, а экипаж земного корабля все еще думает, что им не на чем будет лететь домой, потому, что я проник в их склад — Бункер. Мое имя Реутов. Мой отец тоже был Реутов, значит я Реутов, сын Реутова! — мне было очень приятно говорить о себе, но теперь бандита нельзя было оставить в живых. Он теперь много знал. Я опустил его так, что почти касался ногами пола и резко дернул вверх за голову. Как я и рассчитывал, позвонки разошлись. Он сразу умер.

— Ты мертвец, парень, — печально сказал один из каторжан. — Они не простят тебе этого.

— У меня с ними проблем не будет, а вот я для них это проблема.

— Оглянись, парень.

На свободном пятачке между нар сгрудилась вся русская банда. И у всех в руках были ножи. Кто–то присвистнул.

— Знаешь что, парень, — сквозь зубы проговорил земледелец утопивший свою машину. — Меня зовут Антон Русов, я тоже русский, но мне совсем не нравятся порядки в нашем блоке.

— Иль Стратфорд.

Антон встал рядом со мной.

— Мы знакомы, — сказал Уве Юханаа и присоединился к нам.

— Как ты думаешь, Ян, кто победит? Ставлю сто кредитов против десяти, что банда порежет этих троих в куски, — сверху на манипуляторах висели два стражника с автоматами.

— Не соглашайся, Ян, — выкрикнул кто–то из бандитов. — Проиграешь.

Тем временем к нам присоединилось еще пара человек — почти мэр и угонщик гравимобилей с планеты Итали. Квазимэр занялся выламыванием стального прута из спинки нар.

— Ого, — воскликнул сверху Ян. Голос был молодой и звонкий. И так это всех удивило, что каторжане немедленно задрали головы к потолку. — Тут уже не до пари, Ску. Они запросто перебьют друг друга, а работать еще и не начинали. Нас с тобой не похвалят. Вызывай кросскоманду, а я пока их водичкой побалую.

С обжигающей силой, сверху ударила струя воды. Каторжане уже знакомые с этой процедурой немедленно скрылись под нарами. Вода на полу собиралась в струйки и затекала под их псевдо крыши, но никто не хотел покидать свое убежище.

После того, как тугой водяной жгут прошелся по спине, я почувствовал, что стоя на ногах не выдержу напор второй раз. Поэтому, отодвинув подальше гордость, поспешил нырнуть под нары.

Сквозь шум воды и ругань каторжан мы услышали, что открываются ворота. Через несколько секунд воду выключили и усиленный громкоговорителем голос сказал:

— Всем немедленно встать!

— Сейчас придут парни из кросскоманды и разделят всех по десяти разным блокам, — пояснил Антон. — Если мы хотим продолжать наши разговоры — нам стоит держаться ближе друг к другу!

Предложение было не лишено смысла и мы, выбравшись из убежища, встали рядом.

Кросскоманда действительно делила людей на десять равных кучек. Делала она это весьма умело, причем ни один из парней в команде даже не притронулся к нам пальцем. Для этого у них были стеклосталевые щиты и дубинки.

План удался. Нас гнали по временному, холодному пластиковому переходу в другой блок, но мы бежали вместе. Ребристая кишка переходника все дальше и дальше отодвигала нас от блока, где я пробыл всего часов шесть, а мои друзья почти сутки. Нас было шестеро, проблемы с русской мафией остались где–то далеко позади и я не скажу, что мы горевали, покидая блок МА-81.

Наконец, когда мои друзья уже запыхались, мы уперлись в холодную чугунную дверь. На ней полуоблупившейся краской было намалевано: МВ-120.

— Мы очень далеко от той мафии и это хорошо, — сказал угонщик с Итали. — Но мы очень близко к этой и это плохо.

— Почему ты думаешь, что мафия есть и здесь? — Уве, наконец, отдышался и как настоящий ученый сразу потребовал доказательств.

— Мафия бессмертна. Там на Итали, я угонял гравимобили и продавал их за пол цены людям мафии. Когда эту мафию выловили и распихали по каторгам, а я сидел на капоте ворованной машины и думал куда ее деть, ко мне подошел человек и сказал: «Не печалься, сынок, мы будем всегда! Теперь будешь продавать тачки нам!» Вот так–то…

Я мог спорить с ним. Я видел город, где не было мафии вообще. Ей там просто нечего было бы делать. Этот город — Стальная планета.

Ворота начали свой путь в стену. Едва образовалась щель, в которую мог пролезть человек, мы вошли в блок, не дожидаясь чувствительных подсказок дубинками. Пролезли в щель и оказались в другом мире.

Здесь царил дым. Множество людей убивали время, вдыхая какой–то дурманящий, выходящий из тонких металлических трубочек, смрад. Внутри трубочек что–то клокотало и у некоторых курильщиков это вызывало приступ неудержимого детского смеха.

— Ублюдки, — Антон сплюнул на пол. — И сюда эту отраву притащили!

— Что они делают? — спросил я.

— Разве у вас на планете нет наркоманов?

— А кто это?

— Здесь не растут дурманящие разум растения?

— Мне такие не известны. Да им и некогда дурманить. Им нужно до полдня успеть ожить, распуститься, зацвести, дать семена и приготовиться к полуденному пеклу.

— Благословенная земля. Прекрасная планета, — пробормотал Уве. — И эти подонки устроили здесь каторгу…

— Не огорчайся, Уве, — его шепот не мог не вызвать улыбку, тем более у жителя Конвикта. — Я потом расскажу тебе о планете другие подробности. И советую тебе сменить мнение о ней. Не то она тебя слопает вместе с восторгами… Не обижайся, Уве,.. пойдемте, поищем, где притулить свои кости.

Мы быстро нашли несколько пустующих нар и забрались на них с ногами. После пятиминутного препирательства с чернокожим продавцом опия и небольшой стычки с одурманенными защитниками продавца нас, наконец, оставили в покое, и мы могли говорить спокойно. Впрочем, угонщик сразу захрапел, и Антон вскоре присоединился к нему. Так что разговаривать мы остались втроем.

— Забыл представиться, — воскликнул квазимэр. — Мое имя Деб Тикарам… Ну вообще–то полное имя Дебют Роджер Сю де-Тикарам ла Вьет. Мои предки были, что–то вроде губернаторов одного из штатов на Весте, а я вот…

— Ты очень хочешь вернуться на Весту? — финна почему–то очень занимал этот вопрос.

За долю секунды до этого, тот же вопрос он задал себе. И получил ответ. Он не хотел возвращаться обратно.

— А сам ты не хочешь вернуться? — мне интересно было, что же его так мучает, если он уже даже сделал выбор.

— Не знаю, Иль. Скорее нет, чем да. Тебе не понять, ты никогда не покидал планету, на которой родился и вырос…

— Ты не прав. Я тоже недавно на Конвикте… — я испугался: они, конечно, друзья, но сколько уже раз друзья становились вдруг врагами, а враги друзьями. Природа, создавая людей, не особо заботилась о постоянстве их сути.

Я проболтался! Я не мог контролировать себя! Я так сильно расслабился? На Стальной планете меня бы не узнали. Болтает лишнее, думает, прежде чем убить явного врага, друзей завел — разве таким меня воспитывали? Воин Тэнно не должен быть таким! Меня охватило отчаяние. Я уже хотел позвать Тэнно по личной связи и повиниться перед ним. Я даже знал, что он мне скажет в ответ: «Принеси мне эту беременную трассом планету в подарок. Заставь этих людишек работать на тебя и твой сын отправится искать планету себе!» Вот, что он мне скажет! И я сейчас… Вот, задница вонючая! Разрази меня гром.