Язык офеней передавался поколениями, и вскоре его стали употреблять нищие, бродячие музыканты, конокрады, проститутки. Феней не просто общались, ею шифровали устную и письменную информацию, стремясь утаить смысл от лишних глаз и ушей. Жаргон вошел в воровские шайки, остроги и темницы, проник на каторгу. Их коренные обитатели даже отвыкали от родной речи, путая слова и выражения.
Каждая преступная группа, каждая тюрьма дополняли воровскую речь все новыми словами и выражениями. Определить их общий объем даже приблизительно невозможно. Но, несмотря на грандиозную производительность, воровской жаргон не стал богатым и полноценным языком. «Блатная музыка» больше действует на эмоции, чем на интеллект. Академик Дмитрий Лихачев в статье «Черты первобытного примитивизма воровской речи» писал:
«Воровская речь должна изобличать в воре „своего“, доказывать его полную принадлежность воровскому миру наряду с другими признаками, которыми вор всячески старается выделиться в окружающей его среде, подчеркнуть свое воровское достоинство: манера носить кепку, надвигая ее на глаза, модная в воровской среде одежда, походка, жестикуляция, наконец, татуировка, от которой не отказываются воры, даже несмотря на явный вред, который она им приносит, выдавая их агентам уголовного розыска. Не понять какого-либо воровского выражения или употребить его неправильно — позорно…»
Не зная точно употребление и смысл блатных выражений, нельзя завоевать какого бы то ни было признания и авторитета.
Блатари ненавидят наблатыканных, то есть тех, кто подражает им, разрушая всю патетику и привлекательность преступной речи. Вор отличается от фраера тем, что бопгает по фене всерьез, а фраер употребляет блатные выражения в шутку, с иронией. Намеренная вульгаризация своей речи выдает наблатыканного.
Уголовный жаргон стали серьезно изучать еще в царской России. Ряд статей и монографий увидел свет в первые годы Советской власти (напр., В. Трахтенберг, «Жаргонъ тюрьмы», г. Санкт-Петербург, 1908 год). Позже исследовать феню считалось дурным тоном, и она печаталась лишь в справочниках Министерства внутренних дел сугубо для служебного пользования. В 1982 году во Франкфурте-на-Майне издательство «Посев» выпустило «Словарь Арго ГУЛАГа» под редакцией Б. Бен-Якова. Тогда же появилось и нью-йоркское издание «Словаря блатного жаргона в СССР». Спустя год, в Нью-Йорке В. Козловский выпустил «Собрание русских воровских словарей» в четырех томах. Он же в 1986 году издает «Арго русской гомосексуальной субкультуры». В начале 90-х «блатную музыку» начали печатать и в России.
Жаргонное наследие в начале века насчитывало почти четыре тысячи слов и выражений. Тюремно-лагерная политика СССР для криминального языка открыла целую эпоху. В течение десятилетий жаргон изменялся и дополнялся. Лексический запас современной уголовной среды (судя по изданным словарям) включает свыше десяти тысяч слов и выражений. Многие из них применяются крайне редко, но все же применяются. Но это пассивный запас.
Для общения блатарю достаточно 300–400 слов, хотя он понимает гораздо больше.
«Блатная музыка» развивалась быстро и сумбурно. Каждая малина стремилась иметь свой тайный язык. Иногда слово рождалось, употреблялось несколько раз в разговоре или малявах и забывалось. Огромный кладезь воровской словестной мудрости полностью востребовать блатному миру невозможно. Подобная участь присуща любому языку, словари которого регистрируют намного больше, чем требуется для активного общения.
Криминальный мир делился на узкие специализации: карманники, шулера, наркоторговцы, грабители, фальшивомонетчики и др. Каждый профессиональный клан развивал родную феню. Скажем, карманник сегодня вооружен пятьюстами терминов и выражений, шулера имеют около трехсот, домушники — двести, грабители и наркобизнесмены — по 100.
Приведенный в этом разделе словарь состоит приблизительно из 6 тысяч терминов. Большинство из них еще употребляется в блатном мире или ушло в его пассивный запас, многие напрочь забыты, а некоторые перекочевали в нашу обыденную речь из воровского языка. Словарь блатного жаргона представляет познавательный интерес, использовать же его в качестве учебного пособия для приблатненных романтиков практически невозможно. Феня сродни иностранному языку: овладеть ею, лишь прочитав словарь, нельзя.
Понимание воровской речи — первый шаг к познанию блатного мира. Его нужно изучать, чтобы не стать его очередной жертвой.
Словарь блатного жаргона
А
АБАКУМЫЧ — ломик для отжима запоров дверей.
АБАС — бестолковый; амулет, носимый на шее в знак какого-либо обета, клятвы.
АБВЕР — оперативная часть ИТУ, следственного изолятора.
АБОДЬЕ — день удачи, счастливое время. Среди воров существует примета: если в День Благовещения вор что-нибудь украдет удачно, не попадется, то ему весь год будет сопутствовать удача.
АБОПОЛ — кол, палка, метла.
АБОРТМАХЕР — лицо, производящее подпольные аборты.
АБШАБАШИТЬСЯ — накуриться анаши.
АВ-АВ — половое извращение в форме орогенитальных контактов.
АВОДЬ — заговор, клятва.
АВТОМАТ — авторучка.
АВТОМАТЧИК — «вор в законе»; ранее судимый, служивший в Сов. Армии.
АВТОПОИЛКА — автомат для разлива пива, вина.
АВТОРИТЕТ — опытный, уважаемый в преступном мире рецидивист, к мнению которого прислушиваются, решая что-либо. Это третья сила враждующих сторон, обладающая высоким званием, большими полномочиями и всеобщим признанием.
АГАЛЬЦЫ — ключи; пальцы рук.
АГАЛЬЧИТЬ — помешать чему-либо.
АГАЧ — полуторный пай при дележке краденого.
АГБА — место сбыта похищенного.
АГЕНТ — подручный «кукольника».
АГРЕГАТ — электроприбор для варки чифира; автомашина; часы; набор чего-то; слежка.
АДАМОВА ГОЛОВА — череп человека.
АДАМОВО ЛЫКО — плетка, хлыст.
АДА — место укрытия, конспиративная квартира.
АДЬЯ — прощай, до свидания.
АЖИОТАЖ — торговля валютой, скупка и перекупка.
АЖУР — все хорошо, порядок.
АЙВА — сигнал тревоги.
АЙК — изображение лика святых, икона.
АКАДЕМИЯ — место лишения свободы; место, где проводят время шулера и воры.
АКВАРИУМ — изолятор временного содержания.
АКРОБАТ — пассивный гомосексуалист.
АСС — опытный работник; популярный гомосексуалист.
АСКАР — независимый.
АСФАЛЬТОВАЯ БОЛЕЗНЬ — травмы, полученные в результате падения в нетрезвом состоянии.
АТАМА — сонливость после употребления наркотика.
АТАНДА — сигнал тревоги.
АТАС — сигнал тревоги.
АТАСНИК — наблюдатель, подающий сигнал тревоги.
АТАС СКВОЗИТЬ — уходить с шумом.
АТМАС — сигнал тревоги, предупреждение об опасности.
АФЕРИСТ — мошенник.
АФИША — обрюзглое лицо.
АХРОШ — насильное завладение имуществом, грабеж.
АХТАРИ — игральные карты.
АШАРГАТЬ — сидеть на тюремном пайке.
АЛЛИГАТОР — человек, способный на любое, вплоть до убийства, преступление.
АЛЛЮР — незамедлительный уход с места преступления (возможно — отъезд в другую местность).
АЛЛЮР В ТРИ КРЕСТА — то же, что аллюр (см.), но выполняемый гораздо быстрее.
АЛМАЗНЫЙ — честный.
АЛ ТАН — золото; находка.
АЛТАРЬ — судейский стол.
АЛТЫ! — сигнал тревоги, опасности (букв.: внимание! опасность!).
АЛЫРА — обманщик, лгун; шулер (при игре в кости).
АЛЫРГАТЬ — скупать краденое; воровать.
АЛЫРИТЬ — мошенничать; бездельничать; издеваться.
АЛЮСНИК — попрошайка, нищий.
АЛЮСНИЧАТЬ — льстить, угождать из корыстных побуждений.
АЛЯМС-ТРАЛЯМС — язвительный ответ заключенного на замечание сотрудника ИТУ (букв.: что с дураком говорить).
АМАНЬЯ — льстивый человек.
AM АРА — проститутка.
АМАСКА, АМАСК — помощник при продаже краденого.
АМБА (устар.) — конец; смерть; провал, крах.
АМБАЛ (пренебр.) — мужчина крупного телосложения, физически сильный (как прав., исполнитель чужой воли).
АМБАР — штрафной изолятор в ИТУ.
АМБАРУХА — склад; желудок.
АМБРАЗУРА — окно в камере; окошко для раздачи пищи в столовой; рот.
АМБУЖУР — сигнал тревоги, опасности, передаваемый мимикой губ.
АМЕРИКАНКА — игра (в карты), в которой проигравший должен безоговорочно выполнить любое желание выигравшего.
АМИНЬ! — молчи!
АМОНАЛ — черный хлеб.
АММОНАЛЬНИК (устар.) — яма, образованная в вечной мерзлоте с помощью взрыва. (Использовалась для захоронения умерших и убитых зэков ГУЛАГа.)
