– Потому что понимаю возложенную на меня ответственность, – отчеканил директор завода. – Принять повышенные обязательства – нам раз плюнуть! И растереть.
– Вот в чем прогресс, – сказало Ответственное Лицо. – В энтузиазме. В повышенном встречном плане. В тонком понимании задач, стоящих перед дзяпиками. Вот забьем мы серебряный костыль на стыке железной дороги…
– Как? У вас и железные дороги есть? – удивился Акимов.
– Сначала забьем серебряный костыль, отпразднуем, отсалютуем, отрапортуем, а потом будем ждать смету на капитальный ремонт этой дороги. И часть дороги все-таки сделаем на эту самую смету.
– А что же дальше? – спросил Акимов.
– Дальше? А дальше, возможно, что эта дорога и не потребуется, и о ней все забудут. Вот тебе и экономия человеческого труда. Высвобожденных научной революцией дзяпиков мы перебросим на ремонт улиц. А ремонт улиц, как известно, дело надежное и вечное. Еще ни одна у нас в Капиках не эксплуатировалась и двух недель. Точнее, ни одна дорога и не была сдана в надлежащем виде. Но зато какой простор для творческой фантазии! Какие возможности для полного выражения своего Я!
– Теперь ты представляешь, чего мы хотим? – спросил Эхразещераз.
– Представляю.
– Поможешь нам?
– Нет.
– Но ведь в душе-то ты давно согласен…
– Нет, – сказал Акимов. – Не согласен.
– Хм, – удивился Эхразещераз. – Конечно, ты еще не дорос до дзяпиковского отношения к действительности. Но мы тебе поможем! Мы не бросим тебя на произвол судьбы. И ты еще многое поймешь… Вот ты сейчас наверняка думаешь, что мы дураки, что мы ничего не понимаем, что наше сидение в должности приносит обществу только вред. Но ведь и мы хотим сделать, как лучше. Ты помоги нам. Войди с открытой душой в наши объятия. Ты умный, Глупышонок. Ты многое можешь. Нам такие вот как нужны! Скажу по секрету, честно: мы без таких как ты – ничто, нуль. Чувствуешь, какая в тебе сила. Только не обольщайся. Отвернешься от нас ты, мы найдем других, третьих, десятых. Вас много. И всем нужна интересная работа. А о ее необходимости, ее пользе вы никогда не думаете. И хорошо. Подумаем мы. Вам нужны – квартиры, детские ясли и многое другое. Ты получишь все, что хочешь, только не отталкивай нас.
– Не прикидывайся дурачком, Глупышонок, – посоветовало Ответственное Лицо. – Скажи еще, что там, откуда ты прибыл, не действуют те же принципы?
– Нет, конечно, – сказал Акимов.
– Подумай хорошенько, – попросил Эхразещераз.
Акимов пристально посмотрел на начальника СКБ и внутренне похолодел. Что-то мелькнуло в лице Эхразещераза. Что-то было в его взгляде, позе. До ужаса, до тошноты знакомое! Что-то, чего нельзя ничем пробить, чему нельзя ничего доказать, потому что оно в каких-то других, чужих душах, в сердцах, в сером веществе головного мозга..
– Понял? – спросил Эхразещераз.
– Понял, – хрипло выдавил из себя Акимов.
– Согласен?
– Ни за что в жизни! Никогда! Никогда не соглашусь с этим!
– Ну что ж. Посмотрим. Ты будешь носителем этой идеи. Самым ярким ее представителем.
– Чего вы от меня хотите?
– Ты будешь научным руководителем работ на строительстве вычислительного центра.
– Но ведь это неизбежно поставит меня в один ряд с вами, потому что я ничего не понимаю в строительстве!
– Вот и отлично! Не такой уж ты и Глупышонок, каким прикидываешься. Мгновенно понял! Молодец! Да ты у нас будешь ходить в самых известных дзяпиках. Ты ведь еще совершенно не представляешь, что значит руководить по-настоящему, с размахом. Твори, выдумывай, пробуй. Не бойся бессмысленной работы. Только не забывай, что ты дзяпик. Всю ответственность мы берем на себя. На наш век дураков хватит. Вот пусть они прогресс и осуществляют. Мы не против.
– Я не дзяпик, – сказал Акимов. – Я человек!
– Полно, Глупышонок, – остановил его Эхразещераз. – Не так уж и трудно будет доказать тебе обратное.
– Вы не имеете права держать меня здесь! Я хочу возвратиться на транстайм. Развяжите мне руки!
– О, господи! – простонало Ответственное Лицо. – У него связаны руки! Кто мог связать дзяпика?! Умного, энергичного, претендующего на руководящую работу дзяпика! Да таких надо на руках носить! О, сколько еще у нас головотяпства и глупости.
– Это недоразумение, – пояснил Эхразещераз.
– Виновные понесут тяжелую ответственность, – сказал Зануда.
– Так развяжите мне руки!
– Почему у Глупышонка связаны руки? – зычным голосом спросило Ответственное Лицо. – Принесите ему каменные скрижали, на которых выбит параграф о недопустимости подобных действий. – Несколько дзяпиков заметалось по площади.
– Ну что там со скрижалями? – спросило Ответственное Лицо. – Почему их не несут?
– Ищут! – отрапортовал дзяпик с парабеллумом на боку. – Они, по-видимому, послужили основанием пирамиды, которая в свою очередь является основанием для Всеобъемлющей Непорочной Девы Инструкции и ее божественного сына Параграфа.
– Хм, – хмыкнуло Ответственное Лицо. – Видишь Глупышонок, на каком прочном основании держится вся пирамида?
– Развяжите мне руки!
– Как? Ему еще не развязали руки? – удивилось Ответственное Лицо. – Дзяпику, который в скором временя явится нашим украшением и эталоном, не развязали рук?! Разве можно представить себе более нелепую ситуацию? Никто, как бы высоко он ни стоял, не имеет права унижать достоинство дзяпика!
– Осмелюсь доложить, – сказал дзяпик с парабеллумом на боку. – Скрижали действительно замуровали в основание.
– Так, – нервно сказал Эхразещераз. – Принесите тогда третье, исправленное и дополненное издание. Не может же дзяпик вечно стоять со связанными руками
– Он все еще со связанными руками? – удивилось Ответственное Лицо. – Это что-то неслыханное! В нашей истории еще не было случая, чтобы дзяпика вот так, как сейчас, ни за что ни про что связали по рукам. Потому что нет более унизительного состояния, чем жить со связанными руками и заткнутым ртом… У него ведь нет во рту кляпа?
– Похоже, что нет, – внимательно вглядываясь в лицо Акимова, сказал Эхразещераз. – Нет. Теперь уж я точно вижу, что кляпа во рту нет. Нет, конечно! Ведь он же с нами разговаривал.
– Разговаривал? – переспросило Ответственное Лицо.
– Разговаривал, – подтвердил Эхразещераз.
– Ну вот видите. Никто не может заткнуть рот дзяпику…Или связать руки. Я сам десять минут назад пожимал ему руку. Мужественную, крепкую руку дзяпика, который с радостью влился в наши ряды. Мужественная у него рука?
– Так точно! – ответил дзяпик с парабеллумом на боку, уныло поглядывая на своих подчиненных, покрытых ссадинами и синяками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
