– Так точно! – ответил дзяпик с парабеллумом на боку, уныло поглядывая на своих подчиненных, покрытых ссадинами и синяками.
– Теперь, Глупышонок, я надеюсь, ты убедился, что дзяпику не могут просто так связать руки, – сказало Ответственное Лицо. – Разотри кисти рук, помаши успокаивающе в воздухе ладонями.
– Развяжите мне руки, негодяи!
– Среди нас нет ни одного негодяя, – сказал Эхразещераз, – чтобы выполнить его пожелание.
– Как?! – удивилось Ответственное Лицо. – Ему все еще не развязали руки? Неужели некому произвести такое простое и законное действие? Ага! Вот я вижу, что уже несут каменные скрижали. Сюда, сюда. Чтобы освещение падало под необходимым углом. Когда читаешь скрижали, очень важно, под каким углом падает на них отблеск света и под каким углом ты сам их рассматриваешь. Вот так!.. Ну, Глупышонок, читай! Теперь, я надеюсь, ты осознал, что свободному в своих поступках и мыслях дзяпику никто не имеет права связать руки. Вот тут вот выбито зубилом по камню. Позолота слегка стерлась. Это от частого употребления. Фу! Гора с плеч! Ужас какой-то. Увидеть дзяпика со связанными руками! Такой кошмар и во сне не приснится!
– Уважаемое Ответственное Лицо, – сказал Эхразещераз. – Я вижу, этот неприятный инцидент исчерпан. Не пора ли нам продолжить работу в банкетном зале ресторана «Осенний лист»?
– Конечно, конечно. Нельзя прерывать творческую деятельность ни на час. Прошу, дзяпики!
– Развяжите мне руки, негодяи!
– Как?! – Ответственное Лицо просто остолбенело. – Несмотря на все доказательства этот болван все еще кричит, что у него связаны руки. Что за бессовестная ложь! Кто может подтвердить, что у него связаны руки? Никто. Принято единогласно. Ну вот, видите! Этот Глупышонок, оказывается, занимался бессовестной ложью! Неплохо для начала. Несите его в банкетный зал, уложите в кресло. Пусть отдохнет немного перед продолжением нашего задушевного разговора.
Дзяпичка Тоня сняла туфли на платформах и шла босиком. Так было увереннее. Несмышленыш задумчиво шагал рядом, иногда что-то бубня себе под нос, словно сам с собой разговаривал. Они уже оставили Капики позади и теперь шли по тропе, время от времени уступая дорогу бегущим в оба конца письмоносцам. Судя по всему, пик насыщения перепиской еще не наступил.
– Они что-нибудь могут ему сделать? – в который уже раз спрашивала дзяпичка.
– Дзяпики все могут. Ты же знаешь.
– Я возненавижу дзяпиков, если ему что-нибудь сделают!
– Все дзяпики здесь ни при чем. Им вдалбливают определенные идеи с детства. И они уже не могут думать по-другому. Они просто верят, как верят в бога, в Ад и Рай. Это снимает с них моральную ответственность, как им кажется. Дзяпики ведь обыкновенные люди. И плохие, и хорошие. Все дело в том, куда их направляют.
– Я всю жизнь прожила в Капиках. Была посудомойщицей. После работы бегала на танцульки. Тайком танцевала запрещенные танцы: буги-вуги, твист, шейк… Ни о чем не думала. Жизнь текла спокойно, без всяких ускорений и поворотов. А потом я встретила Анатолия… – Дзяпичка замолчала.
– Тебе это кажется. Ты никогда ранее не встречала его. Не могла встретить.
– А вот и неправда! И он меня любит. Мы ведь уже давно решили пожениться. Год назад. – Дзяпичка некоторое время шла молча. – Но тогда я ничего не понимаю… Он здесь всего три дня, а я знаю его давно. И он меня знает.
– Не мучай себя. Забудь о своей любви.
– Как забыть? Ведь я ему подарила зажигалку..
– В Капиках не могло быть зажигалок. Ведь у нас еще каменный век.
– Ну да. Каменный. А зажигалку я ему подарила. Она и сейчас у него. Он тогда сказал: «Вот, Тоня, плюнем на все. Кончится газ в зажигалке и пойдем в ЗАГС. Негде жить? И черт с ним. Будем жить в хижине…»
– В шалаше, наверное.
– В шалаше? Ага, в шалаше… Он меня любит, и мы бы давно поженились, так ведь жить негде. Из общежития женатых вытуряют. А в очередь на квартиру не ставят, потому что мы еще не женаты, да и детей у нас нет. Пробовали на частную, да куда там! Частники берут только студентов, потому что у студентов, обычно, детей нет, а у нас будут обязательно.
– Откуда в Капиках студенты?
– Не знаю…
– Ну вот видишь. Это был сон. Сон! Прекрасный сон, не более. Нет ни студентов, ни зажигалки, ни общежития, ни Анатолия. А есть только наши Капики, окруженные джунглями.
– Ага! А платье вот это, туфли… Их ведь тоже раньше в Капиках не было. А экскаватор на стройке и СКБ математических машин.
– Лучше бы ничего этого не было.
– Как это не было? А прогресс?
– Ведь все это означает, что мы стремительно движемся в…
– Что же ты замолчал? Куда это мы движемся?
– А они этого не знают.
– Кто? Вяльцев и Акимов?
– Да. Экипаж транстайма ничего не знает. Удирать им надо, может, тогда все и остановится.
– Удирать? Да Акимов никогда в жизни ни от кого не удирал! Плохо ты его знаешь!
– Действительно, плохо. Но мы ведь не так давно и познакомились.
С небольшого возвышения дзяпичка заметила впереди каплю глайдера. До него оставалось всего несколько сот метров.
– Бежим, Юрий! – крикнула она и схватила дзяпика за руку.
– Несмышленыш, – поправил он. – Несмышленыш, который лишен права заниматься умственной деятельностью. Как будто и мозг можно закрыть на замок.
Тяжелый глайдер стоял метрах в ста от дороги. Колпак его был закрыт, но дзяпичка быстро отыскала кнопку, которая открыла им доступ внутрь.
– Садись, Юрий. Попробую, не разучилась ли я водить эту машину?
– Ты серьезно считаешь, что можешь справиться с этим сложным аппаратом?
– Конечно. Ведь я училась водить его.
– Это был сон. Забудь.
– Сон! А ну, смотри! Закрой колпак!
Тяжелый глайдер стремительно рванулся вверх.
17
– Второй Первому. Вышел из транстайма. Сообщите, где вы находитесь?
– Первый Второму. В десяти километрах от транстайма. Предлагаю встретиться над Капиками.
– Второй Первому. Согласен. Кто находится в Первом?
– Я – Тоня, и Юрий.
– Сообщите подробнее, что произошло с Акимовым.
– В Капиках назревают какие-то серьезные события. Отряд вооруженных дзяпиков разогнал группу, которая находилась рядом с Акимовым. Анатолий пытался бежать, но его связали и увели для выполнения какого-то специального задания.
– Вот оно что…
Вяльцев взглянул вниз. Транстайм спичечной коробкой уплывал в сторону. Около него все еще возились маленькие, похожие на мурашей, дзяпики, движимые неизъяснимой жаждой деятельности. На строительстве и рытье котлованов приступала к работе вторая смена. По всему полю, как после боя, накренясь на бок или зарывшись носом в кучу выброшенного грунта, стояла техника: самосвалы, тракторы, бульдозеры, экскаваторы. По дороге с вековечными гранитными бордюрами шли, утопая в грязи чуть ли не по пояс, колонны добровольцев-строителей, имея на плечах нечто, уже отдаленно напоминающее лопаты. Еще бы тысяч десять лет, и у дзяпиков появились бы настоящие лопаты. Тут и там горели костры, а возле них стояли воины с базуками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
