Как только леди Пруденс препроводила ее в спальню, Чайна заперла дверь, зажгла свечу и открыла проход в стене, воспользовавшись настенным светильником. Не обращая внимания на темноту и суеверные страхи, она быстро миновала узкий коридор, поднялась по каменным ступеням, пересекла чердачное помещение и спустилась в спальню Джастина.
Комната оказалась пустой.
Он был там и ушел. На постели валялась испачканная в крови рубашка. Сапоги исчезли, вместо них появились кожаные туфли. Два ящика комода были небрежно выдвинуты, а их содержимое валялось на полу.
Плечи Чайны поникли. Обескураженная, она вернулась в свою комнату. Чувствуя себя на грани слез, она подошла к окну и прислонилась лбом к прохладному стеклу, уныло глядя на серое дождливое утро.
Джастин уехал. И никогда больше не вернется. Слишком поздно говорить ему…
Она подняла голову и отошла от окна.
Спустя десять минут, надев плащ и крепкие башмаки, Чайна отперла дверь и на цыпочках выскользнула в коридор. Поминутно останавливаясь и оглядываясь через плечо, она спустилась в главный холл, проследовала через галерею к заднему входу и вышла наружу. Моросил дождь. Плотнее запахнув плащ, Чайна пересекла широкий двор. Когда она добралась до конюшни, ее лицо и ресницы поблескивали от влаги. К счастью, Чамберса нигде не было видно. Карета сэра Рейналфа исчезла, оставив в ее распоряжении экипаж большего размера.
Кучер отнесся к просьбе отвезти ее в город с явной неохотой. Он продолжал полировать воском упряжь, пока она доказывала, что ей необходимо съездить к мадам Рошель, чтобы внести последние изменения в фасон свадебного платья. Он внимательно слушал, возражал, но в конце концов согласился.
Следующей проблемой был пункт назначения. Единственным известным Чайне местом, куда мог поехать Джастин, была гостиница «Кабанья голова». Завсегдатаи трактира, похоже, хорошо знали младшего Кросса, что наводило на мысль, что он не случайно выбрал это заведение из множества других, разбросанных вокруг пристани. Но кучер никогда бы не согласился отвезти ее в эту часть города. Поэтому Чайна велела ему доставить ее к лавке мадам Рошель и вернуться за ней через два часа.
Дождавшись, когда карета исчезла за пеленой дождя, Чайна подозвала наемный экипаж. Извозчик не проявил особого желания ехать в трущобы, особенно когда узнал, что она хочет, чтобы ее высадили у гостиницы «Кабанья голова».
– Что могло понадобиться порядочной девушке в этом притоне? Вы не найдете там никого, кроме пьяной матросни и мошенников всех мастей.
– Уверяю вас, мне отлично известно, что там за публика. Но мне крайне необходимо найти… брата, а это единственный адрес, который он мне дал.
– Брата, говорите? Ну ладно. Только я не собираюсь уезжать, оставив вас там, мисс. Мы с Сарой, – он сунул руку под козлы и вытащил крепкую дубинку, – проводим вас внутрь, так, для душевного спокойствия. У меня дочь вашего возраста, и мне не хотелось бы думать, что кто-нибудь оставит ее одну в таком месте.
Чайна не возражала. Внутри таверны было так же сумрачно и душно, как в прошлый раз, но из-за дождя в помещение набилось больше обитателей убогих улочек, окружавших пристань. Посетителей обслуживала та же цветущая молодка. Руки ее непрерывно двигались, наполняя кружки и ставя их на подносы. Чайна бросила взгляд на окутанные табачным дымом столы, но не обнаружила никаких признаков Джастина Кросса.
– Так говорите, ваш брат регулярно захаживает сюда, мисс? – спросил извозчик, настороженно оглядываясь.
– Не знаю, но…
– Нужна помощь, милочка? Старый Билл Боббин всегда готов оказать услугу хорошенькой девушке.
Чайна невольно отступила на шаг, отпрянув от самого уродливого человека, какого только ей доводилось видеть. Тощий, с чудовищно искривленной спиной, редкими клочками волос на голом черепе, рябым лицом и глубоко посаженными глазками, он широко ухмылялся, демонстрируя два огромных передних зуба.
– Ищете кого-то? – поинтересовался он.
Чайна судорожно сглотнула, благодарная извозчику, ворчливо откликнувшемуся:
– Обойдемся без твоей помощи. Занимайся своими делами, приятель, а не то познакомишься с моей Сарой.
Горбун скривился и сплюнул на пол.
– Эй, Хорек! Ты что, решил распугать моих клиентов? – раздался голос хозяйки таверны из-за стойки. – Кого-то ищете, мисс? Тогда вы пришли в нужное место. Всякий, кто знает толк в хорошем обслуживании, хоть раз в жизни да заглянет сюда.
Не обращая внимания на взрыв смеха и совет извозчика убраться из этого заведения, пока не поздно, Чайна протолкалась к стойке:
– Не могли бы вы помочь мне? Я ищу Джастина Кросса. Он не появлялся здесь сегодня?
– Кто?
– Кросс. Джастин Кросс. Высокий блондин. Мы были здесь вчера вместе. Мне показалось, вы его знаете. Он заказал эль и херес. – Чайна в отчаянии огляделась. – Мы сидели вон там, в угловой кабинке, помните?
Женщина задумчиво пожевала губами, смерив Чайну взглядом.
– Да. Теперь припоминаю. Как, вы сказали, его зовут? Кросс?
– Да, Джастин Кросс. – Видя, что хозяйка таверны колеблется, Чайна взволнованно добавила: – Пожалуйста. Мне необходимо его видеть. Если его здесь нет, может, подскажете, где его искать?
– А вдруг он не желает вас видеть, дорогуша?
– Желает. Я уверена. Только скажите ему, что его хочет видеть Чайна Грант… пожалуйста.
Сара подумала еще секунду, затем повернулась к горбуну:
– Хорек! Сбегай наверх и передай джентльмену в третьем номере, что здесь одна особа спрашивает мистера Кросса. Скажи, что ее зовут Чайна.
Под смешки заинтересованных слушателей горбун заковылял к лестнице в дальнем конце зала и с неожиданным проворством вскарабкался вверх по ступенькам. Чайна вздрогнула, отпрянув от грязных рук, норовивших пощупать прекрасную ткань ее плаща, но все поползновения мгновенно прекратились, стоило ее спутнику красноречиво взмахнуть своей дубинкой.
Он начал что-то говорить, но Чайна схватила его за руку, уставившись на лестничную площадку.
– Джастин! – прошептала она.
Он стоял наверху, крепко держась за перила, с недоверчивой усмешкой на лице, словно опасался скверной шутки. Волосы его растрепались, одежда пребывала в беспорядке. Он был без сюртука, в расстегнутой до пояса рубашке, наполовину выбившейся из облегающих брюк.
– Джастин?
Он услышал свое имя и прищурился, вглядываясь в полутемный зал. При виде Чайны его серые глаза от удивления стали круглыми.
– Боже правый! Какого дьявола вы здесь делаете? – воскликнул он.
Чайна вспыхнула.
– Я… Мне нужно поговорить с вами.
Разговоры смолкли, и все с нескрываемым любопытством уставились на них.
