Читаем без скачивания Пятая жертва - Илья Рясной

Проснулся он от длинного звонка в дверь. Звонить кому-то там, за дверью, вскоре надоело. И по двери забарабанили громко и мощно. То ли ногами, то ли прикладами.

Валдаев встал, качнулся. Слабость была такая, что он едва держался на ногах. И тело ломило. Такое ощущение, что он разгрузил баржу с цементом.

- Кто там? - слабо произнес он, завязывая пояс халата. - Кто? - крикнул уже громче.

- Валдаев, открывайте, милиция! Он приник к "глазку". Там был майор Кучер.

- Нелегкая тебя принесла, - чуть не заплакав, прошептал Валдаев и резко отодвинул задвижку, провернул ключ, толкнул дверь.

За спиной майора маячили двое в штатском. Майор отодвинул Валдаева, и незваные гости бесцеремонно прошли в комнату.

- Прошу, - велел майор, жестом приглашая хозяина квартиры в большую комнату.

Валдаев свернул одним движением постельное белье на диване и сел.

Майор вытащил из "дипломата", который держал в руке, пачку с фотографиями.

- Узнаете?

Валдаев взял фотографию. И похолодел. На фото был обезображенный обнаженный женский труп. В фигуре, в очертаниях было что-то знакомое.

- Элла, - прошептал он.

* * *

Неотвратимость происшедшего придавила его, спрессовала. В душе на миг все вскипело и замерло в оцепенении. Все расставлено по своим местам. Элла мертва. Нет смысла надеяться, искать. Это тело - то, во что превратилась полная страсти, возможно, даже любимая им женщина.

Валдаев резко выдохнул. Возникло ощущение обрушившегося потолка.

- Почему она так обезображена? - спросил он сдавленно.

- Ее уронили лицом в костер, - охотно пояснил майор.

- Где ее нашли?

- В лесополосе. Около кольцевой дороги. Фотографии лежали на журнальном столике. Они притягивали взор, как магнит притягивает гвозди. Валдаеву не хотелось смотреть на них, но глаз сам упирался туда.

- Но почему в костер?

- Кто поймет душу маньяка, - пожал плечами Кучер. Валдаев заметил, что майор внимательно смотрит на него, ловит каждое его движение.

- Как же это, - покачал головой журналист. - Как же... Он не выдержал, протянул руку. И начал перебирать фотографию за фотографией. Он перебирал их все быстрее, будто тасовал карты. Потом пересел в кресло, разложил в ряд на столе все восемь штук. Они как раз уместились.

- Интересно? - спросил майор.

Валдаев не ответил. Он всматривался в изгибы обезображенного тела, в то, что осталось от лица. И потом покачал головой:

- Я не знаю... Не знаю.

- Что вы не знаете?

- Вроде Элла. Но, может, и не она.

- Так она или не она?

- Похожа... Я не знаю. Мне не хочется верить, что это она.

- Валдаев, хватит лицедействовать, - устало произнес рукой майор.

- Я не знаю. Я ничего не знаю, - Валдаев втянул носом воздух. - Что вы от меня все хотите?

- Правды.

- Все, что знал, я сказал.

- Вокруг вас происходит слишком много странных событий. Слишком много крови. Это не случайность, Валерий Васильевич. И мы оба знаем это.

- Да, не случайность.

- А что же? - майор впился в него своим гипнотическим взором. - Да говорите же. Я вас ничего не заставлю подписывать. У меня нет магнитофона. Что это? - он положил руку на фотокарточки.

- Это? Это мой рок, - прошептал Валдаев.

- Какой рок?

- Однажды тебя из серой биомассы человечества выделяет некто, дергающий за ниточки в этом мире. И против тебя ополчаются люди и события. Самое смешное, что ты ничем не заслужил этого. Ты не шел напролом, не становился никому поперек. Ты жил тихо. Но...

- Что за ерунду вы говорите? - с досадой произнес Кучер. - Кто на вас ополчился?

- Наташа считала, что сам Князь Тьмы.

- Издеваетесь? - без обиды, больше с удивлением произнес Кучер.

- Ничуть.

- Все ясно. По-хорошему не хотите.

- Слушайте, майор. Поверьте, вы добиваете ни в чем не виновного, безвредного человека, который не представляет никакой опасности. Который - всего лишь жертва. Вы должны защищать таких, как я. А вы добиваете. Вы - всего лишь шестеренка жестокого механизма, перемалывающего маленького человека. Поймите вы это!

Майор слушал его очень внимательно и с напряжением.

- Значит, шестеренка, - кивнул он.

- Я не могу, - Валдаев снова всхлипнул. - Куда мне деваться? Вы знаете, что я вернулся домой незадолго до вас.

- Очень интересно. И где же вы были в середине ночи?

- Двое бандитов вывезли меня на "Газели" за кольцевую дорогу, угрожали, хотели убить. Потом передумали. В ванной одежда в грязи - это я выбирался из леса. У меня до сих пор звенит в ухе - они стреляли над ним из пистолета. Но вас это не интересует. Они - бандиты. Они в силе. Они вышвыривают людей из квартир, держат местный оптовый рынок и зарабатывают достаточно, чтобы подкинуть сотрудникам доблестной милиции для детишек на молочишко! Что, не так? - Валдаев не заметил, что постепенно перешел на крик. - Вы с бандитом быстрее сговоритесь, чем со мной. Потому что я - травоядный! А вы - хищники! Вы созданы для того, чтобы гонять дичь. О, вы друг друга поймете!

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовался майор. - Расскажите поподробнее.

Валдаев рассказал о двух бугаях. Майор переглянулся с подпирающим стенку знакомым по прошлым визитам долговязым оперативником в неизменном сером костюме и кроссовках.

- Это Крыс с Ломом, - сказал долговязый. - Они тут в авторитетах. Недавно действительно квартирами занялись.

- Что у вас на территории творится? - повысил голос майор Кучер.

- А что мы можем? - пожал плечами оперативник.

- Во-во, - кивнул Валдаев. - Вы можете только угробить простого человека.

- Да ладно вам прибедняться, Валерий Васильевич, - Махнул рукой майор. Если эти двое появятся, позвоните по этому телефону, - он протянул бумажку с написанным на ней заранее номером.

- Ага. Позвоню. С того света. В следующий раз они меня убить обещали. И квартиру мою загнать.

- Это у них не получится, - сказал майор.

- У них получится. У таких все получается. Все создано для них. Это у меня ничего не получится. А у них все получится... У них... - Валдаева понесло. Ему вдруг безудержно захотелось засмеяться. И хохотать так без передыха. У него начиналась истерика. И майор понял это.

- А ну, заткнись! - прикрикнул он, схватил Валдаева за шкирку и встряхнул так, что зубы лязгнули. Это немного отрезвило.

Майор помолчал немножко, позволяя Валдаеву прийти в себя, потом снова осведомился:

- Так как насчет трупа? Это она?

- Я не знаю. Спросите у родственников! У профессора Ротшаля! Я не знаю. Не знаю.

К нему опять подбиралась истерика...

- Все, - майор Кучер собрал фотографии. - До скорой встречи, Валерий Васильевич.

- До свидания, - кивнул Валдаев. Минут через сорок после ухода непрошеных гостей он наконец собрался с силами, встал и запер за ними дверь.

* * *

По телевизору показывали многосерийный фильм о жизни обезьяньего сообщества. Валдаев случайно начал смотреть его на следующий день после визита бандитов и майора Кучера, записал его и прокручивал уже пятый раз за два дня.

Где-то в заповеднике стадо шимпанзе снимали в естественных условиях. Фильм наталкивал на множество грустных ассоциаций. А заодно и на философские обобщения, типа того, что человеческое общество - аналог этого самого обезьяньего стада.

В шимпанзином стаде было всё, как положено. Имелся заматерелый зубастый вожак, способный навалять кому угодно, затащить в кусты самку, которую захочет. Большинство его подданных жили тихо, стараясь не выделяться. Это были обычные обезьяны, вожак на них цыкнет - могут угомониться, но могут показать клыки. Были и слабаки, козлы отпущения. Один из таких, у которого сородичи только что отняли - не от голодухи, а для развлечения - банан, сидел в одиночестве, подальше от других, в унылой задумчивости. Может быть, он был куда умнее своих сородичей, видел дальше, понимал лучше. Но это никого не волновало. Он не мог защитить себя. Не мог взять свое. Поэтому и смотрел с тоской куда-то вдаль, меланхолически пережевывал листья и наверняка думал о несовершенстве своего обезьяньего мира. Валдаев проникся к нему чувством общности душ. Этот съежившийся, хлипкий самец привык получать пинки ото всех. И "девушки" с ним водиться не хотели. Все верно. Горе слабому.

Нет, все-таки человечество пошло дальше обезьян. У такой же вот человеческой особи есть возможность устроиться относительно уютно... Пока не встанешь кому-то поперек и тебя не начнут ломать...

Валдаев вздохнул.

Часы показывали двадцать три тридцать.

Он понимал, что это непорядок. Что с психикой у него все хуже. Просмотр фильма затянул его так же, как не так давно подкидывание коробков. Но ничего не мог с собой поделать. Он хотел в очередной раз начать крутить пленку. Но тут зазвонил телефон.

Он поставил аппарат перед собой на журнальный столик. Погладил пальцами его черную, изящных изгибов поверхность. И прикинул - сейчас он берет вон ту хрустальную вазу. Размахивается. И опускает ее на телефонный аппарат. Звон. Хруст. Разлетающиеся куски пластмассы. И никаких проблем. Связи с окружающим миром порваны.