на рынке. Он был садистом, садистом до глубины души. Мужчина испытывал острую потребность в страданиях других, он не мог возбудиться и становился импотентом без этого.
Перевоспитать или изменить его невозможно, ведь это болезнь, которая формировалась и росла вместе с ним. Но если простой недуг можно излечить, то эту трансформацию личности нет. Я могла лишь немного направить Марио в нужную мне сторону. Нежного и чуткого любовника из него не получиться, но некоторые трансформации возможны.
— Я полностью принадлежу тебе на эту ночь. Но позволь мне проявить инициативу и самой удовлетворить тебя, — вновь произнесла я.
Марио ничего не ответил. Он лишь молча кивнул, не отрывая своего взгляда и тяжело дыша. Судя по огромной выпуклости в районе паха, мужчина уже был возбуждён.
Я, смотря прямо ему в глаза и не отрывая взгляда, села рядом с ним на колени. Мои руки гладили бёдра мужчину, периодически сжимая их и не упуская возможности коснуться возбуждённой плоти. Марио тяжело дышал. Он даже откинулся назад и упёрся ладонями в кровать, чтобы удержаться в необходимом положении.
— Поцелуй меня, господин! — прошептала я.
Марио не заставил себя ждать. Он мгновенно придвинулся ко мне, наклонился и запустил руку мне в волосы. Его пальцы слегка потянули за них, чем вызвали небольшую боль в районе затылка. Но так было нужно, всё шло по плану.
Мужчина набросился своими губами на мои. Его поцелуи никогда не были нежными или трепетными, скорее больными и жестокими. Но сегодня он целовал меня по-другому. В касании его губ чувствовалась жадность и страсть, он хотел обладать мной, в не нанести увечья. Марио с трудом оторвался. А когда он немного отстранился, чтобы занять прежнее положение, я увидела некоторое помутнение в его глазах. Марио был словно опьянен или одурманен нашим поцелуем.
— Спасибо, господин, — на выдохе произнесла я, чтобы вложить в эту фразу как можно больше чувственности.
Затем я принялась медленно расстегивать ширинку на брюках мужчины. Он не мешал мне, но и не помогал. Марио согласился подчиниться и оказаться в моей власти на некоторое время, поэтому теперь не вмешивался в ход событий, а молча наблюдал за мной.
Я аккуратно, не отрывая прямого взгляда, извлекла возбужденную плоть из брюк. Член Марио был напряжение до предела, вены набухли, а его кончик призывно нетерпеливо подергивался. Я показательно облизнула губы и взяла член в рот. Мой тихий гортанный стон, призванный показать насколько мне происходящее сейчас доставляет наслаждение, точно был услышан. Марио со свистом втянул воздух. Я слышала хруст зубов в сжатой до предела челюсти.
В то время как я умело двигала головой и насаживалась на возбужденную плоть мужчины почти до предела, его руки то и дело пытались завладеть контролем над ситуацией и сжимались на затылке. Однако я в ту же секунду останавливалась и прекращала ласки. После пары попыток Марио всё же передал мне полный контроль.
Мой партнер на сегодня сходил с ума от возбуждения и ощущений, что доставлял мой рот. Марио не привык быть в ситуации, когда слушаться и подчиняться нужно ему, а не его жертве. Для него это были совершенно новые и невиданные ранее чувства. Я старалась вести себя максимально аккуратно и не перегибать палку, чтобы он позволил мне завершить начатое. Я словно ходила по лезвию ножа сегодня, медленно прощупывая каждый шаг и миллиметр за миллиметром двигаясь дальше.
В какой-то момент возбуждение мужчины достигло своего пика. Я чувствовала, что ещё несколько движений и он извергает своё семя прямо мне в рот. Но мой план был другим.
— Возьми меня, господин. Дай мне почувствовать твою плоть внутри себя, — прошептала я, оторвавшись от члена.
Марио уже прерывисто дышал. Всё его тело пробивала мелкая дрожь возбуждения. Его глаза были затуманены, а зрачки расширились почти вдвое.
Мужчина не заставил себя долго ждать. Он рывком встал с кровати и поднял меня за подмышки на ноги. Затем долго и жадно исследовал моё лицо взглядом. Я же не смела отвернуться и даже моргнуть. Любое резкое движение или лишнее слово с моей стороны сейчас могли всё испортить.
— Хочешь, чтобы я взял тебя прямо сейчас? — спросил хриплым голосом Марио.
Его вопрос был лишь продолжением нашей игры, что начала я.
— Да, господин, — с придыханием и максимально сексуально ответила я.
Марио тут же впился в мои губы поцелуем. Его ладонь легла на мою шею и легонько сжимала её, показывая на чьей стороне сейчас превосходство. Я не была против. Всё шло по плану.
Мужчина резко прервал наш поцелуй. Он по-хозяйски сжал мою грудь двумя руками. Затем с силой дёрнул за край декольте. Ткань жалобно затрещала и порвалась, оголяя грудь и открывая взгляду мужчины то, что ранее было скрыто от посторонних. Мой спутник облизнулся и дрожащими руками обвёл грудь по кругу, особое внимание уделяя соскам, к которым он испытывал особенную слабость. Его губы по очереди всасывали уже набухшие горошинки на моей груди, вызывая лёгкую боль и покалывание в местах его касаний.
Кожа в чувствительных местах не зажила ещё с прошлой нашей встречи. Она саднила и была особенно чувствительной. Несколько раз я просила у Мадам дать нам хоть какие-то лекарства и мази, чтобы процесс забивания шёл быстрее. Но она даже не обращала на это внимание. С момента нашей ссоры женщина в чёрном поменяла своё поведение по отношению ко мне. Она больше не позволяла себе колких высказываний в мою сторону или презрительных взглядов. Теперь она старательно делала вид, что меня не существует. Я стала пустым местом. Мадам не обращалась ко мне напрямую, она смотрела словно мимо меня в момент разговора и старательно избегала зрительного контакта. Если честно, то это было ещё обиднее и задевало меня куда сильнее. Видимо на это и был расчёт.
Марио продолжал свои терзания. Но в этот раз они ощущались иначе. Он больше не стремился доставить мне боль, а словно старался показать силу и величину своей одержимости. Каждое его касание давало мне понять, насколько он возбуждён предвкушением слияния именно со мной и с моим телом. Это воодушевляли меня и дарило надежду на то, что всё получится.
— Возьми меня, господин! — снова призывно прошептала я.
Марио сжал моё тело в объятиях с такой силой, что буквально выбил весь воздух из груди. От его мощи у меня даже в глазах потемнело, а голова на миг закружилась. Не дав мне прийти в себя, мужчина впился в меня очередным поцелуем. Его губы жадно терзали мои и
