Бедняжка не смогла выдержать такого и просто сошла с ума, а теперь гниёт в тесном сыром подвале в одиночестве и без всякой надежды на спасение. От этих мыслей слезы навернулись на мои глаза. Они больно щипали слизистую и скапливались в уголках, не желая стекать вниз. Я сильно зажмурилась, чтобы собраться.
— Ты садист, Марил. И таким останешься навсегда. Я не питаю иллюзий или надежд на то, что ты изменишься. Однако за время нашего близкого общения я смогла немного изменить своё первое впечатление о тебе. Возможно, у тебя ещё есть шанс стать кем-то другим или хотя бы унять свои фантазии и научиться воплощать их несколько иначе, — честно ответила я.
Врать или пытаться убедить мужчину в чём-то я не собиралась. Да и Марио далеко не из тех, кому можно вешать лапшу на уши. Несмотря на свои больные увлечения, он был умным человеком, видящим людей насквозь.
— Ты так думаешь? — удивлённо спросил мужчина.
— Да. Я в этом убеждена, — произнесла я и перевернулась лицом к Марио.
Он лежал, закинув руку за голову, и смотрел в потолок. По его глазам было видно, что в голове происходит усердный и масштабный мыслительный процесс.
— Ты единственная в этом доме, с кем я чувствую себя лучше, чем есть на самом деле, Энджела. Ты удивительная… — вновь произнёс Марио.
Его слова были довольно приятными. Но мысли о том, что мужчина намеренно не даёт мне двигаться дальше из-за своего страха, не давала покоя. Мне срочно нужно изменить это.
— Я никуда не денусь, господин. Даже перейдя на следующий уровень, я не откажу тебе, — тихо говорила я, одновременно поглаживая мужчину по груди.
Его сердце билось с такой же ошеломительной скоростью, что и моё. Для Марио этот разговор, скорее всего, не менее важен и волнительно, чем для меня.
— Ты сможешь увидеть меня на каждом из вечеров. За те ночи, что мы провели вместе, ты стал для меня гораздо ближе, чем кто либо в этом доме, — продолжала я.
— Я не хочу терять тебя, Энджела. Ни одна из девушек не сможет заменить тебя, — Марио повернулся и посмотрел на меня взглядом, полным отчаяния и страха.
— Я никогда не откажу Вам, господин, — заверила я мужчину.
Марио придвинул меня к себе и прижал. Он поглаживал мою спину, что по-прежнему оставалась обнажённой. Мужчина проводил рукой по моим плечам и постепенно перемещался на предплечья и кисти рук. Его ладонь замерла на некоторое время, когда коснулась браслета. За дни в этом доме я настолько привыкла к этим коковам, что вовсе перестала его замечать. Металлическое украшение стало частью меня. Марио провёл кончиком указательного пальца по каждой бусине, что ещё оставались прикреплёнными к браслету. Он словно пересчитывал их. Я же точно знала, что там пятьдесят девять металлических шариков.
— Пятьдесят девять, — прошептала я.
— Пятьдесят девять… — повторил мои слова Марио.
Мы ещё некоторое время неподвижно лежали на постели. Торопиться было некуда, так что можно было себе это позволить. Разговор дальше не продолжался. Каждый из нас думал о своём и приходил в себя…
Глава 16
Я сидела на кровати и наслаждалась тишиной, которая словно обволакивала и успокаивала меня. Перейдя на новый уровень, мне, наконец, стало доступно одиночество. Такое простое и ненавистное многими в нашем мире чувство приносило огромное удовольствие. Я так давно не была одна, так давно не находилась наедине с самой собой, что поначалу даже растерялась.
Привычка делить что-то с другими в этом доме въелась и намертво засела в моей голове. С момента моего пробуждения я ни на секунду не могла позволить себе уединение. Даже в заточении в тёмном подвале в камере со мной была Доминик. Большую часть времени она, конечно, вела себя тихо и незаметно. Однако напряжение и ощущение присутствия кого-то рядом не покидало меня.
В комнатах, что на первом уровне, что на втором, всегда кто-то находился рядом. И, если в последнее время я могла довериться и поделиться мыслями с Меган, то в самом начале даже обыкновенный разговор был роскошью.
Я смотрела в окно. Двигаться не хотелось, хотя всё тело уже затекло и начинало ныть. Там, по ту сторону стекла я наблюдала, как маленькие птички перепрыгивают с ветки на ветки, громко щебеча что-то при этом. Они не останавливались ни на секунду. А я так им завидовала.
Окна в комнате уже воспринимались мной как роскошь. Мечтать или просить о том, чтобы они ещё и открывались, уже перебор. Но я отдала бы многое сейчас, чтобы иметь возможность выйти на улицу, просто прогуляться по траве босиком и ощутить свежий воздух, что наполняет тебя изнутри…
Вся прошлая жизнь казалась теперь выдумкой. Я всё чаще ловила себя на мысли, что словно всегда была тут, в этом доме. Прошлое постепенно стиралось из памяти. Сначала уходили воспоминание обо всём плохом, а потом и приятные моменты начали терять детали и краски. Только детские яркие воспоминания не блекли и продолжали радовать.
Завтрак с мамой, прогулка с друзьями или поход на работу, возможно, навсегда стали недоступными для меня. Удивительно, как мне прямо сейчас хотелось испытать всё это заново. Я ненавидела ранние подъемы, сборы, а потом долгую и словно нескончаемую дорогу на работу. Все эти совещания, разборы полётов в кабинете и капризы подчинённых…
Бесконечные отчёты и статистика сейчас казались недоступной радостью. Должность досталась мне на удивление легко. Я сама не верила, что простая девчонка из маленького городка сможет достигнуть таких успехов в карьере за столь короткое время. Мне предложили работу в крупной компании ещё на последнем курсе. Один из менеджеров пару раз приходил на наши занятия и наблюдал за потенциальными будущими сотрудниками. Он выбрал меня и ещё пару человек с потока. Для начала мне предложили простую рядовую должность. Но мой карьерный рост не заставил себя долго ждать. Я сама была в шоке, что уже через полгода работы получа кресло и кабинет руководителя отдела.
Переход на этот уровень дался мне тяжело. Впрочем, как и вообще каждый день тут. Не было ни секунды, чтобы мне не приходилось себя ломать или переступать через собственную гордость. Но двигаться с четко поставленной целью оказалось намного легче, чем просто плыть по течению и надеяться на судьбу. Вечера теперь были не мучением для меня, а маленьким шагом на пути к свободе.
Господин Ринальди снился все чаще. Его образ в сне стал реалистичным и точным в плане деталей. Сюжет,
