условные кооператоры, которые могут действовать вразрез с групповой выгодой. Аналогичным образом, сотрудничество может потерпеть неудачу, если власти, которым поручено управление коллективными ресурсами, ведут себя как рациональные эгоисты (проблема "агентства"). В больших, сложных обществах высокий уровень сотрудничества повлечет за собой еще больше проблем, связанных с координацией государственных функций. Эти проблемы становятся особенно острыми, когда коллективное государство сталкивается с необходимостью эффективно собирать налоги и предоставлять общественные блага большому и пространственно рассредоточенному населению.
Леви, опираясь на обзор западных исторических материалов, представленных в книге "О правлении и доходах" (Levi 1988; см. также Levi 1997), утверждает, что центральные решения проблем коллективного действия находятся в стратегиях государственного строительства, направленных на создание уровня уверенности среди налогоплательщиков в том, что правящие верхи будут действовать в соответствии с коллективной выгодой и что административный аппарат государства подходит для реализации коллективных целей; уверенность, в свою очередь, будет способствовать тому, что она называет "квазидобровольным" соблюдением налогоплательщиками ("условное согласие"). Основные стратегии создания доверия заключаются, во-первых, в том, что государство будет направлять часть своих доходов на производство общественных благ. Кроме того, государство должно создать форму правления, обладающую институциональной способностью выявлять и наказывать агентуру среди своих административных кадров. Система управления также должна быть приспособлена к справедливому распределению обязанностей, выявлению и наказанию недобросовестных налогоплательщиков, отчасти для того, чтобы добросовестные налогоплательщики были уверены, что недобросовестное поведение будет иметь последствия, а отчасти потому, что недобросовестное поведение будет более вероятным, если риск наказания будет считаться низким. Сотрудничество налогоплательщиков также укрепляется, когда есть гарантии того, что принципалы будут соблюдать моральные ожидания и выполнять свои обязательства, а также когда есть надежда на то, что они могут быть обнаружены в случае невыполнения своих обязательств и соответствующим образом наказаны.
Последствия "внешних" доходов: Гипотеза для объяснения подъема автократических государств
В тех случаях, когда правящие верхи по своему усмотрению контролируют источники доходов, не производимые налогоплательщиками, вероятность возникновения коллективных действий снижается. Чаще всего это происходит, когда основной источник дохода государства формируется за счет личной собственности принципала ("доменные государства") или когда принципалы сохраняют прямой личный контроль над доходами от торговли международными товарами. Предполагается, что в таких случаях у правящего директора меньше мотивации заключать сделки с налогоплательщиками, и вместо этого он, скорее всего, будет править автократично, без подотчетности.
Современная автократия проявляется в государствах-рантье, которые политологи называют "государствами-рантье", где правящие группы по своему усмотрению контролируют доходы от легко монополизируемых источников дохода, таких как нефть, природный газ или экспорт полезных ископаемых. Политологи и экономисты указывают на многочисленные современные государства-рантье, наделенные ценными экспортируемыми товарами, которые приносят огромное богатство, но при этом не имеют достаточного уровня общего экономического развития и демократического управления ("ресурсное проклятие" по Россу [1999]). По мнению Тада Даннинга (2008), ресурсное проклятие будет ощущаться сильнее в тех случаях, когда системы управления не отличаются высоким уровнем развития и когда экономическая активность в обществе в целом меньше, чем стоимость основного ресурса, например, как мы видим сейчас в странах Персидского залива. Однако в более благополучных странах с высокоразвитыми институтами демократического управления и при наличии значительной предшествующей экономической активности, таких как Норвегия и Нидерланды, богатство ресурсами приводит к меньшей вероятности авторитаризма.
Метод проверки теории
Мы с Лейном действовали по наитию, полагая, что теория коллективных действий может дать широко применимые знания о формировании государства. Но превращение интуиции в план исследования поставило нас перед необходимостью определить метод, хорошо подходящий для проверки теории. Один из подходов, который мы рассматривали, - это исторический анализ или анализ "временных рядов", но вскоре мы поняли, что в свете наших целей он малоприменим. Анализ временных рядов успешно использовался некоторыми авторами, например, Р. Бин Вонгом (1997) и Викторией Тин-бор Хуи (2005) в их проницательных сравнениях китайской и европейской историй с целью критики европоцентристского мышления о Китае. И все же мы понимали, что применение такого подхода ограничило бы нас небольшим количеством исторически хорошо задокументированных случаев.
Хотя исторические описания конкретных случаев немногочисленны, существует множество данных о социальном и экономическом составе большого числа досовременных государств. Эти данные дают нам возможность разработать план исследования, основанный на "кросс-культурном сравнительном исследовании" (иногда называемом "кросс-секционным исследованием") - хорошо разработанной антропологической методологии, которую мы применяем для изучения коллективных действий. Вместо детального изучения одного общества или сравнения небольшого числа, цель кросс-культурного исследования - проанализировать данные, собранные в большой выборке обществ, используя систематические методы. Этот путь полезен, когда исследователь не уверен в природе изучаемого социального явления, в том, как часто оно может проявляться и какие вариативные формы принимать. В нашем случае мы исходим из того, что если коллективное действие следует понимать как социальный и культурный процесс, который происходил неоднократно, то, при наличии подходящей методологии для обнаружения паттернов, наилучший шанс обнаружить его и узнать о его изменчивости будет получен при изучении большой выборки обществ. Наша методология позволит нам ответить на следующие предложения:
1. Если коллективное действие - это структура, порождающая проблемы, которая создает определенные типы последствий для решения проблем, где бы она ни появлялась, тогда, независимо от численности населения или местных культурных и социальных условий, должна существовать определенная степень институционального сходства между теми государствами, где сотрудничество является целью.
2. Как структура, порождающая проблемы, коллективное действие должно проявляться в виде идентифицируемого паттерна связанных с ним черт. Например, успешная реализация коллективной политики маловероятна, если есть цель предоставить общественные блага, но нет соответствующего институционализированного контроля над административными агентами, которые управляют этими ресурсами. Учитывая важность укрепления доверия налогоплательщиков, мы ожидаем обнаружить и другие аспекты коллективных действий, включая институциональный контроль над принципалами. Таким образом, каждый теоретически предложенный признак кодируется отдельно как переменная и сопоставимым для всех случаев образом, чтобы облегчить анализ ковариации переменных.
3. Если коллективное действие состоит из совокупности совместно встречающихся признаков, то, оценив степень присутствия всей совокупности признаков, мы сможем определить, насколько каждый изученный случай соответствует или нарушает теоретические предсказания. Ожидается, что общества, получившие низкий балл за коллективное действие, также будут проявлять свойства авторитарных режимов, в которых коллективное действие не было институциональной целью, что создаст возможность для сравнения менее и более кооперативных социальных образований. Например, наши сравнительные данные позволят оценить описанную выше фискальную теорию, связывающую коллективные действия с внутренними источниками доходов и коллективными фискальными стратегиями.
Требования к образцам и данным
Первыми задачами кросс-культурного исследования были определение подходящей выборки обществ и разработка системы кодирования, которая позволила бы нам последовательно кодировать данные по большому количеству случаев
