Марк в полной растерянности тряхнул головой.
— Что ж это значит, Беа? Кто-то захватил твоё тело? Но как?
— Не знаю, Марк. Ничего не знаю. Я и сейчас мало что понимаю, а тогда и вовсе перестала соображать. Может, это и спасло мне... нам обоим жизнь. Если бы я начала что-то мудрить, попыталась бы бежать, меня наверняка поймали бы. А так я просто залезла под кровать и лежала там, дрожа от страха. Где-то через полчаса похитительница моего тела вернулась и на этот раз вошла в спальню — я видела лишь её ноги ниже колен, в тех красных сапожках, которые подарил мне перед отъездом папа. Она прошлась по комнате, но под кровать не заглянула и меня не заметила. Потом она вернулась в соседнюю комнату, долго там что-то делала — как я понимаю, собирала вещи, — и наконец ушла. Тогда я...
— Погоди, Беа, — перебил сестру Марк, уловив в её рассказе очевидную несуразность. — Ты говоришь, она вошла, увидела пустую постель и спокойно себе вышла? Почему она не подняла тревогу, не бросилась искать меня?
— Наверное, она не знала, что ты должен был находиться в спальне. Думаю, ей ничего о тебе не сказали. Только так можно объяснить, почему она не стала тебя искать.
— Неужели она не заметила, что недавно в комнате кто-то был?
— Полагаю, заметила. Но, видимо, решила, что в постели спал МакГрегор или один из его помощников. К счастью, сундук с твоими вещами стоял в дальнем углу, и она его не заметила. Или просто не придала ему значения. В общем, под кровать она не заглянула и ушла, не закрыв дверь на замок. Я ещё немного подождала, затем выбралась из-под кровати и решила бежать. Выбираясь из замка, я никого по пути не встретила... Из живых, имею в виду, — в обеденном зале я увидела МакГрегора, который лежал на полу в луже крови.
— Его убили? Но кто?
— Вне всяких сомнений, похитительница. И не только его — она убила всех разбойников. Позже я нашла их мёртвые тела в подземелье. Но то было позже, а тогда я ничего не искала, ни о чём не думала. Я хотела только одного — поскорее бежать оттуда. Слава богу, мне хватило ума задержаться возле выхода и сначала осмотреть двор. Как раз в это самое время похитительница вывела из конюшни двух лошадей и поехала прочь от замка. Потом она исчезла — очевидно, выехала на Трактовую Равнину. И тогда я побежала. Только добравшись до леса, я заметила, что на мне... на тебе... короче, на нас с тобой ничего, кроме белья, нет. Но возвращаться я не рискнула — я же не знала, что в замке все мертвы. Полдня, целую ночь и всё вчерашнее утро я провела в лесу, продрогла до костей, проголодалась... Тем более что я с самого начала была голодна — пока ты лежал без сознания, тебя, конечно, кормили, иначе бы ты умер от голода, но позавчера разбойники были заняты мной и о тебе, наверное, позабыли. А вчера к полудню мне стало совсем невмоготу, и я решилась вернуться в замок. К тому времени я уже начала подозревать, что остальные разбойники разделили судьбу своего главаря: ведь твоего отсутствия так и не хватились, никто тебя не искал, и вообще в окрестностях замка не наблюдалось никакого движения. Так что я украдкой пробралась в башню, отыскала твою одежду — она была там же в спальне, — прихватила с собой кое-какую еду и быстро побежала обратно в лес. Вечером я осмелела настолько, что уже тщательно обследовала весь замок. Лошади в конюшне просто сходили с ума, и я выпустила их на волю. Вон видишь, две из них пасутся возле замка. А потом я нашла Бекки... нашу бедную сестрёнку... Я похоронила её вместе с ребёночком, которого принесли в жертву, когда отнимали у меня тело. Боже, он был такой... Ой, нет, Марк, я не могу рассказывать. Мне больно об этом вспоминать.
— И не надо, Беа, — произнёс Марк, с трудом проглотив подступивший к горлу комок. Слушая о злоключениях Беатрисы, он на минуту позабыл о Ребекке. А теперь вспомнил о ней, и его с новой силой охватила тоска... — Значит, в замке нет никого из живых?
— Никого. Но я всё равно боялась там оставаться. Сегодня я тоже ночевала здесь. Я заснула только под утро, мне было страшно спать в тёмном лесу... Но ещё страшнее в замке. Мне везде страшно, Марк! Я боюсь, что похитительница моего тела вернётся. Или появится кто-то другой. А я... мы совершенно беспомощны.
Марк задумался. Он лишь недавно очнулся и ещё туго соображал, но и без глубоких размышлений было ясно, что они с Беатрисой попали в жуткую историю. Быть может, в самом скором времени они горько пожалеют, что не разделили судьбу несчастной Ребекки...
— Знаешь, Беа, — наконец отозвался Марк, — я никогда не слышал, чтобы один человек вселялся в тело другого.
— Я тоже, — сказала сестра. — Однако сейчас я нахожусь в твоём теле. Это факт, с которым не поспоришь. А моё тело... Марк, это ужасно! Его захватило какое-то исчадье ада.
— Ну, почему сразу исчадье ада, — не очень уверенно возразил он. — Если ты смогла вселиться в моё тело, то, может, какой-то другой человек вселился в твоё? Старый, больной или смертельно раненный...
— Тогда бы я нашла прежнее тело похитительницы — но кроме МакГрегора и его помощников в замке никого нет.
— А вдруг это был один из разбойников? Почём ты знаешь, что твоё тело похитила именно женщина... или женский дух.
— Нет, — решительно произнесла сестра. — Будь это разбойник, он бы знал о тебе, и мне не удалось бы провести его, спрятавшись под кроватью. К тому же она говорила с МакГрегором как с подчинённым... даже не так — как с низшим существом. А он лебезил перед ней и заискивал. Нет, это не мог быть один из шести разбойников, с ними МакГрегор обращался властно. Это был кто-то другой — а раз я не нашла его тела, то он... она была бесплотным духом, исчадьем ада...
На сей раз Марк не просто содрогнулся, его затрясло от страха — и своего собственного, и того, который испытывала сестра.
— Что же нам делать, Беа?
— Даже не знаю, Марк. То есть знаю, конечно: нам надо немедленно бежать — но как? Пока твоя магия не работает, мы не сможем воспользоваться «колодцем», чтобы покинуть эту Грань. А сюда рано или поздно придут — и, боюсь, это будут не наши друзья.
Марк угрюмо и беспомощно посмотрел на замок, который даже в ясный солнечный день выглядел мрачным и зловещим. Сестра права: им нужно уходить отсюда, и как можно скорее, но все пути к бегству для них перекрыты. Если бы действовала его магия, они могли бы открыть «колодец» и по нему вернуться домой, ведь вряд ли их увезли слишком далеко от Нолана. Но все колдовские способности Марка были заблокированы, они с сестрой оказались пленниками этой враждебной Грани, и помощи им ждать неоткуда. Разве что...
— Как ты думаешь, Беа, — спросил он, — то твоё видение, перед тем как ты вселилась в меня, оно было не просто видением?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
