пролетел практически в миллиметре от уха графа — с каждым новым предметом Анна Петровна прицеливалась все точнее.
Ватсон юркнул за дверь и бегом бросился за подмогой, пока несостоявшаяся свадьба не омрачилась еще и убийством графа.
— Ну, скажем, Лайон, вы тоже хороши! Насколько я понимаю, падения Анны Петровны в коридоре и с лестницы случайными все-таки не были, — подлил масла в огонь Холмс. — Леска без удочки, пассатижи и гвозди, обнаруженные в вашей комнате, наводят на мысль, что вы все-таки не на рыбалку собирались. Или, может, из бисера плетете? У вас палец на руке перевязан, видимо, не привыкли гвозди забивать по ночам? И — нет, попытка спрятать следы ваших действий за свадебным декором не удалась.
Сарказм Холмса достиг апогея.
Анна Петровна охнула:
— Ах ты, гад! Я чуть шею не сломала! А ты так за деньги свои переживал, что меня со свету чуть не сжил? — Женщина прицелилась, и блюдце прилетело прямехонько в голову английскому графу.
— Вот так тебе! Старая калоша! — удовлетворенно выдохнула Анна Петровна. В этот момент она как никогда походила на разъяренную валькирию, немного растрепанную и уже немолодую, но все еще очень сильную и опасную.
В коридоре раздался шум шагов, и в свадебный зал влетели родственники жениха и невесты во главе с Ватсоном. Следом за ними ворвался Волков, размахивая пистолетом.
Их глазам предстала очень странная картина: седовласый граф сидел на полу, потирая разбитый лоб, Анна Петровна деловито примерялась к остаткам сервиза, а Холмс раскладывал фотографии на столе, не обращая внимания на царивший вокруг хаос.
Первым опомнился жених:
— Боже, что случилось?
Невеста бросилась к бабушке и попыталась отобрать очередное блюдо, которое та задумчиво взвешивала в руке, но Анна Петровна останавливаться не собиралась и оглядывалась в поисках чего-нибудь более увесистого.
— Всем стоять, лежать! — рявкнул Волков — Ну, сядьте, короче!
Родственники оторопело расселись по стульям вокруг свадебных столов. Повисла тишина.
Ватсон присел рядом с графом и осмотрел рану, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. При этом он не забывал поглядывать на Анну Петровну. Кто знает, вдруг она решит закончить начатое. Но Анна Петровна уже взяла себя в руки, хотя и отказалась сесть. Гордо выпрямившись, она встала за стулом, на котором сидела внучка.
Холмс удовлетворенно кивнул и окинул взглядом собравшихся.
— Ну что ж, приступим. На многие тайны сегодня придется пролить свет и не всех присутствующих это порадует.
Кто-то закашлялся.
— Мне очень жаль, но я должен огорчить вас, Мария. Это ваша бабушка отравила всех белочек на территории отеля.
Девушка тихо ойкнула.
— Также хочу довести до сведения графа, что Тихонова Анна Петровна действительно происходит из рода Тишинских. Ее мать Надежда Павловна — дочь графа Павла Петровича Тишинского и Татьяны Алексеевны Тишинской.
— Это невозможно, — возмутился с пола лорд Лайон.
— Да, я знаю, что по приезде в Санкт-Петербург вы сразу же обратились к частным детективам и они не нашли документов, подтверждающих этот факт.
Спасибо Ватсону, он быстро разузнал, чьими услугами вы воспользовались. Увы, но они совершенно проигнорировали историю собственной страны и тот факт, что семья сменила фамилию и получила новые паспорта, став Тихоновыми еще во время Красного террора, когда графа Павла Петровича Тишинского забрали чекисты по доносу. После ареста мужа Татьяна Алексеевна Тишинская поняла, что принадлежность к аристократической семье надо любым способом скрыть, иначе это чревато самыми трагическими последствиями.
Став гражданкой Тихоновой, она уничтожила все документы, подтверждающие ее родство с родом Тишинских. Уцелела лишь одна фотография: маленькая Надя со своей бабкой, графиней Ольгой Тишинской, в саду в их имении под Санкт-Петербургом. Весьма примечательное фото, я вам скажу. Сколько тайн оно скрывает, будучи у всех на виду.
Если бы вы внимательно рассмотрели его, то помимо очевидного семейного сходства обратили бы внимание на физическую особенность, передающуюся по наследству в роду Тишинских-Тихоновых. Укороченный большой палец правой руки — она же брахидактилия большого пальца типа Д. Такая аномалия есть у Анны Петровны, у ее внучки Марии, а на фото мы можем заметить брахидактилию и у графини Ольги Тишинской.
Анна Петровна побледнела, подбежала к Холмсу и схватила фотографию со стола.
— Анна Петровна, возьмите лупу, у меня есть с собой, — услужливо предложил Холмс.
И пока наследница рода Тишинских рассматривала старинную фотографию, сыщик продолжил.
— Но не менее примечательно на этом снимке и растение, которое выращивала графиня Ольга Тишинская в своем саду. Наперстянка пурпуровая. В перевод с латыни, digitus, что означает перстень, палец. Любопытное совпадение, принимая во внимание семейную отличительную черту Тишинских. К сожалению, жертвами этого красивого, целебного и в тоже время очень ядовитого растения оказались белки. Ну, и отчасти лорд Лайон, в чай которого, по просьбе бабушки невесты, разумеется, горничная добавляла сбор из трав. Анна Петровна, хотел у вас уточнить, опыты вы ставили только с листьями и семенами наперстянки или еще что-то белочкам добавили? Дозу рассчитывали? Боюсь, что не хочу повторять ваш эксперимент с несчастными животными.
Повисла звенящая тишина.
— И горничную тоже бабушка отравила? — еле слышно прозвучал голос подавленной Марии.
— Нет, но к горничной мы еще вернемся, только чуть позже. Подозреваю, что более ста лет назад именно наперстянкой пурпуровой ваша не менее темпераментная бабушка графиня Ольга могла отравить своего мужа, графа Петра Дмитриевича Тишинского. Анна Петровна, семейные рецепты всегда передаются в вашей семье по наследству? Я надеюсь, что они закончились?
— Ох, а какую из себя даму строила, — съерничала леди Кара и истерично взвизгнула: — Отравительница!
— А вы не переживайте, если с тестем в хороших отношениях, — отозвался Холмс, — Анна Петровна и лорд Лайон друг друга стоят. От любви до ненависти. Она хотела его отравить, а он не убить, так убрать с дороги. А всему виной события столетней давности, в которых замешаны большие деньги.
— Не может быть. Я не верю, — растерянно прошептал Ричард.
Граф побагровел:
— Я ей сам все рассказал, дурак! А она этим захотела воспользоваться, чтобы уничтожить меня!
— А вот в тайне больших денег и такой внезапной ненависти нам поможет разобраться еще одна фотография, хранившаяся в другой семье, — продолжил Холмс. — Что же делал далекий предок семьи Бонэм-Страйт в Петербурге в начале двадцатых годов двадцатого века? Вы не поверите, у него было общее коммерческое предприятие с графом Павлом Петровичем Тишинским. Фирма «Страйт и Ко» вела бизнес по поставке зерна в Англию. Я навел кое-какие справки. И пришел к выводу, что именно ваш предок Ричард донес советским властям о намерении графа Тишинского тайно покинуть страну, а сам беспрепятственно уехал в
