на хозяина обеспокоенный взгляд.
— Запах розмарина, добавленного в краски, почти выветрился. Вы были уверены, что его никто не заметит. Смерть Виктора Соболева тоже вряд ли была просто трагической случайностью. Подозреваю, что вы убили его за то, что он не захотел стать частью вашего преступного плана, — спокойно продолжал Шерлок.
Хозяйка галереи вздрогнула, перевела на Холмса полные боли и ужаса глаза, потом посмотрела на Ярцева.
— Что? Это правда? Как вы могли?! Виктор так уважал вас! — воскликнула Инна, бросившись на Ярцева с кулаками. Ватсон удержал ее и усадил обратно на диван. Хозяин дома усмехнулся.
— Вы правда думаете, что я буду молча выслушивать подобные обвинения? Если вы продолжите, я вызову полицию и…
— О, не беспокойтесь! Полиция будет здесь с минуты на минуту, — заверил Ватсон.
— Сергей Эдуардович… — взволнованно начал Вадим, но Ярцев остановил его взмахом руки.
— Не возражаете, если я расскажу вам, как все было? — спросил Холмс.
— Ну что ж… Давайте послушаем! — разрешил коллекционер.
— В две тысяча восьмом году в Нью-Йорке вы принимали участие в аукционе, в котором одним из лотов был рисунок Дали на тему известной его картины «Жираф в огне». Именно тогда объятый пламенем жираф покорил вас настолько, что вы выложили за него миллион восемьсот семьдесят тысяч долларов, что превышало изначальную стоимость рисунка в двенадцать с половиной раз. С тех пор образ пылающего жирафа Дали не давал вам покоя. Вы были безмерно рады, узнав, что Соболев упросил Инну организовать выездную выставку Базельского художественного музея, обязательным экспонатом которой должен был стать «Жираф в огне» Дали тридцать седьмого года. Вы часто приходили в студию Соболева и однажды увидели, что он работает над точной копией этой картины, намереваясь подарить ее Артуру. Думаю, вы пытались купить у него картину, но у вас ничего не вышло. После этого уже невозможно было выкрасть копию и поменять с оригиналом, Соболев бы наверняка догадался, кто за этим стоит. Поэтому вам пришлось устранить его.
— Вы бредите! Я знал Виктора лично, и мы были друзьями! — возмущенно выпалил Сергей Эдуардович. — Вадим! Выпроводи этих…
— Не советую, — поднялся с дивана Ватсон, преграждая Вадиму путь. Оба застыли друг напротив друга, как два хищника перед прыжком. Ярцев скрипнул зубами.
— И у вас, очевидно, есть доказательства?
— Логично предположить, что тот, кто украл копию картины у Соболева и подменил ею оригинал, и есть убийца. Копия картины Дали была у вас, и поменяли ее с оригиналом именно вы. Точнее, ваш помощник, — уточнил Холмс. — Вряд ли вы бы стали проделывать это сами.
— И как, по-вашему, он это сделал? Как прошел мимо охраны? — усмехнулся Ярцев, однако в его глазах читалось беспокойство.
— Вадим приехал в галерею поздно вечером под видом человека, обслуживающего кофейные автоматы. Аппарат обслуживает одна из ваших компаний, и Вадим прекрасно знает, как заправлять такие машины. В самый нижний пластиковый стаканчик в упаковке он засыпал снотворное, а автомат налил в него кофе для охранника. Тот ничего не заметил. Заправив автомат, Вадим ушел, но потом вернулся. К тому времени охранник крепко спал, он даже не видел, как на работу вернулась Инна Олеговна. Отключив систему видеонаблюдения и сигнализацию, Вадим спокойно заменил картину Дали на подделку.
— Но для этого нужно было быть уверенным, что именно охранник выпьет кофе, — возразил Ярцев. — Боюсь, ваша гипотеза трещит по швам!
— Вы прекрасно знали, что в галерее задерживаются только Инна и Артур. У Инны в кабинете стоит кофеварка, а Артур не слишком жалует ваш бизнес. Зато охрана охотно пьет ваш кофе.
— А как же кодовый замок? — спросила Инна.
— Вадим нанес на него дактилоскопический порошок, определив так цифры, которые обычно нажимали. Ведь только на этих кнопках остались отпечатки пальцев. Вадим привык помнить все важные даты, имеющие значение не только для господина Ярцева, но и для всего его окружения. Учитывая вашу… гм… увлеченность Соболевым, вычислить порядок цифр не составило особого труда.
— А как же остальные подозреваемые? — спросил Ватсон.
— Охранник не мог знать о существовании копии картины Дали. К тому же, что бы он стал делать с подлинником? Картину мало просто украсть, ее нужно еще и как-то продать. Инна в тот день просто фотографировала картины Соболева в хранилище. В ее телефоне есть дата и время, когда был сделан каждый из снимков. Инне было тяжело расставаться с полотнами, и она хотела оставить себе на память хотя бы фотографии. Что касается Артура, то его цель была несколько более приземленной. Все его картины были написаны почти три года назад. После этого он больше ничего не написал. Артур искал неизвестную картину, которую спрятал Виктор. Чтобы выдать ее за свою, полагаю. Романов, как и все остальные, был уверен, что ее местонахождение зашифровано в картинах Соболева.
В коридоре послышался шум, пискнула горничная, и в гостиную вошли полицейские. Среди них Шерлок и Ватсон заметили Волкова.
— Здоров! — гаркнул Игорь. Вадим напрягся, сделал шаг назад, встав ближе к Сергею Эдуардовичу, стараясь уследить сразу за всеми присутствующими. Ярцев продолжал сидеть в кресле, старательно изображая невозмутимость. Волков склонился к уху Шерлока:
— Надеюсь, вы знаете, где искать украденную картину?
— Ну, это как раз совсем не сложно, — пожал плечами Холмс. — Картина, наверняка в доме, скорее всего, в отдельной комнате, в которую запрещено заходить прислуге. Уверен, горничная нам ее покажет. Я прав?
Холмс перевел взгляд на дрожавшую у стены девушку, казавшуюся карикатурно-игрушечной на фоне здоровенных мужчин в форме. Горничная быстро закивала и бросилась вверх по лестнице. Запертая дверь на втором этаже нашлась очень быстро. Ключ от нее был обнаружен во внутреннем кармане пиджака Ярцева.
— Не имеете права! Это частная собственность! — заорал Ярцев, кинувшись вперед, но конвой быстро показал Сергею Эдуардовичу его место. Вадим попытался вмешаться, но его мгновенно скрутили и уткнули лицом в пол. Холмс, Ватсон и Волков зашли в комнату. Вслед за ними поспешила и Инна. На стенах висели самые дорогие картины из коллекции Ярцева.
— Это же… — удивленно проговорила Инна, указывая на одну из картин, — «Изобретение монстров» Сальвадора Дали! Это… копия?
— Не думаю, — сказал Шерлок. — Ярцев не тот человек, который стал бы довольствоваться копией.
— Но… она должна находиться Чикагском институте искусств… — пролепетала Инна.
— А вот и украденный «Жираф в огне»! — сказал Ватсон, кивая на стену, где висела исполненная по дереву картина.
— Тут еще какие-то жирафы, — окликнул Волков, рассматривая аккуратно уложенные под стекло рисунок и гравюру. — Похоже, Ярцев на них совсем помешался!
— Пустите! Не трогайте там ничего! Выметайтесь! — раздавались снаружи вопли бьющегося в истерике коллекционера.
— Это рисунок,
