будет Настя. С девочкой ока будет оставаться до возвращения с работы отца. За это время ей было нужно покормить девочку обедом и ужином, погулять с ней часок, поиграть, помочь, если нужно, с уроками, по графику сводить в карате. Со следующего же месяца можно было возобновить и посещение бассейна.
Довольными остались и Настя, получившая работу, соответствующую ее интересам, и Виктор, который теперь был спокоен за дочь.
Тем не менее, во вторник он несколько раз звонил Насте, спрашивал, как у них с Симой идут дела, и с каждым разом убеждался, что Настя – няня от бога.
Про Машин визит Настя ему ничего не сказала, но Симочка разболтала о том, что сегодня к ней приходила мама, стоило только отцу появиться на пороге.
– Почему ты мне не сказала, что в доме были посторонние? – строго спросил Виктор няню, когда та уже собиралась уходить.
– Разве мама для Симы посторонняя? Ее не надо было пускать? А Сима так ей обрадовалась! – включила дурочку Настя.
– Надо было мне об этом сообщить, – терпеливо пояснил Виктор. – Я же спрашивал, все ли у вас в порядке.
– Так угрозы и не было, все же в порядке было, – робко улыбнулась Настя. – Мне что, не надо в следующий раз ее впускать?
– Да когда она еще придет! – махнул рукой Виктор.
– На этой неделе обязательно еще пару-тройку раз зайти обещала, – выдала-таки Машу Настя.
Эти новости расстроили и обрадовали Виктора одновременно. С одной стороны, он был рад за Симу, что Маша наконец-то начала с ней общаться. С другой стороны, это могло стать препятствием к тому, чтобы суд принял решение относительно того, с кем оставить дочку, в его пользу. Но препятствовать общению дочки с мамой он не имел права. Да и не хотел.
– Пусть хоть каждый день приходит, – решил он. – Сима маму любит, пусть сколько хотят общаются – зла дочке Маша не причинит. К тому же она прописана в этой квартире, так что даже постоянно проживать здесь имеет право.
Глава 34. Кто быстрее, тот и прав
Совет Петровского поискать союзников среди представителей четвертой власти Машины подруги поддержали. Вдобавок к этому Ольга снабдила Машу списком мест, где ей нужно было собрать на себя характеристики и справки, подтверждающие то, что о Симочке она заботилась, и делала это хорошо. И если журналисты согласились встретиться с ней вечером, то за справками она могла бегать лишь во время обеда. Возможно, Петровский отпустил бы ее и в рабочее время, но Маша не хотела злоупотреблять его благосклонностью, опасаясь, что после он потребует отплатить ему за доброту душевную не только душевным теплом, но и телом.
Перед Машей стояла дилемма: пойти ли ей в среду в обед в поликлинику и школу или же навестить дочку. Она выбрала последнее. Однако квартира была пустой. Только тогда Маша догадалась позвонить Насте и узнала, что теперь ее Симочка ходит на карате, и в это время няня уже везет девочку на тренировку.
Пользуясь тем, что оказалась дома, Маша обошла неработающих соседей с просьбой письменно подтвердить, что она хорошо заботилась о Симе, пока проживала вместе с семьей. Но никто не захотел ввязываться в чужие разборки, так что пришлось Маше уходить не солоно хлебавши.
В четверг Маша снова пошла к дочке, и на этот раз ей удалось поиграть с Симочкой хотя бы полчаса.
Вечером зашла в поликлинику, но там какую-либо справку выдавать отказались: сказали, что нет у них такой практики, и если нужно будет, то выскажут свою позицию по запросу суда.
В пятницу продолжила бегать за справками. Предстояло самое трудное – получить характеристику из школы: перспектива разговора с надменной Миланой Даниловной Машу не прельщала, но ради дочки пришлось идти к Усатовой на поклон.
На беду Маши, она забыла фамилию учительницы и, спрашивая ее в учительской, назвала Усачевой. И Милана Даниловна решила, что ее фамилию Королева исказила в отместку за то, что та сама не сразу запомнила фамилию ученицы.
Справку о том, что Маша хорошо выполняет свои материнские обязанности, в школе ей дать категорически отказались.
– Вы ни разу не приводили и не забирали дочку из школы, ни разу не интересовались ее успехами в учебе, – справедливо упрекнула Усатова Машу и добавила: – К тому же я уже дала положительную характеристику Виктору Борисовичу, и если суд спросит мое мнение, я встану на сторону Симиного отца.
Преподавательница, ведущая курсы английского языка, согласилась подписать составленную Машей саму на себя характеристику, но без охоты.
– Не собираюсь я по судам из-за вас бегать! – буркнула недовольно руководительница курсов.
Вечером, сразу после работы, Маша встретилась с Дарьей Даниловой. Разговор получился неловким, и в итоге вместо того чтобы расположить к себе соперницу Заклюжной, Маша нажила в ней врага. Даша хотела большей откровенности и старательно делала вид, что для нее важнее не уделать конкурентку, а раскрыть правду. Требовала откровенности, в частности, подтверждения романа Маши с Петровским. Слышать о том, что их связывают лишь трудовые отношения, Данилова не хотела. Она обижалась на то, что ее якобы водят за нос и хотят заставить ее отстаивать чьи-то интересы вслепую. Окончательно испортила Маша отношения с Даниловой, предложив ей за поддержку денег. Дарья вспылила, оскорбилась и пообещала, что будет объективна. Но по тону Маша поняла, что Данилова решила встать на сторону отца Симы.
«Вероятно, мало денег предложила», – догадалась Маша: возмущение Даниловой выглядело наигранным, поверить в ее искренность смог бы только слепой.
С Олегом Макаровым Маша пересеклась в тот же вечер: они договорились встретиться в кафетерии недалеко от дома Ренаты. Журналист подошел к вопросу ответственно, подробно расспросил Машу о взаимоотношениях с Королевым, Петровским и Симочкой. Он оказался чуть ли не единственным, кто был готов поверить в то, что Маша не спит со своим работодателем. В его обещание подготовить объективный материал Маша поверила. Однако статью Макаров собирался писать только после беседы с противоположной стороной, то есть Виктором Королевым. Это тревожило, но Маша понимала, что ответственные журналисты иначе и не работают.
Оставалось единственное место, где Маша еще не успела взять справку – бассейн. Туда она пошла в субботу, но зря потратила время. Симин тренер отказался выдавать справку, заявив, что не обращал внимания, кто приводит и забирает Королеву, какие у девочки отношения с родителями, а потому не собирается вставать на Машину сторону.
В субботу вечером в квартире Ренаты снова состоялся штаб.
– Да, муженек твой шустер, – заметила Ольга. – Стопудово хочет
