Руны на коже патрина засветились голубым и красным: там, где была одна рыба, появилось двенадцать, потом двадцать четыре. Эпло разложил их на плоском камне, не забыв дать одну рыбину псу, который, бросив беспокойный взгляд на живых мертвецов, уволок добычу в темный уголок пещеры, чтобы поужинать в одиночестве.
– Ваша магия удивительна, поистине удивительна, – с уважением проговорил принц.
– Но… ведь и вы можете это, – проговорил Альфред, деликатно отщипывая кусочек соленой рыбы, и тут же поднял голову, заслышав какой-то звук.
Неподалеку стоял ребенок – настоящий живой ребенок и с завистью смотрел на пса. Альфред жестом подозвал мальчишку и отдал ему рыбу, в которую малыш немедленно вцепился и бросился с нею прочь. Он преподнес пищу взрослому мужчине – должно быть, отцу, – который уставился на подношение в совершенном ошеломлении. Мальчишка указал на Эпло.
– Предания говорят, что некогда, в прежние времена, мы тоже могли творить подобные чудеса, – заметил Эдмунд, не отводя от пищи завороженного взгляда.
– Но теперь наши силы уходят на то, чтобы выжить в этом мире…
Он оглянулся на кадавров:
– И на то, чтобы поддерживать их существование.
Альфреда передернуло. Он собирался уже что-то сказать, но Эпло ткнул его локтем под ребра, и сартан умолк, снова занявшись творением рыбы.
– Вон в том городе вы найдете и еду, и все, что вам нужно, – сказал Эпло, кивком указывая в сторону пустого города на берегу. – Конечно, это вы успели увидеть и сами, когда были там.
– Мы не воры! – гордо вскинул голову Эдмунд. – Мы не возьмем чужого. Конечно, если наши братья в этом городе предложат нам разделить с ними кров и пищу по доброй воле, это будет совсем другое дело. Мы будем работать, мы отплатим им…
– Кое-кто из ваших подданных считает, что эти наши «братья» должны заплатить нам, господин мой.
Балтазар стоял у них за спиной, пристально глядя на Эпло и Альфреда, наблюдая за их действиями.
Эпло спокойно раздавал подходившим к ним людям рыбу, Альфред был занят тем же. Их уже окружала толпа. Некромант больше не проронил ни слова, покуда последний не получил свою долю и не ушел. Затем он сел, скрестив ноги и расправив свое черное облачение, и взял кусочек рыбы.
Он внимательно изучал пищу, словно бы ожидал, что она исчезнет, едва он коснется ее.
– Значит, вы еще не утратили этого дара.
– Быть может, – проговорил принц, взглянув на Альфреда, – ваша земля иная, чем та, из которой пришли мы. Быть может, еще есть надежда. Обычно я сужу о ситуации по тому, что вижу своими глазами. Скажите же мне, в чем я ошибся!
Альфред не мог лгать, но и правды сказать он тоже не мог. А потому он просто смотрел на принца и некроманта, то открывая, то закрывая рот.
– Вселенная велика, – просто сказал Эпло. – Расскажите же нам о вашей части мира. Он – ваш некромант – что-то говорил о том, что ваши братья должны заплатить вам. Что он имел в виду?
– Осторожнее, Ваше Величество, – предостерег Балтазар. – Станете ли вы доверяться чужакам? Мы можем полагаться только на их слово; быть может, они все же шпионы, подосланные к нам из Некрополиса!
– Мы ели их пищу, Балтазар, – слабо улыбнулся принц. – Самое малое, чем мы можем отплатить им, – ответить на их вопросы. К тому же, что с того, будь они даже шпионами? Пусть они расскажут правду о нас в Некрополисе. Нам нечего скрывать… Земли нашего народа находятся… находились… там, наверху. – Эдмунд взглянул вверх, на тонувшие во мраке своды пещеры. – Очень далеко.
– На поверхности мира? – спросил Эпло.
– Нет-нет. Это было бы невозможно. Поверхность Абарраха состоит из бесплодного холодного камня или же покрыта ледяными равнинами и тонет во мраке. Балтазар бывал там. Он может рассказать об этом лучше, чем я.
– Как в нашем, так и в ваших языках «Абаррах» означает «мир камня», – Балтазар кивнул Эпло и Альфреду. – Так оно и есть – по крайней мере в том смысле, который вкладывали в это слово наши предки. У них было достаточно времени, чтобы заниматься изучением мира, в который они пришли. Наш мир состоит из камня, пронизанного бесчисленными туннелями со множеством пещер. Наше «солнце» – раскаленное ядро Абарраха.
Поверхность мира выглядит именно так, как описал Его Величество. Там нет жизни, нет даже возможности возникновения жизни. Но ближе к сердцу мира, там, где был наш дом… о, там жизнь была вполне приятной. Да, приятной…
Балтазар вздохнул.
– Колоссы… – начал он.
– Что? – перебил его Альфред.
– Колоссы. Разве в вашем мире их нет?
– Он просто не уверен, что понял правильно, – проговорил Эпло. – Поясните же, что вы имели в виду.
– Гигантские каменные колонны…
– Те, что поддерживают своды пещеры? Мы их видели.
– Колоссы не поддерживают пещеру. В этом нет необходимости. Они были созданы магией древних, чтобы передавать тепло и свет из этой части мира в ту, где жили мы. Магия эта действовала сотни лет. У нас всегда было достаточно пищи и воды. Тем страшнее и необъяснимее то, что произошло.
– И это…
– …падение рождаемости. С каждым годом у нас рождалось все меньше детей. Хотя, в некотором роде, это также было благом для нас. Самые могущественные из наших магов обратились к тайнам создания жизни. Но вместо этого мы открыли…
– …тайну продления жизни после смерти! – воскликнул Альфред. Голос его дрожал от негодования и потрясения.
К счастью – быть может, из-за разницы языков, – Балтазар принял восклицание Альфреда за выражение восхищения. Он улыбнулся и кивнул:
– Мертвые – вернее сказать, восставшие из мертвых – принесли нам огромную помощь. Конечно, большая часть нашей магической силы уходит на то, чтобы поддерживать в них жизнь, но в прошедшие века нам не слишком нужна была эта сила. Всю физическую работу выполняли за нас мертвые. Когда мы обнаружили, что лавовая река возле нашего города начала остывать, нас это не слишком встревожило. Мы продолжали получать необходимую энергию из-под земли при помощи колоссов. Маленький Народец добывал камень, строил для нас дома и поддерживал работу колоссов…
– Постойте! – воскликнул Эпло. – Маленький Народец? Какой Маленький Народец? Некромант задумчиво нахмурился:
– Я не слишком много знаю о них. Теперь их больше нет.
– Я слышал от моего отца рассказы о Маленьком Народце, – сказал Эдмунд. – А однажды я встречался с ними. Больше всего они любили прорубать туннели в камне. Они добывали там минералы, которые называли «золото» и «серебро», и драгоценные камни поразительной красоты…
– Гномы? – высказал предположение Альфред.
– Странное слово. Гномы, – повторил Балтазар и взглянул на принца, который кивнул в знак согласия. – Мы называли их по-другому, но это очень похоже. Гномы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
