до н. э., вазописец Ниобид. Художественный музей Уолтерса, Балтимор
Приведенная в книге Самуила библейская история о трудностях, возникших у филистимлян с Ковчегом Завета, – весьма ранний пример этого фольклорного мотива. В XII в. до н. э., когда филистимляне воевали с израильтянами, они опасались, что Яхве нашлет на них мор, как на египтян. И действительно, когда филистимляне отвоевали у израильтян Ковчег Завета и забрали этот священный деревянный ящик в свою столицу, началась эпидемия, скосившая множество людей (рис. 16). Болезнь характеризовалась опухолями (бубонами) в паховой области – типичный признак бубонной чумы, а по земле во множестве бегали крысы. Уцелевшие филистимляне отправили Ковчег в другие свои города, и в каждом начиналась подобная эпидемия. Филистимляне приписали ее козням Яхве и связали с нашествием грызунов (бубонная чума передается с блохами и вшами, живущими на грызунах).
Рис. 16. В XII в. до н. э. чума бубонного типа и крысы во всех городах филистимлян следовали за Ковчегом Завета – священным деревянным ящиком, который самим израильтянам запрещалось трогать. «Чума в Ашдоде»[226], гравюра Дж. Толосано с картины Н. Пуссена
Рассказ об эпидемии чумы, начинавшейся в каждом городе, куда прибывал специальный Ковчег, ставит любопытные вопросы. Возможно, филистимляне, перевозившие Ковчег по городам, сами являлись переносчиками болезни. Но существует множество нарративов, записанных различными народами на разных этапах истории, где после вскрытия запечатанного ящика, захваченного у врага, начинаются эпидемии. Сегодня известно, что такой сценарий в принципе возможен. Нельзя не задаться вопросом, не мог ли в Ковчеге находиться некий объект – например, кусок материи, содержащий бактерии чумы в виде аэрозолей, или насекомые – переносчики инфекции, заразившие в стране филистимлян сначала грызунов, а затем и людей? Ковчег Завета впоследствии вернули и установили в Храме Соломона в Иерусалиме. Понимать принцип действия фомитов или переносчиков инфекции необязательно: всему можно научиться на собственном опыте посредством наблюдений. Характерно, что сами израильтяне никогда не прикасались к Ковчегу Завета и тем более не открывали его. Его все время переносили на шестах, цепляя за специальные кольца; любой физический контакт исключался. А один израильтянин, который случайно все же потрогал ковчег, сразу умер[227].
Судя по двум другим историям об Иерусалимском храме, материал, содержащий чумные бактерии, могли прятать в безопасном месте на случай военного вторжения. Вспомните, например, древнюю легенду о ловле «демонов чумы» и помещении их в Храм. Эта легенда приводится в «Завещании Соломона» и других древних еврейских, гностических и греческих текстах I–IV вв. н. э., но основана на более ранней устной традиции. Соломон – историческая личность, царь, построивший в X в. до н. э. Первый Храм в Иерусалиме. Согласно легенде, он призвал злых духов болезней и горестей и заставил их помогать строить великолепный храм.
Затем Соломон заточил демонов в медные сосуды и запечатал их серебром. Медь, которую в древности добывали в пустыне Негев, обладает антимикробными свойствами, не подвержена коррозии и замедляет размножение бактерий и плесени. Серебро также имеет антибактериальные свойства. По легенде, Соломон поставил эти запечатанные сосуды в огромные вазы или ящики и замуровал в основании храма.
Данную легенду можно считать свидетельством верований в то, что злых духов можно волшебной силой заключать в сосуды (вспомним джиннов в бутылках). Однако шумерские таблички из Мари доказывают, что жители древнего Ближнего Востока издавна понимали: предметы могут распространять смертельные заболевания. Как и в ветхозаветном рассказе о Ковчеге Завета и вспышках эпидемии у захвативших его врагов, это понимание придает легенде о Соломоне более глубокий смысл. Действительно, библейские рассказы об эпидемии, которую Яхве наслал на египтян во времена Моисея и на филистимлян, похитивших Ковчег Завета, уже закрепили в сознании представление об инфекции как об оружии, так что действия Соломона по сохранению источников заражения можно считать подготовкой оборонительного оружия. В своем завещании Соломон предсказывал, что, когда Иерусалим будет разрушен царем халдеев, окажутся духи болезней на свободе. И действительно, в 586 г. до н. э. Навуходоносор (жестокий царь халдеев – Нововавилонской империи) разграбил и сжег Иерусалимский храм Соломона. «Во время грабежа», как пишет греческий хронист, захватчики обнаружили медные сосуды и решили, что в них таится сокровище. Вавилоняне сломали печати, после чего из сосудов вылетели демоны болезней и «снова стали заражать людей»[228].
Древняя легенда о Соломоне, заключившем злых духов в Иерусалимском храме, хорошо известна и в исламских преданиях. Некоторые фундаменталисты, относящие себя к приверженцам «исламской науки» – наукообразное ответвление исламского мистицизма, – считают невидимых сверхъестественных джиннов источниками ядерной энергии и эпидемий. Они указывают на способность Соломона «укрощать могущество» джиннов и утверждают, что особыми «духами» атомной энергии и заражения (например, сибирской язвой) можно управлять посредством тайного знания. В 1980–1990-е гг. ведущий пакистанский инженер в области атомной энергии Башируддин Махмуд рассказывал и писал об «общении» с невидимыми, но могущественными духами-джиннами, которых некогда «усмирил царь Соломон». С 2001 года Махмуд находится в пакистанской тюрьме после того, как в его офисе в Афганистане нашли планы и диаграммы для создания устройств по распространению сибирской язвы[229].
Храм Соломона вновь построили в V в. до н. э. В 1945 г. в Наг-Хаммади, что в Египте, обнаружили несколько раннехристианских документов, зарытых там около 400 г. н. э. В одном из свитков записана другая версия легенды о Соломоне, датированная I–II вв. н. э. Во время осады Иерусалима будущим римским императором Титом в 70 г. н. э. Второй храм был разрушен, и, согласно свиткам, римские солдаты обнаружили древние сосуды, зарытые по приказу Соломона, и разбили их в поисках сокровищ. Демоны чумы, томившиеся в заточении со времен Соломона, вышли на свободу. Кстати, Светоний, латинский биограф Тита, сообщает, что «правление Тита отмечено рядом ужасных катастроф», в том числе «одной из самых страшных в истории эпидемий чумы»[230].
Почти через век в том же географическом регионе практически повторился тот же сценарий. На этот раз римские солдаты разграбили греческий храм в Вавилоне.
Ужасная эпидемия 165–180 гг. н. э. распространилась из Вавилонии на Ближний Восток и в Средиземноморье, попала в Рим и даже в Галлию и Германию. Великий врач Гален подробно описал симптомы мора, и ведущие историки медицины высказали мнение, что это была эпидемия оспы или кори. Опустошительный мор именуют антониновой или галеновой чумой. По современным оценкам, его жертвами стали от семи до десяти миллионов человек[231].
Обвинения, изложенные в двух латинских источниках IV в., посвященных Парфянской войне в Вавилонии – в «Истории Августов» и истории Аммиана Марцеллина – заставляют предположить, что эта чума, или по крайней мере древние слухи о ней, должна войти в историю применения биологического оружия. Пандемия началась
