не было.
Слышу впереди треск. Поворачиваюсь и вижу впереди по дороге, тьма треснула, открыв огненный портал, куда мы вот-вот влетим.
— Это точно не ковид, — говорю я себе, подпрыгивая вверх и вцепляясь в проносящуюся над головой толстую ветку. Один оборот вокруг неё, а потом сальто вперёд. Приземляюсь на горящую дорогу, как раз тогда, когда карета скрывается в схлопнувшимся за ней портале.
— План был надёжный, как швейцарские часы, — сообщаю затухающему на дороге огню. Он согласно вспыхивает и тухнет. А я остаюсь посреди ночного леса.
Глава 15. Грибные войны
Проснулся я от резко затормозившей кареты. Сам не заметил, как уснул, едва закончив тасовать боеприпасы в кольце. Под конец, всё-таки решил, что логичнее использовать артефакт не для мгновенного выхватывания меча, а для быстрого доступа к основной поражающей силе. К зажигательным бутылкам, с алхимическим, то есть с аптекарским вариантом напалма.
Выхожу из кареты и вижу, что мы почти доехали. Метрах в ста видны пограничные столбы, напоминающие трёхметровые свечи из-за красных огней вечных светильников. Они подпитывались от природной ци, исходящей из Зоны, чьи особенности и окрашивали пламя в ярко красный цвет.
За столбами — расстояние между ними было около полусотни метров, располагался покинутый посёлок. Ну, он должен был быть покинутым, а на самом деле между домов я видел бродящих людей мексиканской наружности. Но самое главное, из-за чего возница и остановил карету, к нам по дороге ковылял силуэт, заставивший меня сразу вспомнить Сайлент хилл. Голый, на тонких ножках, с большим животом, без рук и в большой шляпе. Нет, это была шляпа гриба, вообразившего себя человеком.
— Пьяный гриб! — восхитился мой возница и спрыгнул на землю. — Такой большой и за пределами Зоны!
Я хотел предупредить об опасности, но, сначала не мог вспомнить его имя, а потом подумал, что он лучше знает местных монстров, а моё желание держаться от пьяно ковыляющего гриба как можно дальше вызвано одним конкретным фильмом ужасов, который к данной реальности может не иметь никакого отношения. Так я говорил себе, постепенно отступая за карету. Потому что одно дело знать, что данные монстры не опасны, если не дать себя коснуться, а совсем другое — весь мой опыт вопил благим матом, что такие ковыляющие неумехи просто обязаны иметь в своём арсенале что-то неожиданно дальнобойное.
Но ничего опасного не случилось. Возница — вспомнил, его зовут Кело, махнул кнутом, и монстра разрезало пополам на уровне груди. Он сразу упал, но из перерубленного туловища вырвалось большое чёрное облако спор, накрыв возницу и лошадей.
— Ядро задел, — немного смущённо сообщил Кело, повернувшись ко мне. Они в разных местах бывают, не повезло… А может, наоборот, — усач посмотрел в сторону посёлка, откуда к нам ковылял ещё десяток грибов. — Значит, правду говорят, что грибы всегда идут на место, где было уничтожено ядро одного из них. Вы идите в обход, — он показал рукой в поле за посёлком. — Все грибы сейчас как раз сюда придут, и можно будет безопасно дойти до Зоны. А я тут немного задержусь.
Пожимаю плечами, схожу с дороги и иду по полю. Проходя между столбами, чувствую, как медальон на груди нагревается, и направляюсь в обход посёлка. Тем более, посёлка то всего — одна улица, по которой проходила проезжая дорога. По обе её стороны по десятку одноэтажных домиков. И заканчивается поселение двумя трёхэтажными, солидными коттеджами.
Бредущие по главной улице грибы на меня никак не реагируют, их интересовал только убийца их собрата.
Напевая под нос, — Ходы кривые роет подземный умный крот, нормальные герои всегда идут в обход, — иду по высокой, до середины бёдер траве. В нормальной деревне тут располагались бы дворы и огороды, но здешние дома, судя по разбитым витринам, являлись разного рода лавками.
Можно ли назвать посёлком, состоящим из двадцати торговых лавок, одной гостиницы и одного увеселительного заведения? Ну, раз назвали, значит, можно. Тем более, что торговцы определённо жили в своих магазинах.
Шёл по густой траве, смотрел в сторону домов, ибо вокруг расстилалось ровное поле, не предвещавшее никакой опасности. Ну, я так думал, пока под ногами не взорвался гриб. Из-за того, что я стал воспринимать их размеры не меньше полутора метров, а именно такие экземпляры ковыляли по улице по направлению к оставленной карете и возомнившим себя охотником за грибами Кело, я просто не заметил нормальный гриб.
Нормальный по размерам — он смог затеряться в траве, а не по выпущенному им облаку спор, накрывшему меня с головой.
Вроде бы споры низшей формы грибных монстров не опасны. В отличие от тех, что вдохнул возничий. Но и те дают только небольшой галлюциногенный эффект. Реальная опасность пьяных грибов в наполняющем их яде.
Но это в случае нормальных ходячих грибов. А нормальные грибы не живут в людских посёлках. Короче, пришлось уходить с травы на улицу. И первое, что я понял, ни фига посёлок не заброшенный. В домах кто-то жил. Когда опасаешься, что на тебя из какого-нибудь дома выскочит гриб блюющий ядовитой кислотой — сходство местных обитателей с Саент-хиллом не отпускало — то поневоле обращаешь внимание на мельчайшие движения. Вот я и видел сквозь окна домов, как внутри гуляют странные тени. Зайти посмотреть, кто там прячется, никакого желания не возникало. Хотел побыстрее пройти посёлок и уйти в чёрный лес, начинающийся за ним.
Особенно подгоняли звуки с того места, где я оставил карету. Перед въездом в посёлок дорога немного искривлялась, так что роскошное средство передвижения было скрыто за домами. А вернуться и узнать, кто там так громко чавкает, мне что-то не хотелось. Сомневался я, что это Кело устроил там пикник на обочине.
Думая о том, что всё здесь творящееся меня не касается, я дошёл до конца улицы… Ну, кто бы сомневался, что под конец уровень окружающего хаоса не достигнет имени пятиногого пса, символизирующего по Пелевину само понятие конца?
Два последних дома стояли на большем расстоянии друг от друга, чем остальные, образуя своего рода мини площадь. Оба были украшены вывесками, смотрящими друг на друга. Полуголая демоница над входом публичного дома подмигивала таращимуся на неё грибу с глазами с вывески гостиницы.
Между ними, вся площадь была изрыта небольшими ямами. Причём вырыты они были непросто так, а образовывали рисунок пятилучевой спирали. В каждом луче по шесть-семь ямок, и одна общая, большая в центре. Подойдя поближе, вижу, что внутри каждой ямы скалится в небо череп. А судя по тому, что под
