- Дар... Князь... я... я не выполню своего обещания, подождать пока... Я выхожу замуж, - последнюю фразу она буквально выпалила, затем вздохнула и опустила глаза.
И тут у меня чуть было не началась истерика. Мне просто сразу вспомнился анекдот, в котором Деду Морозу открыла дверь зареванная девочка. И на его вопрос, в чем дело, она, давясь рыданиями, пояснила, что так его ждала, что когда он позвонил, бросилась к двери открывать и упала по дороге. Порвала новенькое платьице, забыла выученный заранее стишок и потеряла бантик. "Твою ж мать!"- разведя руками, разочарованно и громко произнес тогда Дедушка Мороз.
- И кто он? - стараясь, чтобы мой голос звучал немного расстроенно, спросил я у нее. Удержать рвущийся наружу смех, оказалось еще тяжелее, чем обуздать в иные моменты ярость. На самом деле я был безумно рад, что эта шебутная и вечно влезающая во всякие приключения девчонка, отшившая с десяток ухажеров, наконец нашла себе того самого - единственного мужчину. Нет, Тилька мне очень даже нравилась внешне, но не мог я ее представить в качестве своей подруги даже в самом страшном ночном кошмаре. Есть такой тип женщин, которые даже на девятом месяце беременности рассекают по паркам на роликах, а уж во все остальное время... Не... мне и так приключений на свою задницу хватает, так что я даже благодарен был тому, что между нами ничего не может быть, но показывать это девчонке было бы свинством, вот я и пытался всем своим видом показать, что я все-таки немного раздосадован услышанным. Впрочем, ее ответ поразил меня ничуть не меньше:
- Это Герат, - один из тех магов, что ты освободил в этой крепости, - не поднимая взгляда, тихо ответила она. - Он не пойдет с остальными наверх, у него там никого нет.
Охренеть! Самый спокойный и вечно всем недовольный ученик Альтуса, решил связать свою судьбу с этим черноволосым безобразием?!
- Ну... эээ, - стараясь оправиться после услышанного, проблеял я. - Вы, думаю, просто созданы друг для друга!
- Ты тоже так считаешь! - в мгновение, растеряв все свое смущение, буквально выкрикнула она. - И ты на меня не сердишься?
- Не, - ну если уж созданы друг для друга, - то за что сердиться?... - пожал плечами я, мысленно моля всех богов Аркона, дать мне сил не расхохотаться в голос.
- Дар, а как же Машка? - выражение лица Тильки изменилось с радостного на умильно-грустно-просящее. - Ты же на Мраке, а она...
- Забирай, - со вздохом махнул я рукой. - Это тебе на свадьбу подарок. Береги ее.
Ну а как иначе? Со штурма Хантары, когда под демонессой убили ее лошадь, я временно передал ей свою. И девчонка так с ней сдружилась, что забирать ее назад с моей стороны было бы, по меньшей мере, некрасиво. А Аленке я что-нибудь другое подарю...
- Конечно, буду беречь! Спасибо, дар! - привстав на цыпочки, Тилька чмокнула меня в правую щеку, кивнула мне на прощанье и быстрым шагом исчезла где-то в глубине коридора.
Утром не спавшие всю ночь тифлинги выдали мне планы по дальнейшему развитию княжества, к которым я в итоге добавил только задачу по постройке в порту Хантары двух сторожевых кораблей для патрулирования нашей части Великого озера, и десятка торговых – для сообщения с Суоной и другими сатрапствами. Руководствуясь опытом того мира, я так же ввел премию в пять золотых монет за рождение ребенка. И все! Никаких бумажных денег для захвата мирового господства, никакого пороха, паровых двигателей и воздушных шаров с прочими Демократиями и Коммунизмом. Я не прогрессор, я бывший менеджер, художник и младший офицер авиации! Я даже железную дорогу строить не собираюсь, хотя поднятого с трупов и подготовленного для переплавки металла нам хватит, наверное, на постройку пары бронепоездов. Вот только нет у меня на это ни времени ни желания, а вот дети, - это реально важно. В казне почти триста тысяч золотых монет, а девать их по факту некуда. Внешней торговли у княжества нет, и ближайшее время не будет, так что будем увеличивать естественный прирост населения, потому что сто тысяч для такой огромной территории - маловато. Эскимосы, вон, наверное, погуще живут.
А потом была свадьба! Сто семьдесят четыре, если быть точнее, и это только в моей полутысяче. В Хантаре и Миште мы набирали в основном молодежь, вот они и перезнакомились. Следующие два дня превратились в нескончаемую гулянку. Нет, все было очень даже прилично несмотря на практически нескончаемые запасы алкоголя, найденные в одном из замковых хранилищ. Только всё равно вымотался я капитально.
Утром третьего дня я, раздав последние ценные указания своим тифлингам, вместе с Ваессой порталом ушел к болотной пещере, от которой до границы с Руалтом было около полутора сотен километров. Помянув вместе с молодой женщиной ее отца, я оседлал Мрака и, попрощавшись с дочерью некроманта, двинул его на север, раздумывая о странных обычаях этого мира. Я уверен, что мастер Диартен сейчас вполне нормально так себя чувствует в свите своей госпожи, и думаю, они со своей дочерью обязательно встретятся и поболтают, но ведь нет! Ваессе обязательно нужно было побывать на его могиле. Мне она объяснила почему, но я, если честно, из ее разъяснений не понял ровным счётом ничего. Новые планы души, сознания и прочая ерунда, - какой-нибудь буддист, может быть, и просек бы эту тему, но только не я.
Примерно через сутки я обогнул разрушенный замок Рус'Ан и вечером того же дня выехал к границе Руалта, пересечение которой ни у меня, ни у кабана, ни у Джаэлит никаких неприятных ощущений не вызвало.
Мрака я отпустил в километре от первого встреченного мной на пути крупного поселения – деревни пятой категории с названием Рулата, рядом с обозначением которой на карте был нарисован значок караванного маршрута. Я прекрасно понимал, что без кабана мне будет тоскливо, но он слишком приметен для этих земель, где народ ездит только на лошадях и ящерах. Лишний раз светиться не стоит, за моей спиной сейчас нет нескольких тысяч латников, поэтому береженого, как говорится, бог бережет. У меня знакомых богов много, вот и пусть берегут меня все вместе, ну или хотя бы по очереди.
Трактир, в котором я остановился, носил название: Большой Мак и на его вывеске был изображен клоун. С синими волосами, синим носом, синим обводом вокруг губ и почему-то синим фингалом под правым глазом. Это, наверное, и был тот самый Мак, в честь которого назвали трактир, поскольку он и правда был большим. Причем очень. Тройной подбородок, огромный живот, одутловатое лицо выпученные глаза и приоткрытый, словно в изумлении рот – тут однозначно постарался кто-то из недоброжелателей известной сети быстрого питания. Это было забавным потому, что в игре просто не было полных людей. В остальном, само помещение ничем не отличалось от того, в котором хозяйничали Корт и Треис, да и, глядя на саму деревню и населяющих ее демонов, я каких-либо отличий от Ламорны не увидел, кроме цвета плащей и накидок ее стражи. У Аштарцев они были красно-белые, в Руалте же солдаты носили сине-белые цвета. Дизайнер все это придумал, или и сюда протянули свои руки два крупнейших мировых оператора сотовой связи, мне как-то наплевать. Других забот выше крыши. В трактире, в ожидании каравана я проторчал целые сутки, прикидывая пути дальнейшего развития себя любимого и размышляя о своих планах на будущее.
