— Скажу тебе больше. Скорее всего, тебе дали установку постоянно принимать эти таблетки.
«Пора принять таблетку, — повторял ей чей-то голос сегодня утром. — Выпей таблетку!»
Господи!
— Значит, это правда? Значит, кто-то пытался внушить мне, как я должна себя вести, что делать, с кем встречаться…
— Не просто пытался! У него или у них это получилось.
Мысль об Айрин не давала ей покоя. Нэнси продолжала дальше распутывать этот клубок. Айрин, та самая Айрин, которая всучила ей эти таблетки, всегда жаждала держать все под своим контролем. Но рецепт… Рецепт выписал Харлан. И как раз после того, как она встретилась с Харланом, все это и началось.
— Но зачем им это? Неужели ради ребенка?
Нэнси посмотрела в окно. Начиналась пурга. Порывы ветра срывали с деревьев последние листья, вдалеке сокрушенно покачивали верхушками заснеженные сосны. А всего в полумиле отсюда находился поворот и скромный указатель, который она отлично помнила: «Лестеровский институт».
— Если бы знать… — Сэм вздохнул. — Возможно, они спланировали все уже год назад.
— Хочешь сказать… — Нэнси повернулась в его сторону. — Хочешь сказать, они и нас с тобой свели нарочно?
— Нет. Зачем им это?
— Ради ребенка. — Она нахмурилась. — Ты сам сказал, что больше они от своей аферы ничего не выиграли.
Несколько секунд он размышлял над ее словами.
— Откуда им было знать, что у нас будет ребенок?
— Как же! — удивилась Нэнси. — Им о нас все известно. Стоило им… завладеть моим рассудком, как они и тебя подчинили.
Сэм рассмеялся.
— Хочешь сказать, они запрограммировали меня на то, чтобы я в тебя влюбился?
— Вероятно, они не предполагали, что все так обернется.
Не предполагали, что Нэнси забудет дома таблетки и к ней постепенно, по кусочкам, начнет возвращаться память. Что она будет проезжать мимо его конторы и решит нанять его для поисков ребенка.
Нэнси ужасно хотелось верить, что так оно и есть. Ведь это значит, что они их обманули. Эти люди и не подозревают, что они с Сэмом раскрыли их игру.
— Они не знали, что я обращусь к тебе, — тихо произнесла она. — Хоть бы он сказал, что она права.
— Наверное, так оно и было. — На его лице появилась добрая улыбка. — Хотелось бы мне думать, что мы их провели.
— Спасибо.
Нэнси была ему так благодарна за то, что он поддержал ее, за то, что помогает ей измениться, вернуться к нормальному состоянию. Ей это удается, удается, ведь правда? Она стала сильнее. Поняв, что это не она сходила с ума, а кто-то сознательно сводил ее с ума, она воспрянула духом. Ни за что нельзя допустить, чтобы их усилия увенчались успехом! Они вместе с Сэмом должны помешать их зловещим планам.
И тут ее поразила одна мысль.
— Ведь пока никто из них не знает, что я больше не принимаю таблетки. Им пока что невдомек, что ко мне возвращается память. — «Возвращается память»… Какими сладостными казались ей эти слова. — Но потом они догадаются. Сколько у нас в запасе времени, прежде чем это произойдет?
Сэм притормозил. Сосновая аллея вела прямо к черным металлическим воротам, за которыми располагался въезд в Лестеровский институт.
— Все зависит от того, на чьей стороне доктор Пламмер: на их или на нашей. — Опустив стекло, он вытянул руку и нажал кнопку звонка.
Глава 11
— Нэнси!
Доктор Пламмер издалека заметил ее и поспешно направился к ним, приглаживая на ходу седые волосы. Высокий и худощавый, он напомнил Сэму марионетку: на ходу его руки так же болтались в разные стороны и, казалось, вот-вот отвалятся.
— Рад тебя видеть! — На лице Пламмера заиграла искренняя улыбка. — Как ты?
— Об этом-то я и надеялась с вами поговорить, — мягко ответила она. — Извините, мне следовало заранее позвонить.
Пламмер пренебрежительно махнул рукой — мол, какие пустяки. Приглядевшись, Сэм решил, что доктор никак не походит на злого гения, стоящего за всей этой операцией: галстук съехал набок, на мятом халате пятно от протекшей ручки, волосы растрепаны. Такой за собой-то уследить не в состоянии, не то что контролировать чужое сознание.
— Познакомьтесь, — сказала Нэнси. — Это мой… друг. Сэмюэл Донован.
— Сэм Донован? — переспросил Пламмер, протягивая руку. — Очень рад! — Казалось, он и правда счастлив, что познакомился с Сэмом. — Донован, так вас зовут. Где-то я про вас уже слышал. Ну ладно, идемте лучше сразу ко мне в кабинет.
Они пошли вперед по широкому коридору. Повсюду тускло светился мрамор, поблескивала позолота, из хрустальных люстр струился яркий свет. Это не клиника, а настоящий дворец!
Когда ворота распахнулись и они въехали на территорию института, Сэм по привычке огляделся и был просто поражен. Помимо огромного особняка здесь же находилось длинное здание, напоминавшее конюшню, бассейн и теннисный корт. Пациентов видно не было, да и персонала тоже.
Вероятно, они приехали в обеденный час, судя по великолепному аромату, струившемуся откуда-то снизу. Так пахнет еда в дорогом ресторане, а не в больничной столовой.
Ничего удивительного, что и у доктора Пламмера был просторный кабинет. Огромный стол был завален книгами. Впрочем, на полу их было еще больше, чем на столе.
Он пропустил их вперед, закрыл дверь и, бросившись куда-то в сторону, принес для них два стула.
— Извините, — обратился он к Сэму, — вы, наверное, думали, что попадете во врачебный кабинет. Но сеансы я провожу не здесь. Нэнси-то об этом знает. — Он взглянул на нее и улыбнулся.
Они расселись: Сэм и Нэнси — на стулья, обитые шелком, доктор — в кресло за свой стол.
— По правде говоря, я беспокоился за вас, — сказал он Нэнси. — Недавно узнал о том, что вы потеряли ребенка. Примите мои соболезнования.
— Спасибо.
Сэм вслушивался в то, что говорит врач, и одновременно наблюдал за реакцией Нэнси. Если к ней применяли гипноз и доктор Пламмер почувствовал, что она вышла из-под контроля, достаточно ему сказать ключевое слово, как она снова впадет в гипнотическое состояние.
Но, к счастью, Нэнси вела себя совершенно нормально. Было видно, что ей приятно беседовать с доктором, но не более того. Ни малейшей духовной зависимости.
— Собственно, мы тут из-за этого, — вмешался Сэм. — Я частный детектив. Нэнси попросила меня кое-что выяснить.
Пламмер был удивлен, но тоже в меру. Что ж, вполне естественно удивиться, узнав, что имеешь дело с сыщиком.
— У Нэнси, — продолжал Сэм, — провалы в памяти. Я помогаю ей восстановить утерянные кусочки мозаики.
Доктор Пламмер взглянул на Нэнси.
— Да, ты упоминала, что иногда не все можешь вспомнить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
