когда прошлая глава все же умерла от проклятия, шестеренки интриг стали стремительно раскручиваться. Всего требовалось, чтобы за тебя проголосовало тридцать четыре выборщика (главы меньших ковенов) из шестьдесят шести, чтобы гарантированно победить.
После смерти Изольды от проклятия Стюарт старшая активно включилась в борьбу за освободившееся место. Подкуп, интриги, компромат, в дело пошло ВСЕ. До открытого противостояния пока дело не дошло, но ведьмы уже стали стягивать своих союзниц в город. Именно потому матери Джессики было так важно, чтобы она к этому моменту прибыла в город.
Пройдя коридор, они попали в просторный конференц-зал. Стоило им только открыть дверь, как они услышали гвалт из разговоров. Собрание ведьм со стороны больше походила на сходку уродливых старух. Лишь немногие из них сумели сохранить внешнюю красоту. На их фоне Джессика с Джуди смотрелись просто невероятными красавицами.
При их появлении разговоры стали стихать. Старухи с жадностью стали рассматривать пришедших. Джессика с Джуди прошли весь конференц-зал, заняв место за креслом Стюарт старшей. Морщинки, седые волосы, но при этом она еще не превратилась в уродливую старуху, как большинство в помещении.
Мать Джессики по-доброму улыбнулась девушкам, после получив подтверждающий кивок, она громко произнесла:
— Прежде чем мы продолжим делить шкуру неубитого медведя, у меня есть для вас новость!
Благодаря союзу Оракула, который СПОСОБЕН менять свои предсказания, и дару предсказывать вероятности, Стюард Старшая готовилась ударить по главной своей конкурентке, у которой на данный момент двадцать четыре голоса. Джессика с Джуди нашли частный приют, где та старая мразь выращивала для своих нужд детей…
***
— Мяу! — черная кошка терлась о меня, требуя, чтобы я почесал ее за ушком.
Потянувшись к Ньярлатхотеп, начинаю её почесывать. С физической точки зрения, фамильяр гладит сам себя, но на деле мой питомец вполне способен считывать чужие эмоции. Ньярл требовалось мое внимание, а не физические ласки. Хотя, глядя, как хвостатая бандитка довольно мурчит, я уже не был так уверен в этом.
Физиология моего фамильяра довольно причудлива. В той мешанине из генов и полиморфизма, при этом с разумом как у четырехлетнего ребенка, сам черт ногу сломит. В мясном измерении у маменьки Ньярл точно был разум, от соприкосновения с которым я чуть не умер, настолько он оказался мне чужд.
Попытавшись почесать нос другой рукой, я понял, что на ней кто-то лежит. В этот момент я вдруг подумал, а что вообще вчера было? Я попросил фамильяра синтезировать какой-нибудь слабенький наркотик, который походил бы на действие алкоголя. После чего… я ни черта не помню.
— Шельма, а что вчера вообще б… — было начинаю, но развернувшись, я увидел светлую макушку. — Кларис? — С удивлением понимаю.
Мы лежали полуголыми в обнимку на кровати, а я ни черта не помнил, что было вчера… Это была довольно пикантная ситуация. Больше всего меня беспокоило, что она еще не прошла ритуал становления. Да и в целом, мне будет трудно объяснить девчонкам, как это все произошло.
Нахмурившись, я прикрыл на секунду глаза, вновь оказавшись в тронном зале. Лилим сидела возле печати, стоило мне посмотреть на нее, как она открыла глаза.
— Ты видела, что со мной происходило вчера вечером? — хмуро у нее спрашиваю.
— Ваш фамильяр впрыснул средство похожее на экстази, после чего вы довольно весело провели время, — с улыбкой ответила она.
— Насколько весело? — медленно уточняю.
— Вы научили ваших подруг играть в бутылочку, после чего со всеми неоднократно целовались… — одобрительно показав большой палец.
Мне же захотелось себя ударить. Надеюсь не один я не помню, что вчера было! Иначе Шельма мне что-нибудь оторвет… потом дождется, когда заново отрастет и оторвет еще раз! Тяжело вздохнув, я подумал, что довольно трудно сохранять дружбу с четырьмя девушками, которые очень красивы и привлекают тебя каждая по-своему.
Смирившись с неизбежным, я закрыл глаза, чтобы их открыть уже в проклятом особняке на кровати. Кларис все еще лежала на моей руке, а Ньярл вылизывала шерстку, дожидаясь, когда я «вернусь». Я было попытался незаметно улизнуть, но именно в этот момент я у себя в ногах увидел обнаженную Шельму с Хельгой, которые лежали в обнимку. Упс.
В этот момент я окончательно понял, что пора тикать. Отдав команду своему телу, превращаюсь в черную жижу и тихонько сливаюсь под кровать, а уже оттуда по стеночке на выход.
И все же, если вчера так было весело, то почему я об этом даже не помню?! Какого хрена?!
Часть вторая. Глава 2
Глава вторая. Чикаго.
— Большие города, на линии огня… — напевая данную песню, я смотрел из окна лимузина на небоскребы вдали.
Моя помощь все же потребовалась Джессике, но не в качестве боевика. Меня попросили приехать на Шабаш-экспо, мероприятие, созданное для показа новинок в магическом деле. Я должен буду представить свою продукцию на суд общественности. Если повезет, то я подпишу парочку выгодных контрактов с военными и Шабашем.
Мы с Тодом за пару часов сообразили стенд, на котором мы представим нашу продукцию. Основой стали две кабинки телепода, где с помощью программы дозвона можно телепортировать вещи. После Токио уже было невозможно скрыть, что у нас есть подобная технология. Причем я даже не особо опасался, что у нас ее могут украсть, без печати дозвона телеподы бесполезны.
Помимо этого, мы привезли зачарованную броню и одноразовые амулеты защиты. Зачарованное оружие я решил не привозить на мероприятие, все интересующиеся уже могли купить себе тестовые образцы. Так что на выставке Шабаша лучше обойтись более «мирными» технологиями.
— Тод, ты готов задать жару? — спрашиваю у одетого в темный костюм мужчины, что немного нервно покосился на меня.
— Ты действительно хочешь сделать меня медийным лицом? — со вздохом спросил он.
— У нас есть рекламщики, мы бы могли нанять для выступления актера, но мне бы хотелось, чтобы мы сами говорили за себя, — задумчиво произношу. — Чем публичнее ты станешь, тем сложнее будет с тобой что-то сделать. К тому же, мы не просто продавцы оружия Тод. Мы предлагаем людям будущее, — с улыбкой похлопав его по плечу.
— А им понравится наше будущее? — тихо спросил Тод.
— Не знаю, но я боюсь, что альтернатива еще хуже, — задумчиво заканчиваю.
Мне бы хотелось думать, что я все делаю правильно, но на деле я напоминаю себе мальчика, что заткнул пальцем дырку в плотине. Вода, вроде, перестала литься, вот только ситуация от этого не улучшилась. Все плохо и может стать еще хуже. Единственное, что я в данный момент могу — это пообещать этим людям, что призрачный патруль
