правда?
"Ё-маё, женщина"! - Начал потихоньку закипать я. - "Ну, какого хуя тебе неймётся, и ты начала ворошить прошлое"?
Причём, не моё, а сгинувшего в пучине настоящего Принца Генриха. Вот, что мне, скажите пожалуйста, ответить? Тем более, что эта тема уже однажды поднималась. И я достаточно конкретно дал понять, что обсуждать былое не намерен.
Но, видимо тот, случившийся не так уж и давно разговор выветрился из хорошенькой Марининой головки. Раз уж опять сунула свой прелестный носик куда не следует.
А я изо всех сил тянул театральную паузу, надеясь, что девушка поймёт и не очень-то приятная тема заглохнет сама-собой. Ведь то, что писали про настоящего Принца Генриха, как ни крути, происходило на самом деле.
Но я, не имеющий к былым "подвигам" своего "альтер эго" совсем никакого отношения, с чистой совестью мог завить, что все инсинуации жёлтой прессы и голимый пиздёж. То есть, простите, высосанная из пальца и полностью недостоверная информация, вываливаемая на электорат с целью очернить наследника одной из древнейших королевских фамилий.
Так и не придумав ничего путного я, вполне, между прочим натурально, зевнул и, уже погружаясь во объятия Морфея, пробурчал.
- Спи, давай. Любопытная ты наша.
На что Марина неопределённо хрюкнула и, отчего-то счастливо засмеявшись, обняла меня ещё крепче.
Хотя, где-то читал, что нет для девушки бОльшего счастья, чем "вылечить" гомосексуалиста. Своими прелестями и обаянием обратив его, так сказать, в "истинную веру" и вернув в лоно цивилизации.
Да и хрен с ней! Пусть думает, чего хочет! Неприятно, конечно, что благодаря двойнику все принимают за пидораса. Но, в современной толерантной Европе, это вроде как не является таким уж страшным грехом. Ну, а с "суровыми пацанами" из Казани или Челябинска мне, сидя на лавочке, пива не пить.
А, ежели и случиться такая оказия, то мои сто тридцать килограмм, с полным отсутствием жира, а так же доброе слово и хорошая пиздюля вмиг расставят обе точки над "Ё". И заткнут рты готовым усомниться в моей несомненной брутальности и принадлежности к племени "настоящих мужиков", недоверчивых индивидуумов.
Утро встретило ласковыми лучами осеннего солнца, пробивающегося сквозь хвою, и тёплыми ласковыми зайчиками щекотавшими наши сонные лица.
- Сколько времени? - Сладко зевая, спросила Марина.
- Восемь тридцать. - Вывел я на сетчатку глаза циферблат часов, осторожно высвобождаясь из обнимавшей меня тонкой руки, и по-хозяйски закинутой на мою филейную часть тела, стройной и длинной ножки.
- Вставать пора! - Констатировала очевидный факт моя девушка.
На что я не преминул ответить:
- Так, давно уже стоит! Тебя, между прочим, дожидается!
- Пошляк! - Ткнула меня кулачком в плечё Марина. Но её глаза тут же затуманились. А через долю секунды она уже приоткрыла губы и, смеживая веки, томно прошептала. - Хам!
Следующие сорок минут мы упоённо предавались самому приятному занятию, что случается между молодыми, половозрелыми и испытывающим симпатию друг к другу особями противоположного пола. И это не выяснение насущного и животрепещущего вопроса, "кто в семье главный", ежели что...
- Леська проснулась. - Прошептала Марина, когда мы закончили. И, потянувшись и ещё раз сладко зевнув, подытожила. - Да и нам пора, наверное.
- В парадное одеваться сразу будем, или сначала позавтракаем? - Поинтересовался я, так как сам не знал, как поступить лучше. Не-е, живи мы одни, без этой, недовольно зыркающей и неодобрительно поджимающей губы прислуживающей братии, всё было бы гораздо проще. Соорудил бы, на скорую руку "полезный для здоровья и калорийный завтрак", попили бы кофе а, в случае Чудо-Ребёнка, сок - и все дела.
Но, так как поневоле стали заложниками обстоятельств, то вынуждены приспосабливаться и подстраиваться под кем-то заведённый и не вызывающий ничего, кроме раздражения и очень неудобный для нас самих "регламент".
- Давай, всё-таки, сначала перекусим. - Немного подумав, предложила Марина. И, объясняя собственное решение, пояснила. - Не хочу, чтобы эти... - При этом моя девушка непроизвольно скривилась и, оттопырив прелестную нижнюю губку, дунула вверх, убирая с глаз нависшую чёлку, пялились.
- Ну, и правильно. - С ходу одобрил я выбор любимой.
Хотя, ради правды надо сказать, что я бы согласился с ней в любом случае. Мне-то по барабану мнение недалёких условно-разумных. Так, почему бы и не подыграть, сделав немножко счастливее, подаренную мне Создателем, вторую половинку?
В столовую, наскоро умывшись и кое-как приведя себя в порядок, мы спустились, "назло врагам" и на радость себе любимым, в демократических джинсах. И, судя по отобразившейся на лицах прислуги идиосинкразии, так же принятых в штыки свитерах.
Правда, утренние упражнения так добавили аппетита и способствовали ускоренному обмену веществ, что на обращать внимания на суровые и осуждающие взгляды челяди попросту не было времени. Кушали мы с отменным аппетитом и, весело переглядываясь, мысленно уже были там. В резиденции Короля Йоханна и в окружении моей, обретённой волей Создателя, "семьи".
- К которому часу подать автомобиль? - Деловито осведомился мажордом, когда мы, вполне искренне поблагодарив, встали из-за стола и уже намеревались покинуть столовую.
"Вот, прохиндей"! - Мелькнуло у меня в голове. - "Прекрасно же знаешь, что ждут нас к двенадцати". А ехать до столицы не более сорока минут". Но умничать я не стал, а попросту информировал.
- К одиннадцати. - И, как бы между прочим, небрежно уведомил. - Я сяду за руль сам.
- Это исключено! - Категорическим тоном тут же откликнулся мажордом. - Машину поведёт штатный водитель. Кроме того, ваш брат, Его Высочество Принц Свен, непременно настаивает на двух автомобилях сопровождения.
"Ну да... "Передовая общественность" не поймёт, ежели младший сын короля заявится в резиденцию, собственноручно ведя машину, как простая шпана". - С горечью подумал я. - "Ноблис оближдж, так сказать. И никуда от этого не деться".
Кажется так оправдывают все дурацкие и, зачастую не вызывающие ничего, кроме искреннего раздражения правила, что придумывают условно-разумные от "большого", в кавычках "ума".
Ну что, скажите пожалуйста, случиться, ежели сын приедет к отцу лично крутя баранку? Ан нет, для этого, обычного в принципе, события, непременно нужно задействовать аж целых три автомобиля. И загрузить бесполезной и, в сущности, никому не нужной и, кстати сказать, довольно-таки хорошо оплачиваемой работой ещё, как минимум семь-восемь, тоже, по сути своей, паразитирующих индивидуумов.
Это я посчитал трёх водителей и четыре-пять человек охраны.
Ужас, в общем! Да, ежели б всю эту энергию, да все
